Кристина Майер – Наказание для бандита (страница 14)

Мой?..

— Тучи набегают с севера, если хочешь успеть домой до начала ливня, тебе лучше поспешить, — подходит ко мне отец Авель. Он показывал мне стройку, рассказывал о проделанной работе. Значит, прав был старец. Действительно набегают, хотя час назад небо еще было чистым и ярким. — Может, останешься, переждешь дождь? — спрашивает он.

— Нет, домой пойду, — умом понимаю, что нет у меня здесь дома. Живу в сарае, сплю на соломе, а все равно тянет. Тянет не к месту, а к человеку.

— Тогда через лес, — указывает направление. — Там протоптанная тропа, сразу найдешь, она выведет тебя к деревне.

Попрощавшись с новыми знакомыми, потрепав пару мальчишек по вихрастым макушкам, покидаю стены монастыря. Проникся уважением к простой жизни, которая проходит в трудах, молитвах и заботах о сиротах. Я готов всячески содействовать, чем-то помогать, но от мирской жизни, вопреки уверениям Русланы, отказываться точно не собираюсь.

Тропинку нашел без проблем. В лесу прохладно и удивительно тихо, птицы не поют, словно их здесь никогда не было. Услышав шорох, останавливаюсь. Кто-то идет. Приглядываюсь, из кустов выходит старушка. Маленькая, сгорбленная. Ей лет восемьдесят, не меньше. В руках корзина с травой. В огороде, что ли, травы не нашлось?

— У вас в огороде трава не растет, что вы за ней в лес пошли? — обращаюсь к ней, спешу забрать корзину, которую она спокойно передает.

— Вроде умный мужик, должность такую занимаешь, люди тебя уважают, а болтаешь глупости, — поднимает на меня подслеповатый взгляд, щурится. Странный такой взгляд, он словно в душу проникает. — Травы в огороде полно, а эти травки не простые, они лечебные. Мои травки людям помогают, — произносит она, а я думаю над ее первым предложением.

— Вы меня знаете? — удивленно.

— Зачем мне тебя знать? — хмыкнув, произносит она, выходя на тропинку. — Ты в нашей деревне гость временный. Возьмешь свое и вернешься в город, — говорит старуха загадками.

— Я вас не понимаю.

— Не понимай, но к женщинам отношение меняй свое. Не просто так память тебе отшибло. Урок извлеки, — смотрит строго, но будто мимо меня. — От судьбы не бегай, все равно не убежишь, — продолжает чудаковатая бабка. — Нашел ты ее — судьбу свою.

— Дождь скоро начнется, — перевожу тему, все равно не понимаю, что она там лепечет. С чего старуха взяла, что я какую-то важную должность занимаю? А то, что про потерю памяти заговорила, так в деревне, видимо, разнесли.

— Брата своего встретишь, передай, чтобы осторожнее был. Пора менять свой образ жизни, — продолжает старуха загадывать ребусы. — А дождь… — смотрит на небо, которое сквозь ветви деревьев даже мне не видно, а ей подавно. — Не застанет нас. Успеешь до дома добраться. Там тебя новость ждет.

Тучи набегают все быстрее, небо совсем серое. Пахнет грозой, которая не заставляет себя ждать, грохочет где-то вдалеке.

— Куда вам корзину нести? — спрашиваю, когда входим в деревню. Старушка не отвечает, проходит с десяток метров и садится на скамейку у крайнего дома.

— Сюда поставь, — тычет крючковатым пальцем рядом с собой.

— Вы здесь живете? — осматриваю старое, перекошенное строение. Дом такой же старый, как и его жительница. Старушка странная, опять вопрос мой игнорирует. Поставив корзину на скамью, собираюсь попрощаться, а она мне:

— Стой, подожди, — копошится в травках. Сейчас замечаю, что они все разные, собраны в отдельные пучки, которые связаны между собой. Это какой труд! Тяжело ведь ей. — Руслане передай, — достает веревочку из кармана, сматывает пучок из разных трав и протягивает мне. — Как заваривать и пить, она знает.

— У нее что-то болит? — настораживаюсь.

— Ничего у нее не болит. Здоровая девка. Передай, скажи: Василиса Егоровна прислала, — словно отчитывает. Грозная старушка вызывает почему-то улыбу.

— Спасибо, обязательно передам, — разглядываю травы, будто что-то в них понимаю. Старушка еще один пучок собирает, сматывает веревкой. Пальцы работают проворно, не каждая молодая девушка так сможет. Гроза все ближе, сверкает молния. — До свидания, Василиса Егоровна.

— Возьми, — вместо прощания сует мне в руки веник разнотравья. — От каждого пучка отрывай веточку, измельчи и в банку. Залей кипятком, пусть настоится… — диктует мне рецепт, который с какого-то хрена тут же откладывается в голове. — Иди, а то намокнешь, — махнув рукой, прогоняет меня.

С первыми каплями дождя добираюсь до улочки, на которой теперь делю сарай с козой. Возле дома Русланы стоит машина капитана…

Глава 17

Хасан

Непонятное чувство вьется в груди, отравляет душу. Не помню, чтобы я раньше испытывал ревность. Хотя я вообще ничего о себе не помню. Захожу во двор, убивать соперника пропадает желание. Руслана стоит на крыльце, держит за руку белобрысого мальчишку лет пяти, у него над глазом пластырь, лицо зареванное.

— Руслану слушаться, понял? — требовательно спрашивает капитан сына. Тот, шмыгая носом, активно кивает. — Нашел дорогу? — заметив меня, спрашивает Валерий. — Ты извини, — смущенно проводит пятерней по волосам, чешет макушку. — Мне позвонили, сказали, Лешке соседский пацан камнем в глаз попал, я тут же сорвался, обо всем забыл, — махнув рукой.

— Нормально. Глаз в порядке? — киваю в сторону мальчишки.

— В порядке, — на губах участкового появляется улыбка. Стрессанул мужик. — Я его оставлю до вечера, — отходим. — Матушка утром на рынок уехала, оставила его с соседкой, она часто нас выручает. Обычно Лешка не хулиганит, но тут что-то ребята ему сказали, он в них камнями начал швырять, те в ответ. Вон что получилось. Соседка напугалась, перенервничала, отказывается за ним присматривать, а меня, как назло, в район вызывают! — капитана еще не отпустило. Переживает за сына. Присутствует стойкое ощущение, что мне это чувство знакомо.

— Хорошо, что обошлось синяком, — перекладывая пучки травы в другую руку.

— Да, повезло. Егоровну встретил? — улыбается, заметив в моей руке веник разнотравья. Старуха говорила, что меня ждет какая-то новость… Глупости!

— Корзину помог донести, она меня одарила, — машу травой.

— Если угостила, пей! — советует настоятельно. Верит, что помогает? В деревне вообще верят во все, и в ведьму, и в домового, и лешего… — У Егоровны хорошие сборы, к ней из всех уголков страны больные едут, она даже безнадежных ставила на ноги, — слушаю без особого энтузиазма. Дождь усиливается, капитан вспоминает, что ему в район надо. Попрощавшись, спешит в машину, пока полностью не промок.

Руслана уводит Алешку в дом. Утерев с лица капли дождя, иду следом, у меня есть отличный предлог — баба Вася меня целебным веником одарила. Через открытое окно слышу, что она угощает его конфетами. Немного промокнув, забегаю в дом. На деревню обрушивается ливень и мелкий град.

— Привет, боец, — протягиваю мальчишке ладонь, его маленькие пальцы тонут в моей руке. И опять что-то знакомое шевелится в груди. — Как чувствуешь себя?

— Хорошо, — уплетая две конфеты подряд.

— Лешка, не набивай рот конфетами, или я их заберу! — строго разговаривает с мальчишкой.

— Можно я с Лордом поиграю? — спрашивает Лешка.

— Нельзя, там дождь льет, — Руслана ставит перед парнишкой чашку чая.

— А можно я на крыльце постою, посмотрю на Лорда? — не сдается парнишка.

— Леш, он в будке сидит, ты его не увидишь.

— Мне скучно, — дуется он. Интересно наблюдать за их диалогом, Руслана разговаривает с ним, как со взрослым.

— Можешь разобрать сундук…

— Ура! — срывается Лешка со стула и несется в подсобку. Не знаю, что там за сундук, но парень очень рад.

— Потом все сложишь! — кричит ему в спину Руслана. Мы остаемся наедине. Это не совсем то, на что я рассчитывал, но выбирать не приходится.

— Егоровна передала, сказала, ты знаешь, как пить, — протягиваю пучок травы, внимательно за ней наблюдая. Забирает пучок, отводит взгляд. — Проблемы со здоровьем? — интересуюсь.

— Нет, — резко отвечает, чем подтверждает мои подозрения.

— Давай честно, — отчего-то злюсь.

— Зачем ты лезешь в мои дела? — сверкает глазами. Подхожу, Руслана отступает, упирается ягодицами в столешницу.

— Рассказывай, — нависаю над ней.

— Нечего рассказывать, — упрямо. Не сдвигаюсь с места, жду, что уступит. — Было небольшое воспаление, — сдается. — Теперь все в порядке, а это так, для профилактики, — с раздражением. Толкает ладонями в грудь.

— Что за воспаление?

— Ты доктор? Нет? Тогда отстань, — метает глазами молнии. Не стоит, наверное, давить. Придет время, сама все расскажет. — Пельмени на столе давно остыли, греть не буду, — складывая руки на груди. Ожидаемо переводит тему.

— В холодильник поставь, вечером на масле разогреешь, поем, — немного командую. Не признаюсь, что плотно отобедал в монастыре. Руслана громко вздыхает. Не только за окном гром и молния. Меня возбуждают ее эмоции… дурманит ее запах… напоминаю себе, что мы не одни в доме. Лучше отойти, пока не забылся.

— Я разговаривала с директором фермы, он приедет завтра утром, чтобы обсудить с тобой перенос навозных ям, — параллельно с ее голосом раздается визг Лешки.

Срываемся с места. Я первым оказываюсь на улице. Мальчишка радостно шлепает по лужам и пищит от восторга. Руслана выбегает за мной, хватает пацана на руки и бежит в дом.

— На хрена ты ребенку кайф обломала? Все равно ведь намок, — на свой выговор получаю еще один грозный взгляд. Молча посылает меня и мои советы.