Кристина Майер – Стирая запреты (страница 44)

За окном темнеет, солнце опускается за облака, окрашивая их в яркие цвета, а я выглядываю в иллюминатор, пытаясь рассмотреть, что под нами.

- Море! – восторженно вскрикиваю, чрез два часа перелета.

Кидаюсь обнимать мужа. Мы летали полгода назад отдыхать к океану, потом два раза ездили в горы, кататься на лыжах, по «большой» воде, я соскучилась, если честно. Аслан в любой момент может взять отпуск, но на два месяца вперед базу зарезервировали несколько ведомств, поэтому сейчас уйти у него не получится. Но я так счастлива, что он нашел два дня, которые мы проведем только вместе.

- Поблагодаришь, когда мы останемся на яхте, - шепчет в губы, накрывает их и страстно целует. Поджимаю пальчики на ногах, предвкушая наш жаркий отдых. Не могу воскликнуть от восторга, потому что мои губы заняты…

Когда мы выходит в открытое море, на небе светит яркая Луна и горят звезды. Аслан сам ведет яхту. Я знаю, к какой бухте лежит наш курс. Три года назад Аслан сделал мне там предложение, а на следующее утро сообщил, что я теперь студентка Медакадемии....

Сегодня мы будем спать в море. Дышать свежим воздухом и при желании любоваться на звезды, нужно только открыть стеклянный купол. На порту яхты наш ждет ужин и бутылка шампанского в ведерке со льдом, но мы решаем утолить другой голод.

Аслан выходит из душа. На нем лишь белое полотенце, обмотанное вокруг бедер. Касаясь взглядом его красивого тренированного тела, останавливаюсь на дорожке волос, которая уходит под край полотенца.

— Хочу твой ротик, — голос Аслана проседает. Одним движением он скидывает и отбрасывает в сторону влажное полотенце.

Облизываю пересохшие губы. Делаю к нему шаг. А может он ко мне. Опускаюсь перед ним на колени. Закинув голову назад, громко втягивает воздух, когда я обхватываю пальцами твердый ствол, оттягиваю вниз головку и слизываю языком каплю, выступившую на головке. Втягиваю её в рот, создаю вакуум. Чувствую, как на языке пульсирует головка….

— Поработай язычком, - срывается вместе со стоном с губ Аслана. Выполняю просьбу. Сама возбуждаюсь, слушая его стоны и наблюдая, как плывет его взгляд. – Да, моя умница. – Пососи, - запустив пальцы в волосы, фиксирует затылок. – Возьми глубже, — звучит приказным тоном. У меня мурашки бегут по коже от его низкого голоса, намокает ластовица белья. Делаю так, как нравится Аслану. А вот три года назад, здесь на этой яхте был мой первый минет. Тогда я ничего не умела, волновалась, смущалась.…

Сжав мои волосы, Аслан толкается глубже. Мне нравится наблюдать, как он теряет голову, но я для него приготовила небольшой сюрприз. Как только он сообщил, что в выходные мы проведем только вдвоем, я посетила отдел женского белья…

Скидываю с плеч шелковый короткий халат, он скользит по телу, не задерживаясь, опадает к ногам. Аслан смотрит на меня, его взгляд наливается темным безумие. Да! Такого эффекта я желала достичь…

— Еся.… — рычит он, подхватывает меня за локти и ставит на ноги. Глубоко затягивается воздухом. На моей пришедшей в норму фигуре красуются чёрные полоски эротического белья. Они вообще ничего не скрывают, лишь подчеркивают женскую сексуальность. Его даже снимать не нужно, чтобы заняться сексом.

— Охренительно! Но это только для меня! – подхватив на руки, бросает на высокий матрас. Разводит ноги в сторону. Опускается между ними.…

Каюту наполняют стоны и шлепки…

Громко кончая, я разлетаюсь во Вселенной на атомы, а когда прихожу в себя, открываю глаза, надо мной звездное небо и Луна – свидетели моего.… нашего счастья!

Много позже, когда мы пресыщаемся сексом, чувствуем обычный человеческий голод. На часах четыре утра, мы выходим на палубу. Ужин давно остыл, но это не мешает нам наслаждаться вкусно приготовленной едой. После бокала шампанского меня начинает тянуть в сон, но я подхожу к бортику и наблюдаю за восходом солнца. Море спокойное, волны плавно покачивают яхту. Вокруг ни души, лишь водная голубая гладь и золотой берег спрятанный от людей скалами….

— Стой так, Еся, я схожу за телефоном, он остался в каюте, — просит муж, а я улыбаюсь. У него в телефоне целая папка моих фотографий. Слышу, как он возвращается, ступая босыми ногами по полу. Позирую мужу, оголяю одно плечо….

Аслан откладывает телефон на стол. Достает из кармана легких штанов длинную бархатную коробочку.

— Вау! – не могу сдержать восторга, когда он вынимает колье из белого золота, усыпанное бриллиантами.

— Повернись, - просит он. – Подними волосы. Вздрагиваю, когда прохладный металл касается теплой кожи. Получаю поцелуй в шею. Аслан сам поправляет волосы, обнимает меня сзади, притягивая к себе…. - Спасибо, что вошла в мою жизнь…

**** ****

P.S. Небольшое отступление и благодарности!

Помню, когда я ещё была читателем, читая, на мой взгляд, слабое произведение, мне тоже казалось, что я могу написать лучше. Именно казалось. Спустя время, когда я надела на себя шкуру автора, я поняла одну простую истину – каждому автору найдется свой читатель. Я не пишу книги по советам более опытных и знающих. Не планирую менять стиль повествования. Всем угодить невозможно, таких целей я и не ставлю.

От всего сердца благодарю своих любимых девочек за понимание, за поддержку, за теплые слова, за корректность. Ваше доброе отношение поднимает «боевой дух». Иногда из-за усталости, недосыпаний, проблем со здоровьем не хочется садиться писать, но я знаю, что вы искренне ждете и переживаете за героев, и это отлично мотивирует! Спасибо вам за все!

Всех обняла! Люблю…

******  *****

Маленький бонус

Аслан

Встаю, как всегда раньше всех, хотя в выходной день можно было бы поваляться, не выработал я такой привычки. Прижимают к себе нежное теплое тело, трусь стояком о ягодицы жены. Обычно Еся откликается, но сейчас продолжает крепко спать. Мое хочу, может подождать, Есении нужен отдых.

Аккуратно выбираюсь из постели, чтобы не разбудить жену. Вчера у нее были сложные роды, у пациентки открылось кровотечение, Еся пробыла в больницы допоздна, пока состояние женщины не стабилизировалось.

Приняв душ, заглядываю в детскую к малышке. Сын ночует в доме у брата, а Эмилия - маленький жаворонок лежит в кроватке, играет пальчиками, сосет свой кулачок. Начинает радостно лепетать, когда видит меня. Хватается за бортики, поднимается и тянет ко мне ручки.

Есения - моя безусловная любовь, сын - гордость, а дочь - невероятная нежность. У меня при виде нее на лице всегда улыбка.

— Папина красавица, — тихо произношу, чтобы радио няня не разбудила Есению. Отключаю на устройстве звук, забираю дочку на руки, прижимают к себе. Вдыхаю самый сладкий аромат на свете.

Проводим водные процедуры. Надеваем чистый памперс, из комода достаю первый попавшийся боди нежно-зеленого цвета с ромашками. Получаю порцию благодарности в виде слюнявых поцелуев. Целую в ответ ее пухлые щечки, а она убирает голову, упирается ладошками в колючие щеки. Обещаю дочке побриться чуть позже, хотя не уверен, что малышка меня понимает.

Спускаемся с Эмилией вниз, здороваюсь с тещёй, которая уже возится на кухне.

— Доброе утро!

— Доброе. Проснулась уже наша принцесса? — спрашивает Ирина, улыбаясь внучке. — Сейчас бабушка сварит тебе вкусную кашу. — Аслан, кофе? – интересуется у меня.

— Буду благодарен, — отвечаю ей и через открытую стеклянную дверь выхожу на террасу.

С Ириной на удивление у нас сложились нормальные отношения. Она почти каждые выходные приезжает к нам, проводит время с внуками. Их примирение с Есей не было быстрым и простым, моя милая девочка, тяжело прощала маму. Когда Мирон подох в тюрьме, Ирина сказала фразу, после которой что-то в Есении переменилось и она смогла полностью отпустить прошлое.

— Собаке собачья смерть, — с ненавистью бросила Ирина, когда я сообщил им новость. Еся заплакала, а теща ещё раз попросила у нас прощение. В тот день дочь ее услышала и смогла отбросить все обиды.

Квартиру я почти сразу вернул Ирине. Несмотря на мое отношение к ней в то время, мать моей жены не должна была жить в общежитии. А три года назад мы подарили ей новое просторное жилье в центре Москвы. Ирина продолжает работать, не соглашается, чтобы мы ее содержали. Четыре года назад она начала встречается с мужчиной немногим младше себя, но эти редкие встречи вряд ли закончатся чем-то серьёзным. Хотя мужик неплохой. Вдовец, имеет двоих взрослых детей, приличную работу. Думаю, после истории с Мироном, она боится обжечься. Я не лезу в ее жизнь, но если бы она спросила, я бы сказал, что стоит попробовать.

— Вот твой кофе, — выносит Ира чашку, ставит на стол.

— Спасибо.

— Давай, я с ней повожусь, а ты спокойно выпей свой кофе, - тянет руки к малышке.

— Она мне не мешает, — произношу, а сам, целуя дочь в пухлую мягкую щечку, передаю бабушке. Эмилия хватает всё, до чего дотягивает свои любопытные пальчики, я не дам ей обжечься, но на всякий случай, перестраховываюсь.

Когда Еся спускается, мы с Эмилией успеваем «навести порядок» в гостиной. Я достаточно подкованный отец, но чего я не умею, так это играть с дочкой сохраняя чистоту. В погоне за ее смехом, я сам этот бардак и устраиваю.

Стоя в дверях Еся наблюдает за нами с улыбкой на губах. Она такая красивая. У меня сердце замирает, когда смотрю на неё. Подходит, садится рядом. Тянусь за своим поцелуем. Приползает наша маленькая ревнивица и вклинивается между нами. Залезает ко мне на руки, требует внимания. Смеемся, щекочем малышку.