Кристина Майер – Капкан для двоих (страница 4)

– Считай это актом милосердия, спас глупую девчонку, не позволил ей исковеркать свою судьбу.

«Спокойно, Карина. Дыши. Считай до десяти…»

– Сам себя в благодетели записал или кто-то подсказал? Буду благодарна, если в следующий раз ты кинешься спасать кого-нибудь другого, кто действительно в этом нуждается.

– Будь хорошей девочкой, посиди с закрытым ртом, мы скоро приедем, – не пытаясь скрыть грубость.

Да больно надо разговаривать с тобой! Включила клипы в телефоне, чтобы не ехать в раздражающей тишине. Наушники остались дома, поэтому Амиру придется слушать музыку, даже если он не хочет. Никаких комментариев не последовало, а я не отрывала взгляд от экрана, на котором герои страстно целовались. Рука актера лежала на бедре певицы, ползла под край короткой юбки, открываю кромку черных чулок. Эта картинка до скрипа в мозгах показалась знакомой. А в следующий миг я вспомнила ощущения, которые оставляет мужская рука на бедре. Томление в груди, но в то же время стыд, смущение. И чулки… не черные, а белые. Как и платье. И руки знакомые… мужские – красивые, с длинными пальцами… которые так умело заставляли откликаться на ласку. А потом я вспомнила поцелуй, который случился после того, как я хотела ударить Амира. Заслуженно ударить, за оскорбление. Перехватил руки и впился в мои губы.

Продолжала смотреть на экран телефона, клип сменился другим, а я по-прежнему видела вчерашнюю картину. Она словно живая стояла перед глазами. Это было чистым безумием. Амир меня целовал! Бессовестно, дерзко, не спрашивая разрешения! Какой стыд… я ведь ему отвечала. Вот откуда вкус его губ казался таким знакомым… А потом, когда я приходила в себя…

– Посмотри мне в глаза, – тихо приказал он еще более хриплым голосом, чем всегда. Впервые на его лице можно было увидеть живые эмоции, и я, словно завороженная, смотрела в его лицо. – Ты забудешь, что я тебя поцеловал. Услышишь щелчок и все забудешь. Приедешь домой и сразу ляжешь спать…

А потом был щелчок пальцами…

Он… подверг меня гипнозу? Сначала всю исцеловал, а потом приказал забыть?! А если бы не остановился? Я бы даже не узнала, что стала женщиной? А если бы забеременела, то поверила б в еще один случай непорочного зачатия!

Это же… преступление против личности. Слов нет, как мерзко Амир со мной поступил! Защитник фигов! Верит в свою безнаказанность! И как часто он соблазняет невинных девиц, а потом требует все забыть? Только бы ничем себя не выдать. Только откуда взяться спокойствию, когда меня всю изнутри от возмущения раздирает? Вы только посмотрите на него! Делает что хочет, и никто с него не спросит. Мне еще повезло, что я отделалась одним лишь поцелуем!

Нужно обдумать все на спокойную голову. Амир ведь не подозревает, что я вспомнила. Значит, можно будет использовать это против него…

Глава 7

Как можно успокоиться, когда перед глазами застыла картина нашего поцелуя?.. Ну, и всего остального, что не позволяло мне расслабиться и не думать об этом. Дома я обследовала свое бедро и нашла синяк от пальца, что подтверждало – я не сошла с ума.

«Поцеловал без спроса, а потом заставил забыть!» – эти слова раз пятьсот повторила, а все равно никак не могла успокоиться. Словно недовольная кошка, протаптывала дорожку в ковре, шагая туда-сюда. Отвлекалась только, чтобы выглянуть в окно.

А самое обидное, что я Аньке не могу позвонить и рассказать, какая он сволочь! Стыдно признаться лучшей подруге, что я целовалась с Амиром. До сих пор не пойму, как я могла ему отвечать? Ну как? Я же его терпеть не могу! Только Анька ведь не поверит, что это помутнение на фоне стресса, ничем другим мое падение не объяснить.

Во двор въехали две машины. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди. Мой поступок сорвал братьям отпуск, наказание не заставит себя ждать. Перед смертью не надышишься, нужно идти встречать братьев с их семьями. Кара в любом случае падет на мою бедную голову.

Сбежав с лестницы, нацепила на лицо самую радостную улыбку, о том, что сердце пытается сбежать из груди, старалась не думать. Вдох-выдох, вдох-выдох. Не помогает!

Первыми в дверях появились Лея с Ясей, а за ними братья с переносками, в которых дружно сопел маленький бабский отряд.

– Карина, – кинулась первой Яся, мы обнялись. Тут и Лея подоспела, сплелась с нами в клубок.

– Мы пытались за тебя заступиться, – шепнула Яся.

– Максима твоего ждет кастрация и служба на подводной лодке, – добавила Лея. Что-то такое я и предполагала…

– Не сдавайся! Кричи, плачь, чтобы мы могли вмешаться, – классные у меня невестки. Мы дружили, но не так, как с Анькой. У Леи и Яси были любимые мужья, дети. А это накладывает определенные рамки.

– Я справлюсь. Не вмешивайтесь, – улыбнулась я им. Не хочу, чтобы в их отношениях с мужьями из-за меня сквозило напряжение. Подсознательно я хотела, чтобы и у меня был любящий сильный мужчина, который укроет от всех бед.

– Нас обнимешь? – в голосе Валида не было легкости, и это вовсе не потому, что он держал переноску с новорожденными близнецами и устал. Разочарован. Блин, как неприятно. Хотелось бы отмахнуться, но не получалось. Меня задел его тон. Сама виновата, мне и исправлять.

– Конечно! – протиснувшись мимо девчонок, я кинулась на шею среднему брату. Поцеловала в щеку, опустилась на корточки перед племяшками, захотелось их потискать, но они так сладко сопели, что я не решилась даже по щечкам погладить.

– Привет, Самир! – старшему брату на шею не кинулась, не те у нас отношения.

Он мою мать не мог простить, что отца у них увела, но все равно после трагедии пустил жить к себе. Когда Яся с Валидом в свой дом перебрались – здесь, по соседству – я к ним мечтала переехать, но попросить не решилась, а Валид не предлагал. Наверное, потому что они здесь проводили много времени и даже не думали, что мне будет тяжело с Самиром. Лея в основном малышкой занята была…

– Привет, Карина, – строгий голос и взгляд резанули похлеще бритвы. – Лея, возьми Амину, – Самир поставил переноску на диван. Валид пристроил своих малышек рядом.

Неужели прямо с порога поведут на «расстрел»? За спиной Самира стоял его цербер. Привалился к перилам лестницы, рука в кармане. Поза расслабленная, будто ничего не происходит!

– Не ругайте ее сильно, – услышала я, как Ясмина тихонько шептала Валиду. По сердцу разлилось тепло. Хоть кто-то на моей стороне.

– Идем в кабинет, – как только отвел нежный взгляд от дочери и жены.

– Идем, – пожимая плечами. Со стороны, наверное, могло показаться, что мне не страшно.

– Валид, Амир, – не оборачиваясь. Хорошо, что Самир позвал своего цербера. Хочется увидеть его лицо, когда я обо всем расскажу брату…

Глава 8

Самир расположился за широким рабочим столом, который был уставлен мониторами. Валид присел в кресло напротив, Амир остался стоять, прислонившись плечом к книжному шкафу. Руки скрещены на груди, взгляд ничего не выражает. Я прошла к кожаному дивану, отсюда легко можно наблюдать за всеми. Особенно мне хотелось видеть лицо Амира, когда я все расскажу брату.

– Самир, я хочу извиниться за то, что сорвала вам отдых, – опустив голову. Я действительно раскаивалась, это не было наигранно.

– Мы вернулись потому, что синоптики обещали снежную бурю, – холодно произнес Самир, его мое раскаяние не тронуло. – Но твой поступок действительно заставил всех поволноваться. Карина, я ведь просил потерпеть. Мы вынуждены были ограничить тебе свободу. Наверное, ты считаешь, что я монстр, но мне легче было запретить тебе пойти в клуб, чем организовать надежную охрану в короткие сроки. Я до сих пор не верю, что смерть твоей мамы была случайной, и ты об этом знаешь. Тебе сложно понять, что я не хочу тобой рисковать? – спокойно, но твердо выговаривал старший брат. Я так и не осмелилась поднять голову и посмотреть ему в глаза. Самир живет в каком-то другом мире, мне его действительно не понять.

– Я ничего плохого не хотела…

– Выйти замуж только для того, чтобы получить мнимую свободу – это ничего плохого не хотела? Ты решила себе жизнь испортить? Каким будет следующий шаг? Побег? – голос стал звучать жестче. – Или надумаешь забеременеть, чтобы я разрешил тебе выйти замуж за какого-нибудь недомужика? – я удивленно вскинула голову, ведь такой вариант мы с Анькой тоже рассматривали.

– Меня прослушивают?.. – не сдержала изумления. Самир прикрыл глаза и громко втянул воздух.

– Нет, Карина, тебя не прослушивают, но своим вопросом ты выдала себя с головой, – встрял Валид, покачав недовольно головой. Мне сделалось стыдно. – Самир лишь предположил.

Я поняла свою оплошность, но было поздно. Оправдываться нет смысла, не поверят. Меня действительно просили подождать, но ничего не объясняли. Я лишь слышала, что в университете безопасно, поэтому я могу его посещать. Чего стоило создать эту безопасность, я никогда не задумывалась. А ведь это ресурсы, время, деньги, люди, технические средства.

– Карина, за свою выходку ты не просто лишаешься карманных денег, а переходишь на домашнее обучение, – холодно, как только он умеет, выговаривает брат. А я прожигаю взглядом стукача! Из-за него все. Не дал выйти тайно замуж, еще и брату донес!

А наказание не просто суровое, а невыносимое!

– Мне что, нельзя влюбиться? Захотеть выйти замуж? – хоть попытаться защититься и смягчить приговор. – Я знала, что вы не позволите…