Кристина Майер – Персональное задание для капитана Огоньковой (страница 29)

- Тупая корова!... Дура непроходимая! - орет Давид на Эммануэль. Та, вжав голову в плечи, тихо всхлипывает. А я выплываю на поверхность из своих мыслей. Мозг блокирует мою действительность, потому что мне в ней некомфортно, и заменяет ее приятными воспоминаниями. Спасибо ему за это, но работу никто не отменял.

- Давид, Князь при любом раскладе был не прав, - произносит Виктор, поднимаясь со стула. Только сейчас я замечаю, что он насуплен и хмур. Бросает в сторону Эммануэль жалостливый взгляд. Обычно Виктор не проявляет эмоций, а тут их очень много. - Это мое мнение, а ты считай как знаешь, - бросает упрек в лицо сутенеру. Молча покидая кабинет, смотрит себе под ноги.

Давид перестает трясти кистью, провожая Виктора хмурым взглядом, сверлит у того дыру в спине. Заставляю себя переключиться на задание. Обхожу диван, собираюсь присесть, но, бросив взгляд на Эммануэль, так и застываю в воздухе полусидя.

Мать твою отец любил!!!

- Какого хрена?! - переводя взгляд с Давида на Эммануэль, восклицаю я. Меня начинает трясти, когда вижу побои на лице девушки. В моей голове не укладывается подобная жестокость. Это ненормально! За гранью моего понимания! За гранью понимания любого нормального человека! - Что это?! - летит в Давида обвиняющий взгляд.

Гранов предупреждал, что одну из девочек Князь жестко изнасиловал, а других избил, но я понятия не имела, что она будет выглядеть так, будто по чистой случайности осталась жива. Такое лицо я не была готова увидеть. Удивление даже отыгрывать не пришлось. Лицо напоминает фиолетовый шар с прожилками других цветов: зеленого, бордового, синего и желтого.

Это пипец, товарищи!

Он конченый отморозок!

Его расчленить не жалко!

- А это, Олеся, последствия неадекватного поведения, - вкрадчиво произносит сутенер. Вскакивает на ноги. Ему не нравятся мои претензии и обвинение в голосе, поэтому он начинает наступать на нас с Эммануэль. - Я миллион раз говорил: не жрать пыль на заказах!!! - расходится он. Руки закладывает за спину, словно прячет их от греха подальше, боясь поддаться искушению и задушить проститутку. - Даже если клиент вам ее в жопу членом пытается затолкать, отказываетесь! - брызжет слюной. Несколько капель летят на волосы Эммануэль, которая так и не подняла взгляд от своей обуви. Сидит со склоненной головой и молчит! Молчит и не думает защищать себя!

- Говорите, что у вас аллергия на дурь, что, если примете, вас до больницы не довезут и вы прямо там помрете! - продолжает орать Давид, косясь в мою сторону, будто ждет поддержки и понимания, но их не будет. Князь отморозок, и его место вольере с дикими зверями. - Они, сука, знали, к кому едут на заказ, и обдолбались на хрен! - не успокаивается Давид.

Гашу в себе черную, неконтролируемую ярость. Даже не знаю, на кого больше злюсь в этот момент. Наверное, всё-таки на Эммануэль. Хочется встряхнуть ее хорошенько и заорать: «Ты идиотка?!»

Какой-то левый мужик тебя избил, а вместо компенсации, защиты и утешения ты получаешь шквал неадекватного поведения от начальства! Мне ее даже треснуть захотелось, чтобы начала отстаивать себя.

- Нам сказали, что Князя не будет. Его в ментовку загребли, должны были продержать трое суток, - извиняющимся тоном блеет бедная овечка.

- Дуры! - зарывшись пятерней в короткие волосы, Давид шумно дышит, но орать не перестает. Не угасает запал в сутенере. - Какие же вы дуры! - качает головой и даже пытается нервно засмеяться, но оставляет попытку.

- Давид, ты серьёзно? - не получается остаться в стороне и наблюдать, как второй мужик за полдня, пусть и морально, прессует девушку. - Считаешь, что с ними так можно было поступить только из-за того, что они обдолбались наркотой, которую им предложили клиенты? - бросаю Давиду. Других девушек я не видела, но не думаю, что выглядят они лучше. - Своих друзей Князь тоже разукрасил или самоутвердиться он способен только за счет женщин? - транслирую свое омерзение. Если Давид думал заручиться моей поддержкой, то глубоко ошибся. В данную минуту он мне так же отвратителен, как его клиент.

- Они не первый раз на заказе у Князя, - понижая тон, начинает объясняться. - Нужно делать вид, что пьешь, но не пить. К наркоте близко не приближаться, чтобы Князю не сорвало планку. Все эти требования они прекрасно знают, но каждый раз одно и то же.

- У этого больного ублюдка по любому поводу срывает планку! - невозможно убедить меня в том, что мужик имеет право поднять по каким-то причинам руку на женщину, какой бы она ни была.

Зря старался, Давид! Побереги свои ораторские способности для другого случая. А меня от тебя тошнит, причем не фигурально.

- Может, не стоит ему поставлять девочек, чтобы их смерть или инвалидность не легла на тебя тяжким грузом? - пытаюсь достучаться до его совести, но понимаю, что напрасно.

- Олеся, ты точно в этом бизнесе давно? - подозрительно щурится, обнажает в оскале края зубов. Снова завелся, не понравились мои слова? Задели за живое? - Мы тут не цветочками торгуем, - напоминает мне. - Клиент всегда прав, запомни, если забыла или не знала!

В этот момент я его ненавижу. Презираю даже больше, чем Князя! Но своей реакцией, наверное, выдаю себя, поэтому прячу эмоции и беру себя в руки.

- Ты у врача была? - переключаюсь на Эммануэль. Достучаться до Давида не получится, зря только распыляюсь, он держится за своих клиентов клещами, боится потерять даже тех, по кому психушка плачет.

- Была. Всё нормально, к Князю претензий не имею, - глядя мне в глаза, выдает упрямо, а у самой подбородок дрожит.

Давид прав - точно дура!

- Если ты такая сердобольная, Олеся, то на заказы выезжай с девочками и страхуй. С этого дня это входит в твои обязанности, - выдает обиженный на меня сутенер и возвращается за стол. На нас больше не смотрит. Обиделся, что против него выступила, и тут же решил отомстить, подложив под Князя?

Глава 44

Олеся

После того, как Эммануэль с разбитым лицом гордо покинула сию обитель, мы с Давидом не перекинулись и парой предложений. Приказав мне учить списки, Давид умотал следом за Эммануэль.

Я все время думала о новых требованиях, которые, как оказалось, подразумевает моя должность. Буду теперь сидеть под дверями, слушать, как клиент удовлетворяет свои потребности, а наши девочки почти натурально стонут от удовольствия и правдоподобно имитируют оргазм. Это не мои выводы, подслушала разговор эскортниц. Также выяснила, что оргазм они испытывают, когда деньги за вызов капают на карту.

Ну это ладно, меня другой вопрос интересует. Жаль, не успела задать его сутенеру. Самодур он самый настоящий! Я тут голову ломаю, как мне разорваться? К вечеру у нас забирают почти всех девушек. Кого из них сопровождать? Под чьими дверьми сидеть подслушивать?

Скорее бы добраться до пропавшей информации и выяснить, куда исчезла девушка. От последнего клиента она точно вернулась, ее подруги дружно это подтвердили, камеры зафиксировали, как она входит в подъезд своей квартиры. Те же камеры зафиксировали, что через полтора часа она села в темную машину без номеров - и все… пропала. Отследить машину не смогли, следы пропали на загородной трассе.

- Кофе будешь? - спрашивает Виктор, входя в кабинет Давида. Ставит передо мной полную чашку крепкого напитка.

- Спасибо, - благодарю, затягиваясь горьким ароматом кофе.

Виктор проходит, садится за стол Давида и включает комп. Пока тот загружается, отхлебывает со звуком кофе из чашки. Вспомнив, что только что поднялся с дивана, проходится пятерней по волосам, пытается пригладить лохматые вихры, но те все равно топорщатся в разные стороны. Ему бы в парикмахерскую или на крайний случай голову помыть и расчесать. Загрузив стрелялку, убавляет звук. Рубится там не на жизнь, а на смерть. Я искоса наблюдаю за тем, как меняется и оживает его лицо. С людьми он сух и закрыт, а тут прям каждая мимическая морщинка оживает. Вот это метаморфозы. Пока я слежу за ним, Виктор следит за мной.

- На Давида не клинься, он сам злится на Князя, - видимо, устав от тишины, заговаривает он. Не зная, как реагировать на слова Виктора, молчу и слушаю. - Думаешь, он рад, что так получилось? Поверь, нет, - продолжает он, не отвлекаясь от игры. - Бизнес специфический, и в нем свои правила. Пошлет на хрен Князя, он за собой половину элиты перетянет в другое агентство. Конкуренция нехилая. На таких, как Князь, держится бизнес. Ежедневно устраивая вечеринки, он регулярно заказывает девок. И на этих вечеринках наши олигархи и политики отрываются так, как не могут оторваться где-нибудь в другом месте. Этот урод знает толк в развлечениях, знает, как вытащить наружу темное мужское нутро, - с пренебрежением о Князе говорит Виктор. - Он многих держит на крючке, - сообщает то ли случайно, то ли специально закидывает удочку, подозревая, что я не та, за кого себя выдаю. Удочку я увидела, но крючок все равно заглотила. Это может быть то, что мы ищем.

- Давида тоже держит на крючке? - интересуюсь я. Замираю в ожидании ответа.

- Давида вроде нет, - ведет плечами. Его ответ заставляет насторожиться, Виктор будто приоткрывает мне завесу, к которой раньше я не имела права даже приближаться. В чем подвох? - Но он со мной не всеми проблемами делится, - добавляет он, резко переходит на мат, потому что в игре его убили. Уверена, в реальной жизни меньше бы нервничал из-за ранения. Мужики! Правильно говорят, до сорока пяти лет ребёнок, до семидесяти - подросток, а там старческий маразм не за горами.