Кристина Майер – Проблема полковника Багирова (страница 37)

Парни наперебой представляются, а у Авроры растерянный вид, хотя она и старается всем улыбаться. Я чувствую, что нервничает. Боится, что ребята не примут. Уже приняли. Я не сомневался. В людях мои бойцы умеют разбираться, их, как и меня, на этом в школе спецназа надрачивали. Ложь и притворство за версту чувствуют. Это умение не раз спасало нам всем жизни.

— Никто не ждет, что ты с первого раза запомнишь все имена, — подхожу к своей девочке, кладу руку на талию, притягиваю к себе. Не для того, чтобы показать, что Аврора моя. Тут дураков нет. Мне до зуда в пальцах хочется постоянно ее касаться. Я даже дышу по-другому, когда ощущаю ее близость.

— Я запомнила, — шепчет она под дружный смех, потому что все, затаив дыхание, прислушивались к нашему разговору. А потом она начинает повторять имена, в глазах парней вспыхивает уважение, а меня распирает гордость.

— Ой! — вскрикивает, увидев наконец-то накрытый парнями стол. — Мне неудобно… Я бы сама… Спасибо вам большое… — кто из них больше смущен — парни или Аврора — сложно сказать.

Взрослым мужикам только покраснеть осталось от удовольствия.

— Да мы тут все свои…

— Всегда рады помочь…

— Нам несложно, — уверяют они мою невесту. Мне нравится, как звучит «моя девушка», «моя невеста». Скоро заменим — «моя жена» звучит еще лучше. Кому хватает стульев, садятся за стол, остальные, прислонившись к барной стойке или столешнице, тянут пиво, накладывают в тарелки закуски, пристроив их возле себя. Всем нормально.

Аврора сидит у меня на коленях, я сцапал свою девочку и теперь тихо кайфую, наблюдая за тем, как парни травят наши армейские байки, а она весело смеется, вспоминает свои приключения. От некоторых воспоминаний мне совсем не смешно, тогда я еще не представлял, что могу так любить, а мог ведь потерять, так и не узнав…

Аврора периодически поглядывает на помолвочное кольцо. Оно ей нравится. Она старается это делать так, чтобы я не заметил. Все, что касается Авроры, я подмечаю. Планирую баловать дальше, будут ей красивые цацки, даже если продолжит упираться.

Наш тихий вечер прерывает звонок в дверь. Ребята строят предположения, кто из отсутствующих парней явился с опозданием. Шутят, что вместо штрафного опоздавший лишится бухла. Ссадив с себя Аву, иду открывать.

Пздц!

Глава 67

Север

Вот так сюрприз. В прошлый раз мы не договорились с генералом, каждый остался при своем. Уступать он мне не хотел, а тут пришел. Не вовремя. Из кухни доносится шум, смех. Каручаев хмурится.

— Зайдете? — не стоять ведь тут вечно.

— Что за сабантуй? — привычно недовольным тоном, переступая порог. Хотелось бы знать, с какими намерениями явился. Расстроит Аврору — выброшу его из окна.

— Мои ребята в гости зашли.

— Гулянки устраиваешь? Моей дочери это надо?

— Помнится, пока была жива ваша жена, вы в своем доме тоже устраивали встречи друзей. Ей это нужно было?

— Аврора тебе не жена, — я замечаю, что голоса в кухне резко стихли. Ребята прислушиваются к нашему разговору.

— Штамп в паспорте поставить отнимет пять минут времени, — не говорю ему о том, что мы подали заявление в ЗАГС, и в ближайший месяц, если не сошлет в командировку, устроим небольшое торжество. Сослать он нас может, от него я ожидаю любой подставы.

— Так поставь! — зычным приказным тоном, который так бесит. — Моя дочь не какая-то там… — размахивая руками. Хочется его разок приложить о стену, чтобы херню не нес. Нельзя, Ава на меня обидится. — Разгоняй всех, разговор есть…

— Папа! — вылетает мой маленький боец, кулаки сжаты, глаза зло сверкают. Забываю о своем желании двинуть Каручаеву, его сейчас жалеть придется. Ребята за ее спиной собрались полукругом, готовы наблюдать бой титанов. Их не обманула хрупкая внешность моей девочки. — В этом доме командовать может только один мужчина, и это не ты! В чужой монастырь со своим уставом не ходят! Эти ребята — наша с Мироном семья, а ты… Ты проявляешь неуважение по отношению к нам и к ним! — машет за спину, не видя, что мои мужики уже готовы присягнуть ей на верность. — Я так ждала тебя, а ты…

А вот это мне совсем не нравится, на ее ресницах заблестели слезы, но мой маленький боец берет себя в руки, чувствует, что я уже стою за ее спиной.

— Хватит, Ава! — все еще рычит, но уже без огонька, а чтобы лицо не потерять. — Им через две недели в Сирию возвращаться, отпуск заканчивается, — обводит указательным пальцем нашу компанию. — Я, как отец, имею право требовать, чтобы ты ждала его возвращения в качестве жены, а сейчас ты не пойми кто!

— Я его невеста! — Ава злится, тыкает в отца пальцем с кольцом.

— Невесты живут в родительском доме! — Каручаев консервативен. Возможно, в отношении своей дочери я буду мыслить точно так же, поэтому тут к нему претензий быть не может.

— Мы сыграем свадьбу до моего отъезда, — даю слово будущему тестю. Он протягивает мне руку, я ее пожимаю.

— И еще одно, — сурово сводит брови, включает генерала. — Юрка будет служить в твоем отряде, сначала пусть добьет контракт, а потом валит на все четыре стороны! — конфликты в доме так и не утихли. Каручаев не может смириться, что сын похерил карьеру военного. Надеется, что я смогу на него повлиять, а заодно присмотрю. Только на фиг мне это не надо, но и отказать будущему родственнику не могу.

— Как только восстановится после ранения, обсудим, — информирую тестя.

— Ты мне эти разговоры брось!

— Без медкомиссии, психолога и сдачи всех нормативов говорить не о чем!

— Павел Олегович, выпьете с нами? Помолвку надо отметить, — вперед выходит матрос с запотевшей бутылкой водки, которую только достал из морозилки, и рюмкой.

— Так за стол пригласите. Держишь отца на пороге, — с укоризной Авроре. Она закатывает глаза, ничего не отвечая. Генерал Каручаев уже на кухне, а я притягиваю Аву к себе, накрываю сладкие губы. Мне нужна доза успокоительного, хочу вернуть в свою душу состояние покоя и счастье, которые может дарить только она. Не думаю, что мой будущий тесть быстро покинет наш дом, а чтобы его терпеть, мне нужно очень много утешительного…

Эпилог

Аврора

— Ну что ты дергаешься, Ава? На любой шум выбегать будешь? — бурчит генерал Каручаев, развалившись в нашем с Севером любимом кресле.

Любимое оно потому, что большое и удобное. Мы его купили на «Авито», а потом отдали приличную сумму, чтобы нам его отреставрировали. Я искала интересный декор на сайте, увидела эту древность и влюбилась. Как оказалось, не зря. Мирон обожает сидеть в нем. Удобно развалившись, этот хищник следит за мной, если я забываюсь и подхожу очень близко, ловит, раздевает и устраивает на себе…

Я никогда не забываюсь, но Мирон об этом не знает. Может, лет через тридцать, когда у меня начнут болеть колени, и я не смогу заниматься любовью в позе наездницы, я ему об этом расскажу.

— Пап, ты переживаешь больше меня, — выдержанным тоном, ему нельзя нервничать. Папа недавно перенес операцию на сердце, учитывая его состояние, эмоции я сдерживаю.

В последнюю командировку Север сбежал, ехать должна была другая группа, но он подсуетился и отправился в горячую точку. Юрка, зараза, уехал вместе с ним, хотя до конца контракта оставались считаные дни, он мог их пересидеть в Москве! Все из-за того, что под пулями им комфортнее, чем рядом с больным ворчливым генералом.

Юрка его сегодня заберет домой. Будем присматривать целых полтора дня! Послезавтра папа на месяц отправляется в санаторий, после этого, возможно, сможет вернуться к работе.

Я люблю отца. Благодарна за все, что он для меня сделал. Характер у него сложный, но он сам нас растил, не спихивал на нянь и домработниц. Мне хочется вернуть ему заботу. С возрастом он не становится мягче, но я надеюсь, что папа еще долгое время будет с нами.

Я ушла на кухню, курица в духовке уже приготовилась, пора вытаскивать. По дому разносятся ароматы готового мяса и специй, а я стараюсь не дышать глубоко, чтобы подавить подступающую тошноту.

Противень выскользнул из рук, с громким стуком приземлился на стол, хорошо, что не на пол, чудом спасла.

— Ава, все в порядке? — услышав шум, забеспокоился отец.

— Угу, — смогла только промычать. Кинулась к раковине, потому что резко накатила тошнота.

— Что ты сказала?

— Все хорошо, пап! — отдышавшись, умыла лицо холодной водой. Не хочу, чтобы он догадался. Первым о моей беременности должен узнать муж. Хотя папа, после того как у Яра родился сын, не дает мне покоя: «Ты когда родишь мне внука?.. Зачем замуж выходила, если рожать не собираешься?.. Твоему мужу нужен наследник…» — и все в этом роде.

Я и сама захотела ребенка, как только взяла на руки маленького Багирова. Сразу начала мечтать о вот таком же комочке счастья. И вот, все получилось. Проигрываю в голове, как скажу об этом Северу. Он обрадуется, я точно знаю.

Папа принес альбом с нашими свадебными фотографиями, опять пересматривает. Каждый раз с гордостью заявляет: «Какого мужа я тебе выбрал». Я только мысленно закатываю глаза, надеясь, что Мирон его никогда не услышит. Муж стоически переносит присутствие генерала в нашем доме, но до дружбы там далеко.

Улыбнувшись, тихонько прокралась на балкон — подышать свежим воздухом. Хорошо за городом! Тут кругом сосны, воздух становится очень вкусным. Дом мы купили два месяца назад и сразу переехали. Я нисколько не жалею. Скоро у нас появится малыш, ему лучше будет расти за городом.