Кристина Майер – Ты еще маленькая (страница 28)

— Приятно? — провожу пальцами между нежно-розовыми складками.

— Да, — выдыхает.

— Тут у тебя очень красиво, — и это не треп. У Рыбки реально красивая киска.

Касаюсь языком там, где только что были мои пальцы. Норм. На губах остается вкус зеленого яблока. Меня самого заводит так, что дальше некуда. Под ее стоны я готов спустить.

Ксюша выгибается над кроватью, комкая в руках покрывало. Сгибает ноги в коленях, подтягивает их к себе. Чувствую, что она подходит к точке невозврата. Еще пара секунд – и она слетит с орбиты. На решение у меня почти не остается времени. Сейчас нужный момент, чтобы в нее войти…

Провожу языком по складкам, ударяю несколько раз по клитору кончиком языка.

— Тимур... М-м-м… — Рыбка кричит в голос, кончая на моем языке…

Глава 52

Ксюша

Тимур для меня – особый вид зависимости. Как так происходит, что стоит ему начать меня целовать, как все мои зажимы отключаются? Растворяюсь в поцелуях и ласках, внешний мир перестает существовать. Вселенная сужается до нас с Тимуром.

Я задыхаюсь от ощущений! Там, внизу, тянет невыносимо. Это томление хочется уже удовлетворить. Шахов, словно понимая мои чувства, проделывает со мной такое, что я рассыпаюсь, превращаюсь в звездную пыль, которая улетает в поднебесье. Меня долго не отпускает, тело переживает новые витки удовольствия. Так не хочется возвращаться на землю…

Тимур…

Открываю глаза, хоть все еще плыву на волне удовольствия. Тим лежит, раскинув ноги, в полной боевой готовности, член подергивается, а он пальцами давит на глазницы. Несмотря на отсутствие опыта, я кое-что знаю о потребностях мужчин и о том, как им дискомфортно находиться в таком состоянии. Девчонки в классе делились интимными подробностями. Рассказывали о случаях, которые были у их подруг или сестер. Машка тоже иногда рассказывала о своих парнях, но обычно это звучало – «он отстойно трахается».

Наверное, я переоцениваю себя, но, действуя на адреналине, поднимаюсь и седлаю бедра Тимура. Кто-то явно не ожидал от меня такой смелости. Я и сама не ожидала от себя, но когда любишь человека, хочешь, чтобы ему было хорошо.

Беру в руки подрагивающий орган – не в первый раз. Пальцы смыкаю с трудом. Отмечаю нежность кожи и тугие вены вокруг ствола. Тимур внимательно за мной наблюдает, пытается понять, что я задумала. Развожу шире бедра и направляю головку к своему узкому пространству, понятия не имея, как он туда должен поместиться.

— Рыбка, ты что творишь? — ошарашенный Шахов хватает меня за талию и одним движением сбрасывает с бедер, подминая под себя. — Давно в больнице не была?

— Я хочу стать твоею, — упрямо смотрю в глаза.

— Ты и так моя!

— В полном смысле этого слова, — не уступаю. Я вижу, что ему непросто дается наша близость. По виску катится вторая капля пота, падая на плечо.

— Ксюша, тебе будет больно…

— Не аргумент. Всем в первый раз больно. Тимур…

— Рыбка, не соблазняй, я и так на грани, — рычит Шахов, пытаясь перевернуться, но я обхватываю его торс ногами. Его член касается моей влажной плоти…

— Так не сдерживайся, — чуть ли не умоляюще. Мой пульс учащается от такой близости. Тимур закрывает глаза, борется с собой.

— Пусти, защиту надену, — тянется к шкафчику, достает презерватив. Впервые вижу, как его надевают. Морщусь, будто это он мне делает больно.

Обхватив мои колени, поднимает их к груди. Водит головкой по раскрытым лепесткам до тех пор, пока мои веки не закрываются под тяжестью удовольствия. Я вновь возбуждаюсь. С губ срываются тихие стоны.

Шахов пробует упираться во влагалище, сильно не давит, позволяет телу расслабиться. Проникает неглубоко, дискомфортно, но терпимо. Шахов ждет, когда я полностью расслаблюсь. Удерживая меня за талию, резко толкается. Закусываю губу, чтобы не вскрикнуть от боли.

— Рыбка… — стонет Тимур. Замирает и не двигается. Дает телу привыкнуть к изменениям. Тимуру непросто сдерживаться. У меня на талии синяки останутся, так сильно он сжимает ее руками. — Еще сильно больно? — касается промежности пальцами, принимается стимулировать самую эрогенную точку на моем теле.

— Нет, — мотаю головой. На самом деле боль не стала меньше.

— Я буду быстро, слишком долго сдерживался, — первые толчки едва заметные, Шахов словно раскачивает меня на лодке. Прислушиваюсь к себе – терпимо. Тимур опускается на руки и принимается отвлекать горячими поцелуями. Это действует, я почти не реагирую на более глубокие толчки. По крайней мере не пищу и не сжимаюсь под ним.

В какой-то момент я и вовсе перестаю реагировать на дискомфорт. Отвечаю на его выпады, обхватываю за плечи и подаюсь вперед. С глухим рыком Шахов кончает. Не покидает меня сразу. Целует и обнимает, будто просит прощения за причиненную боль.

— Меня никогда так не накрывало от секса, — смотрит в глаза. — С любимой девушкой совсем другие ощущения…

Глава 53

Тимур

— Шахов, уходи от удара! — рычит Кулесов, навалившись на канаты. — Ногами шевели, что ты, как целка на дискотеке, пляшешь! — злится тренер, поперли из него перлы.

Спасибо пусть скажет, что вообще пришел. Чтобы собраться и настроиться на тренировку, заставил себя нырнуть несколько раз в холодный бассейн. Мы сегодня с Рыбкой прогуляли занятия. Весь день вместе провели.

Реально классно, что она рядом. Секс вообще улет! Ночь с Рыбкой стоит даже чемпионского пояса, но мне его еще предстоит завоевать. О ночи и совместном душе лучше не думать, я пропускаю удар.

— Ты что, спишь, Тимур?! — Кулесов залетает в ринг и бьет раскрытой ладонью меня в грудь. — А ну, смотри на меня, — скрещиваемся взглядами. — Во сколько ты вчера лег спать?

— В десять, — вру, глядя ему в глаза. Внутри царапает. Я не привык отмалчиваться и отбрехиваться за свои поступки. Всегда вел себя по-мужски, поэтому сейчас так коробит. Но тут…

Скажи я правду, он тут же дернет Марата. Брат поставит меня перед выбором и будет прав. Чемпионство было моей мечтой, но сейчас стало не так значимо, что ли. С другой стороны, Ксюша всегда будет рядом, даже если сейчас нам временно придется пожить вдали друг от друга. От этой мысли внутри меня растет протест. Не хочу с ней расставаться даже на сутки.

— В десять? — давит тоном и взглядом, хотя знает, что это бесполезно. Я в двенадцать ему не уступал в упрямстве. — Я ведь просил: никаких потрахушек до соревнований! — догадался Кулесов.

Ну еще бы не догадаться, в первый раз, что ли, я нарушаю режим? Просто так основательно и надолго я раньше не встревал. Одноразовым свиданием дело ведь не закончится.

— Игорь! — кричит моему спарринг-партнеру. — Полный контакт! Тимур, обороняешься.

Пропускаю и пропускаю много. Кулесов в ярости. Не смотрю на него, но замечаю, как вибрируют канаты, когда он бьет по ним раскрытой ладонью. Игорь мне не соперник, но сейчас он чувствует себя на кураже. Еще бы – Шахова метелит. Задевает. Такие дохлые выпады я раньше не пропускал. Пропускаю ощутимый удар по шлему. Кулесов не выдерживает и орет матом.

— Игорь, свободен! Ты, — тычет зло в меня пальцем, — в мой кабинет! — спрыгивает с ринга и первым уносится. Снимаю перчатки, бинты. Без посторонней помощи это еще та морока.

В кабинет Кулесова вхожу морально подготовленным к матам и крику. Не впервой. Тренер не разочаровывает, выдает длинную знакомую тираду, в которой поносит меня и мой спортивный дух на чем свет стоит. Потом говорит, что я не достоин быть чемпионом, отпускает со словами:

— Подумай, нужно тебе это или нет, Тимур! Один уже сдулся из-за бабы, — намекает на Макара. Раньше я не понимал Кайсынова, а сейчас сам оказался в его шкуре. Приоритеты поменялись.

— Я подумаю, — такого ответа Кулесов не ждал. — До встречи.

Быстро принимаю душ, одеваюсь и спешу домой. Рыбка дома одна. Ждет меня. Несмотря на отвратительную тренировку, которых в моей спортивной карьере было не так много, внутри я спокоен и расслаблен, не злюсь, нет даже толики напряжения. Не успеваю отъехать от зала, начинает звонить телефон. Достаю трубку с приборной панели – Марат. Быстро Кулесов…

— Тимур, отзвонились Хаватские, — напряженным голосом. Это напряжение передается мне. — Они согласны на твое предложение, — напряжение меня не отпускает, хотя новость вроде как должна порадовать. — Забери Ксюшу, и давайте к нам. Пока этих бойцов не отправим воевать, посидите дома под охраной.

— Марат, так они после отправки могут ее похитить и выдвинуть свои условия, — я осознавал, что в случае вооруженного нападения не смогу справиться с несколькими налетчиками, но куда-то двигать тоже не хотелось. Поселок под охраной, но, оценивая сейчас ситуацию, понимаю, что ее недостаточно.

— Через несколько дней Артур соберет компромат на Давида Хаватского, мы прижмем его. После встречи вы сможете вернуться к себе и продолжить учебу.

— Хорошо. Я тебя понял.

— Да, насчет тренировок, — переходит на холодный тон. Кулесов все-таки позвонил. — Эти дни будешь тренироваться под моим контролем, — строго добавляет Марат.

— Без проблем, — я не собираюсь объясняться, брат и не требует, сам все понимает. Он свое слово скажет на ринге. А мне будет о чем подумать в эти дни.

Возвращаюсь домой, где вкусно пахнет ужином. Блин, так хорошо, что никуда не хочется уезжать. Рыбка выходит встречать меня в коридор. На ней лосины и моя футболка. Меня накрывает. Подхожу, подхватываю ее под ягодицы, ноги тут же оказываются на моей талии. Вдавливаю в ближайшую стену и впиваюсь в податливые губы…