Кристина Майер – Никуда от меня не денешься (страница 21)

Поднявшись наверх, я выбрала себе спальню, умылась и легла спать. Через полчаса пришел Ян со своим одеялом.

— Я пришел тебя согреть, приставать не буду, — забираясь поверх моего одеяла в постель. — Нужно было включить отопление или найти печку, но сейчас мне лень этим заниматься, спать хочу, — пряча зевок. Притянув к себе, накрыл нас еще одним одеялом. Я так точно не замерзну. Это была наша первая ночь в одной постели. Мы год держали дистанцию, а тут за одну ночь стерли все границы. Не могу сказать, что меня это сильно смутило. Первые несколько минут я ощущала смущение, а потом просто забила на все и уснула. Проснулась под двумя общими одеялами…

Откинув голову Яну на грудь, я с улыбкой вспоминала прошедшую ночь. Солнце все выше поднималось над горами, прогревало землю и воздух. Скоро станет жарко, но с гор, скорее всего, будет дуть прохладный ветер.

Ноги замерзли, пора идти искать тапочки.

— Я сварю кофе, — выбираясь из объятий Яна. Не хочу ему говорить, что замерзла…

— Ты почему босая? — строго. Маневр с побегом не удался. Порой мне кажется, что он умет читать мысли. Самсонов подхватывает меня на руки, усаживает на деревянный массивный стол. Берет мои ступни в руки, зло смотрит на меня, согревая ноги в своих ладонях. — Ты чем вообще думала, когда вышла разутая на улицу? Решила получить воспаление?! — ругается Самсонов, но в этом чувствуется забота, поэтому я смиренно слушаю. Согрев, а заодно промассировав ступни, скидывает с себя лонгслив, обнажая идеальный торс. Он делает это без задней мысли, а у меня руки чешутся погладить, прикоснуться… — Сиди тут, — замотав теплой тканью мои ноги, Ян уходит.

Откинувшись назад, упираюсь ладонями в столешницу, подставляю лицо лучам солнца, проглядывающим сквозь верхние балки. Зажмуриваюсь от удовольствия. Надо будет днем позагорать…

Самсонов возвращается с моими тапками и носками. Надевает сначала носки, потом тапки. Не буду врать, мне приятна его забота. Как только он отпускает ногу, собираюсь спрыгнуть со стола, но Ян не позволяет. Раскинув мои бедра в стороны, устраивается между ног. Хватает за затылок, сжимает волосы между пальцев, заглядывает в глаза, не видя в них сопротивления, подается вперед. Обдав мятным дыханием, накрывает мои губы поцелуем…

Глава 28

Ника

Мое тело откликается на дерзкое властное сближение. Ян умеет держать себя в руках, я весь год наблюдала, как он сохраняет дистанцию, а теперь такое ощущение, что он снял все внутренние запреты, демонстрирует мне еще одну сторону своей личности, ранее мне незнакомую. Не объясняя, требует ее принять. Я вроде не против, но немного пугает, насколько быстро мы сближаемся. Резкий скачок в наших отношениях, а я думала, что переход будет менее стремительным.

Самсонов заправляет за ухо прядь моих волос, открывает лицо. Держит его в своих теплых ладонях. Лучи восходящего солнца обжигают кожу, а я вся дрожу. Ян обводит подушечкой большого пальца скулы, поддевает подбородок, заставляя немного запрокинуть лицо. В его глазах пламя, оно разжигает пожар в моем теле. Волной накатывает возбуждение, на его ласки откликаются все нервные волокна и рецепторы. Губы раскрываются в ожидании поцелуя.

Самсонов не спешит, дразнит, подушечкой большого пальца обводит губы, оттягивает нижнюю, сминает ее. Стараюсь скрыть от него дрожь.

— Оближи, — командует хриплым голосом. Подчиняясь его требованию, высунув кончик языка, обвожу несмело подушечку пальца. — Продолжай! Никогда не вела себя настолько раскрепощенно. Видела в роликах «восемнадцать плюс» что-то подобное, но никогда не думала, что подобные действия способны возбудить не только мужчину, но и партнершу. Преодолев легкое смущение, облизываю подушечку пальца. Властный требовательный взгляд заставляет продолжать.

Немного осмелев, кладу ладони на обнаженные плечи Яна. Он так и не надел футболку, но теперь я этому рада. Приятно чувствовать под своими пальцами прохладную кожу. Оглаживая плечи, спускаюсь к твердым мышцам груди, исследую торс, спускаюсь к ровным кубикам на прессе.

— Не сегодня, Ника, — свободной рукой убирает мои руки. Не успеваю обидеться, он поясняет. — Если ты продолжишь, мне будет сложно тормознуть, — все это время он смотрит мне в глаза, а ощущение, что проникает в душу.

Ян продолжает водить влажной подушечкой пальца по губам, почти грубо сминает их. Я вижу, что ему и сейчас сложно с собой бороться. Глаза — раскаленное пламя. Мое дыхание учащается, не могу спрятать от него реакцию своего тела. Он словно сдирает с меня кожу. Я умираю и возрождаюсь, тону в первобытном темном желании. Там, внизу, становится влажно. Трусики уже промокли. Хочу сомкнуть бедра, чтобы остановить реакцию тела, но Самсонов стоит между бедер и сдвигаться не собирается.

— Пососи его, — Ян проталкивает палец в рот. Его голос звучит еще на несколько тонов ниже.

Выполняю просьбу-приказ, втягиваю палец чуть глубже в рот, облизываю, посасываю. Глаза у Самсонова бешеные. Скалится, раздувая крылья носа. С губ срывается то ли стон, то ли рык.

— С ума сводишь, — дергает на себя, притягивает к себе, впечатывая в свою грудь. Упирается в промежность твердой выпуклостью. Я прекращаю дразнящие движения. Просыпается пока легкий страх, я не готова переходить на новый уровень, но, видимо, у Яна отказали тормоза.

Никогда ему не признаюсь, но во мне до сих пор сохраняется легкое недоверие. Те его слова глубоко засели в голове. Не получается их полностью вытравить, вот в таких вот ситуациях просыпается мое недоверие.

— Расслабься, — замечая мое состояние. — Привыкай меня чувствовать, — толкается эрегированным членом мне между ног. Наклоняется, обводит языком губы, словно слизывает с них капли варенья. Зарываясь пальцами в волосы, удобно устраивает мой затылок у себя в ладони, проникает языком в рот. Целует жадно, дико. Сминает мои губы, словно собирается их съесть. Врывается языком в рот, потом отступает, молчаливо, только с помощью губ и языка требует отвечать на поцелуй. Подключаюсь к игре, просовываю язык в его рот. Он уступает, но тут же снова наступает. Прикусывает нижнюю губу, втягивает ее в рот, посасывает…

Жар охватывает каждый участок тела. Поедаем друг друга. Внизу живота появляется тяжесть, она давит, возбуждает. Бедра Яна толкаются в мою промежность, твердый бугор трется о нежные складочки. Нас разделяет несколько слоев ткани, которые мне хочется с нас сорвать.

Ян прерывает поцелуй. Чуть отстраняется, рвано дышит.

Опускаю взгляд на его бедра. Через тонкую ткань спортивных штанов отчетливо видны очертания большого эрегированного члена.

— Хочешь на него посмотреть? — спрашивает Ян, а я облизываю пересохшие губы, словно не только посмотреть, но и попробовать хочу. Прячу от него свой взгляд, боясь, что он может прочитать мои мысли. Подхватив пальцами подбородок, заставляет взглянуть в глаза.

Во мне борются девственница, не готовая к сексу, и развратница, желающая попробовать все, что может предложить Ян…

— Понял, не сегодня, — усмехается Самсонов. Отпускает мой подбородок, отходит, помогая слезть со стола. — Иди, одевайся, пойдем завтракать, — запрокидывает голову и глубоко втягивает воздух, словно пытается успокоиться. Наверное, так и есть.

Моя разумная часть подсказывает, что мое присутствие провоцирует Яна. Ухожу в комнату. Бегу в душ. Вода едва теплая, но сейчас мне не мешает остыть. Выхожу из кабинки, растираю тело полотенцем, пока кожа не начинает гореть. Надеваю лосины и футболку. В горах выглянуло солнце, думаю, скоро станет совсем жарко. Толстовку можно не надевать. Спускаюсь вниз, Ян еще в душе. Жду его на террасе. Через открытые стеклянные ставни могу видеть, как он выходит из ванной комнаты в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Выглядит очень соблазнительно. К щекам приливает кровь, внизу живота вновь начинает закручиваться спираль. Ян меня не замечает, быстро поднимается к себе, выходит через пару минут, уже одетый в спортивный костюм, на голове кепка, развернутая козырьком назад.

— Идем? — протягивает руку. Переплетя наши пальцы, ведет за собой.

Пока спускаемся, Ян фотографирует меня на телефон, выбирает удачные ракурсы, командует, как лучше встать, куда повернуть голову. Показывает мне снимки. Прошу скинуть мне на телефон.

— За поцелуй? — подмигивает. Я тут же краснею, вспоминая, чем мы занимались час назад.

Домик расположен на территории гостиничного комплекса. Здесь есть ресторан, но рядом находятся несколько кафешек, куда устремлен основной поток туристов. Утро только началось, а по округе разносится запах шашлыков. Тут и традиционная кухня, и лаваши, и пицца, и бургеры, и шаурма.

Мы осматривается, прежде чем выбрать и зайти в кафе. Следим за туристами, они тут не первый день и должны были понять, где вкуснее. Судя по тому, что люди расходятся по разным заведениям, вкусно везде. Запахи такие, что я хочу скорее что-нибудь съесть. Ян, видимо, не так голоден, как я, он останавливается поздороваться с группой мужчин, среди них выделяется высокий крепкий мужчина лет сорока пяти в камуфляже и панаме цвета хаки. Он инструктирует туристов, объясняет им какие-то правила.

Прислушиваюсь к разговору, понимаю, что они собираются совершить восхождение на Эльбрус. Оборачиваюсь к горе. Они собираются взбираться на самый верх? Внимание привлекает небольшая яркая птичка, отхожу, чтобы рассмотреть ее поближе.