Кристина Майер – Не буду второй - Кристина Майер (страница 32)
Снайпера? В кого он стрелял?
- Быстро в дом, - подняв с земли, мужчины уводили нас, прикрывая своими телами.
- Хозяйка ранена, - резкий голос охранника разрезает пространство, убирает весь лишний шум на задний план. Перевожу взгляд на Мауру, а у неё вся левая сторона залита темным кровавым пятном….
Глава 42
Самира
Мауру увезли в больницу. Я хотела поехать с ней, но меня не пустили. Стрелка не поймали, а поэтому мне опасно было покидать дом. Охране пришлось разделиться, кто-то уехал с Маурой, кто-то продолжал искать стрелка, но большая часть продолжала сторожить особняк и меня в нем.
Маура в очередной раз меня удивила. Поражаюсь ее стойкости и смелости. Я умирала от страха, что она может умереть, а Маура просила найти и сохранить жизнь тому уроду, чтобы она сама смогла его пристрелить. Видимо, один из охранников был прав, когда сказал, что ранение не смертельное.
Как же тяжело ждать и находиться в неведении. Когда из больницы позвонили и сообщили, что с Маурой все хорошо, обнявшись с Данирой, мы рыдали от радости. Как только она стала отходить от наркоза, набрала сама.
- Со мной все хорошо, - слабым голосом произнесла она. – Через несколько дней меня обещали выписать.
- Тебя выпишут тогда, когда ты будешь полностью здорова! – услышала в динамик разгневанный голос Алихана.
- Не рычи, - в голосе Мауры появилась сила, но сейчас мне
- Алихан у тебя? – не сумев скрыть волнение. – А Ислам? Они нашли Алису?... – засыпала ее вопросами.
- Ислам едет домой, - слабым голосом сообщила Маура.
- Самира, Алису мы нашли, с ней все хорошо, - в динамике слышится голос Алихана, видимо, отобрал трубку у Мауры. – Ислам тебе всё расскажет….
Пошли минуты ожидания. Мне хотелось знать, что с Алисой. Для меня было важно выяснить, какой вред нанесла моя семья невинной девочке. Эта ночь стала самой длинной в моей жизни. Когда Ислам вернулся, время было почти три часа ночи. Войдя дом, он кивком головы выпроводил охрану. Данира ушла спать полчаса назад, мы остались одни.
- Привет, - тихо произнесла, облизывая пересохшие губы. Ислам выглядел уставшим, у него были сюиты костяшки, а дорогой костюм просился, чтобы его выбросили в мусор, но это не мешало ему быть самым красивым мужчиной на свете.
Вместо ответа на мое приветствие, Ислам подошел, почти грубо притянул к себе и впился в губы. Не ожидая поцелуя, охнула от удивления, его язык тут же оказался у меня во рту. Все тревоги этого дня стали отступать. Его объятия – самое надежное и спокойное место на этой планете. Я не забыла об Алисе, но позволила себе немного расслабиться, отвлечься от переживаний.
- Я соскучился, - продолжая целовать. – Мне лучше остановиться, - разрывая наш поцелуй, громко втягивает носом воздух и прикрывает глаза.
- Почему? – не задумываясь, во мне говорят эмоции. Подхватив большим и указательным пальцем мой подбородок, вынуждает смотреть в глаза.
- Потому что во мне до сих пор кипит злость. А злой и голодный мужчина…
- На кухне есть еда, - не дослушав.
- Я говорю о другом голоде, - улыбнувшись краешком губ. - Когда мужчина злой этого голод становится сильнее. Мне почти не удалось сбросить напряжение, - переводит взгляд на сбитые костяшки.
- Что с Алисой? – касаясь губами его раны. Так мне захотелось выразить свою благодарность, Ислам бросил все и кинулся спасать незнакомую девочку.
- Она дома. С ней все хорошо. Я лично отвез ее и передал брату, - берет за руку и ведет к дивану. Усаживает рядом с собой. Молчит почти минуту, прежде чем, продолжает: – Они собирались ее изнасиловать, - произносит Ислам, а у меня спирает дыхание. Как можно, она ведь ещё совсем девочка!
- Хорошо, что вы успели...
- Мы бы не успели, - мотнув головой. – Твой брат спас ее.
- Мой брат? – пытаюсь понять его слова. На свободе у меня только один брат, но что-то не верится в его благородство.
- Сахир, - подтверждает Ислам. – Видимо, вырвавшись из-под опеки Вазира, он обнаружил в себе что-то порядочное, - с пренебрежением говорит о нем Ислам и потирает разбитые костяшки. У меня почти нет сомнений, о кого именно он разбил руки.
Мне все ещё не верится, что Сахир так поступил, но Ислам продолжает рассказывать, убеждает меня. – Не знаю, где они наняли тех отморозков, что согласились им помогать, но в какой-тот момент они вышли из-под контроля и решили изнасиловать девочку. В голове твоего брата что-то сработало, он спрятал её, а потом инсценировал побег. Мои люди подъехали в этот самый момент, - Ислам говорит ровным спокойным тоном, а у меня волоски встают на коже. Если бы Сахир
- Антон, наверное, злится на меня, - озвучиваю мысли, что вертелись весь день в голове.
- Мы с ним поговорили, он все понимает, - сжимает мои пальцы. - Я предложил отправить его мать и сестру отдыхать, он согласился.
- Алисе нужен психолог.
- Он у нее будет, - обещает Ислам.
- Вы нашли того, кто стрелял в Мауру? – этот вопрос тоже не дает мне покоя. – Ты тоже думаешь, что целились в меня? – уточняю.
- Целились в Мауру, - без тени сомнения в голосе. - Муж ее сестры знал, что она продолжает его поиски. Когда он в последний раз посещал Россию, нанял человека, который должен был ее убрать. Они разминулись, Маура и Алихан улетели по поддельным паспортам. Подробности тебе не нужны, - строго произносит он. Ислам не хочет втягивать меня в это дело, но со слов Мауры мне и так все известно. – Теперь все будет хорошо. А теперь иди отдыхать, завтра будет тяжелый день.
- А что будет завтра? – озвучиваю вспыхнувший интерес.
- Узнаешь завтра, - тянется и целует меня в губы. Не нежничает, властно и страстно целует, проникает в рот языком. – Если ты сейчас не уйдешь в свою комнату, я утащу тебя в свою спальню, - предупреждает Ислам. Наверное, я согласилась бы остаться этой ночью с ним, но после того, как меня изваляли в земле, я ещё не приняла душ. Я буду стесняться… Одним словом, сегодня я не готова...
- Я пойду спасть, - поднимаюсь с дивана. Ислам отпускает меня, с виду он холоден и спокоен, но его темный взгляд обжигает мое тело.
- Иди.…
Спать я сразу не ложусь, сначала отправляюсь в душ. Быстро смываю с себя всю пыль и грязь, а так же переживания этого дня. Хочется верить, что все плохое осталось позади. Завернувшись в полотенце, выхожу из душа. В гостиной стоит Ислам, и смотрит, как капли воды стекают по ключицам в ложбинку….
Глава 43
Самира
Назад дороги нет…. - звучит в воздухе. – Мы дошли до точки невозврата.
Взгляд Ислама темнеет, он как бездна, которая затягивает в свою черноту. По коже пробегает дрожь, он будто заморозил каждую каплю на моем теле своей энергетикой, но тут же растопил их одним лишь взглядом. Мне немного страшно за себя, но при этом я чувствую странное волнение и непреодолимое притяжение.
В солнечном сплетении разгорается пожар, который растекается по всему телу. Облизнув пересохшие губы, я отступаю на один крохотный шаг назад. Прикрыв глаза, Ислам с шумом втягивает носом воздух, на его скулах играют желваки, он будто борется с собой.
- Убери руку, - приказывает Ислам.
Этот тот самый толчок, который я внутренне ждала. Расцепив пальцы, делаю шаг назад. Края полотенца расходятся, оно медленно скользит по влажному телу. Открывает грудь, потом живот, бедра, гладкий треугольник между ног. Прохладный воздух касается сосков, которые тут же твердеют. Делаю ещё один шаг назад, ноги касаются дивана, дальше отступать некуда. Хватаю ртом маленькие глотки воздуха, в солнечном сплетении печет так сильно, что я просто не могу вздохнуть. Он просто смотрит, ничего не делает, но его энергетика проходится по каждому участку оголенной кожи, возбуждает чувствительные участки тела.
- Сядь,- поступает очередная команда. Ягодицы ожигает прохладная обивка дивана. – Ложись, - прикрыв глаза, выполняю приказ. Голова касается декоративной подушке. – Открой глаза. Смотри на меня, - низким хриплым голосом. Я будто завороженная, выполняю все, что он говорит.
Выдернув из брюк футболку, он стягивает ее и отбрасывает в сторону. Расстегивает молнию на джинсах, пуговицу.… Я жду, что он тоже полностью разденется, но Ислам садится в кресло.
- Раздвинь ноги, - продолжает командовать. Мне непонятна эта игра, но она настолько сильно меня заводит, что тело бьет легкая дрожь, внизу живота затягивается тугой узел. Поджимая пальчики на ногах, я выполняю его приказ – развожу ноги в стороны, хотя и очень смущаюсь. – Согни их в коленях, - его хриплый голос вибрирует где-то глубоко во мне.
- Почему ты?... – если бы он разделся и лег рядом, мне было бы проще.
- Я плохо себя контролирую, могу быть жестким и сделать тебе больно, а я этого не хочу, - объясняет Ислам. – Согни ноги в коленях, - много жестче. Медленно скользя по кожаной обивке, раздвигаю ноги. – Открой глаза, Самира. Смотри на меня.
Сам он при этом смотрит туда. Смотрит жадно, собственнически. У меня дрожат колени, потому что я напряжена. Для меня все впервые, но я ни о чем не жалею. Это пытка… сладостная пытка.