Кристина Майер – На нее запрет. Дочка Шаха (страница 36)

- Что ты возишься, тащи ее быстрее! – орет другой за его спиной. Его лицо тоже скрыто капюшон. Приходит осознание, что они прячут свои лица от камер видеонаблюдения.

- Где Виктор?! – не слышу свой голос из-за шума крови в голове. Происходит что-то очень плохое.

- Ками, что происходит?! – встревоженный голос Бессонова касается слуха, прежде чем они замечают смартфон. Вырвав его из моей руки, бросает на землю.

- Меня пытаются похитить! - отмерев от шока, кричу во всю силу легких. Успеваю предупредить. В следующую секунду тяжелый ботинок разбивает экран, втаптывая его в землю. Отползаю глубже в салон. Из-за страха забываю все навыки самообороны, которые папа прививал с детства, но до последнего пытаюсь отпихиваться ногами и кричать, звать на помощь.

Животный страх не дает дышать.

- Что ты возишься? – дверь открывается с другой стороны, меня хватают за волосы и тянут из салона. Скольжу по гладко коже руками, пытаюсь хоть за что-то зацепиться. Как же это больно! Он с меня скальп собирается снять? От слез выступивших на глаза почти ничего не вижу.

Другой похититель бьет меня по рукам и ногам, чтобы я не цеплялась. Он может мне переломать пальцы, в его действиях нет ни грамма жалости. Изловчившись, наношу ему удар в лицо. На мне лоферы на толстой подошве, удар тяжелый. Нападавшего отбрасывает назад, крик его боли музыкой врывается в сознание, пробуждая его от шока.

Второму похитителю все-таки удается вытащить меня из салона автомобиля. Оказываюсь на мокром асфальте, одежда тут же впитывает влагу, холодом обжигает кожу, но это мелочи из моих возможных проблем. Недалеко лежит Виктор, кровь на его лице смывает дождь, но она продолжает бежать, окрашивать лужи в черно-красный цвет. Расстояние между нашими машинами мизерное, это мне кажется их просчет. Не ожидали, что я буду сопротивляться, а теперь не знаю, как тут развернуться и запихать заложницу в свою машину.

- Бросьте ее, бросьте! Поехали, - орет тот, кто остался на месте водителя. – Сюда охрана бежит! – продолжает кричать, мотор ревет, машина буксует на месте. – Сейчас менты подъедут!

Как только хватка на моей голове немного ослабевает, кручусь на месте так, чтобы иметь возможность ударить ногой. Спасибо папа, что научил. Бью точно в цель. Резкий хруст коленного сустава проходится по натянутым нервам, к горлу подступает тошнота. На практике прием я не использовала, но судя по воплю, все сделала идеально. Разрыв крестообразных связок причиняет адские муки.

Получаю удар в лицо от второго похитителя. Пространство расплывается и это никак не связано с дождем. Боюсь потерять сознание, ведь тогда не смогу сопротивляться. Хватаюсь за диски, тонкие пальцы легко проходят в проемы и сжимают литые прутья. Он пытается дергать меня за плечи, в тонкую кожу пальцев впиваются острые металлические края, но я не сдаюсь.

- Брось ее! Я уезжаю, идите на х… со своей затеей! – водитель захлопывает дверь, но прежде чем он срывается с места, похитители кричат:

- Стой! Стой, Серый! – я получаю удары ногой в ребра и в живот такой силы, что сгибаюсь от боли, в глазах темно, а голову разрывает от напряжения. Заваливаюсь на асфальт и отдаюсь темноте…

Глава 61

Лева

Вы когда-нибудь проваливались в трясину с головой? Задыхаясь, пытались выбраться? Я никогда не тонул, но до сих пор захлебываюсь страхом. Он своими шипами вспарывает кровеносные сосуды, я тону в собственной крови.

Никто представить не может, как приходится ломать себя, чтобы сбросить разговор, когда так важно знать, что происходит с любимой девочкой, почему в ее голосе паника… Непростое решение оказалось единственно верным и возможно спасло Ками жизнь. Охрана университета тут же отреагировала на сигнал. Их появление спугнуло нападавших.

Я пережил несколько часов ада, пока летел сюда, я продолжаю вариться в аду, наблюдая за Камиллой на больничной постели. Переломаю каждую кость этих уродов, как только доберусь до них. Они будут умолять о смерти. Мою хрупкую любимую девочку избили отморозки. Оставили на ее красивой коже гематомы! Повезло, что кости целы и нет внутренних разрывов сосудов. Злость и страх до сих пор держат мышцы в тонусе. Азамат уверяет, что все будет хорошо, через месяц Ками не вспомнит о боли, но я о ней никогда не забуду. Я не прощу!

- Лева, почти шесть утра. Езжай домой, отдохни, - Марат кладет руку на плечо, несильно сжимает. Он не гонит, просто предлагает, догадывается, что я никуда не уеду. Как и ему, мне сейчас не до отдыха. – Приляг хотя бы на диван, я все равно не усну, посижу с Ками, - мы как два разгневанных тигра, запертых в клетке. Маленькую кошечку, которую мы оба безумно любим, обидели. А мы не можем отомстить.

Имена этих уе@в уже известны, совсем скоро мы узнаем, в какую нору они зарылись. К их поиску подключились все друзья Шахова. Мало кто спал этой ночью. Сначала все собрались в больнице, но такое количество людей мешало, Азамат попросил всех разъехаться. Остались только родители Камиллы и я. Лера уснула в кресле минут двадцать назад, у нее просто не осталось сил, выдохлась.

- Лева, выйдем поговорить, пока мои девочки спят? – кивает в сторону двери. Отлепляю себя от стула, не хочу оставлять Камиллу, но отказать Марату не могу. - Я хочу предупредить, что это моя месть, - начинает он, как только я закрываю дверь больничной палаты.

- Нет, - не дослушав.

- Поверь, я понимаю твои чувства, - сжимает кулаки в карманах брюк. - Могу представить себя на твоем месте…

- Ты не на моем месте, Марат… - я готов крушить все вокруг, кричать от бессилия, убивать обидчиков моей девочки, но все что мне остается – контролировать тон голоса.

- Я был на твоем месте. Знаю, что хочется сделать с мразями, посмевшие протянуть руки к самому дорогому, что у тебя есть, но я тебе не позволю тебе к ним приблизиться, Лева, - меня разрывает от его запрета. Марат знает, что я буду их убивать, как только доберусь. – Я не хочу, чтобы сына моего близкого друга посадили за убийство.

Ноги растут из «боксерской карьеры». Тогда я не был в ярости, присутствовала спортивная злость, не больше. Это был профессиональный бой, во время которого произошла трагедия.

- Я сам их найду, - сквозь зубы. Челюсть от злости сводит.

- Не позволю, - жестко отвечает Шахов. Хватает за ворот рубашки, дергает к себе. – Защищать можно по-разному, Лева. Сейчас Камилле важно, чтобы ты был рядом, - чуть повышая голос. Ему спокойствие тоже дается с трудом. - Думаешь, я позволю ей носить тебе в тюрьму передачки? А ты туда загремишь, если не отключишь эмоции, - пытается продавить взглядом. - Твоей вины в случившемся нет, немного сбавляя обороты.

- Есть, Марат! Если бы тогда на озере я их всех добил, сейчас Камилла не лежала на больничной койке! – да, мы выяснили, кто эти уроды. Посмотрели снимки, которые прислал Аслан Арданов на телефон Шахова. – Они ведь мне отомстить пытались через нее, Марат. Это мое дело.

- Ты меня обо всем предупредил. Моя ошибка, что недостаточно серьезно отнесся, не усилил охрану. Поверил, что мое имя лучше любой защиты, - сжимает челюсть до скрипа зубов. Понимаю его чувства. Пздц, как тяжело. Чувство вины давит плитой, втрамбовывает в землю. Одно дело, если бы они раскатали в асфальт, похрену. Но как?! Как можно было избить девочку?! - Лева у меня не было отца, который взялся бы меня прикрывать или разруливать проблемы. Мне просто повезло, что я не оказался за решеткой. Тогда и времена были другие, легче было замять любое дело. Ты нужен моей дочери, Лева. Твоя задача быть рядом с ней. Смертников я накажу, но не твоими руками, - еще раз дергает за ворот, упирается лбом в мой лоб. – Ты мне как сын, Лева. Своих бы не пустил и тебя не пущу. Дочь мне не простит. Твои родители тоже, - отпускает меня, отходит, уперевшись лопатками в стену, немного съезжает вниз.

Замечаю, как тяжело ему дался бой со мной. Марат с полной отдачей сражался за мое будущее, за мою свободу. Откуда в нем столько сил после всего, что сегодня произошло?

- Если они вернуться живыми, ты меня не остановишь, - не могу просто отступиться. Марат не говорит, но я уже знаю, что в дело вмешаются Ардановы. Ибрагим с женой лично приезжали проведать Ками. Старший Арданов и Марат о чем-то негромко переговорили в коридоре. Догадываюсь, что отправят этих выродков туда, где им жизнь покажется адом.

Но сначала их нужно найти. Один всех королей, Кайсыновых и Ардановых я не потяну, они мне не отдадут отморозков. И куда девать ярость, что выжигает нутро?

- Не останутся, - уверенно произносит Марат, закрывая глаза.

- Я хочу забрать Ками себе, не дожидаясь лета, - мне нужен охренеть какой стимул, чтобы загнать зверя в клетку. Между нами повисает пауза. Считываю реакции на лице Шахова. Их нет. Кажется, будто Марат уснул, но я точно знаю, что он меня слышал.

- После больницы забирай, - открыв глаза, произносит Марат. Я не реагирую, жду подвоха. Должно быть «но». Шахов, хоть и понимает мои чувства, только поэтому уступил, вряд ли обойдется без условий. – Через ЗАГС, - и все? Не могу поверить. - Если ты не идешь спать, пойду займу диван, рубит меня…

Глава 62

Лева

Опасно прятать ярость в себе, может сдетанировать потом в любой момент. Если мне нельзя грохнуть этих уе@в, нужно подумать, куда ее слить как можно быстрее. На ум приходит одна кандидатура. Подбешивает с недавних пор. Чуть позже позвоню и договорюсь о спарринге.