Кристина Майер – Бывший моей сестры, или Письма монстру (страница 29)

Он дает обещание, которое я вырвала шантажом. Пистолет выпадает из ослабевшей руки, бьется о плитку, отбивая край керамики. Внутри ничего не происходит, я спешу к выходу. Все. Финал…

Наверное, мне не стоит сбегать. Я вижу в глазах Демида такую ярость, что мне действительно становится страшно. Этот гнев направлен на Игната. Демид обязательно его выплеснет. Все может закончиться печально.

- Я не хочу, чтобы ты еще кого-нибудь убивал, - выдаю безжизненным голосом, проходя мимо него. Громов вскидывает голову, будто я в него выстрелила этими словами. Его боль в глазах пробивает меня, не могу больше. Бегу из квартиры, хватая по дороге сумочку.

Куда идти? Своим подругам не могу обо всем рассказать. Просто брожу по городу, слезы заливают лицо. Замечаю заинтересованные сочувствующие взгляды прохожих, но никто не решается подойти, спросить. Наверное, думают, что плачу из-за того, что меня бросил парень. Они почти близки к истине.

Оставаться в квартире Сергея не могу, там все напоминает о Громове. Наши счастливые украденные у жизни дни. А работа? Надо подумать, все взвесить. У меня будет ребенок, мне нужен стабильный доход. К матери я не вернусь…

Стараюсь не думать о Демиде, потому что до сих пор сердце кровоточит, но надолго переключиться на другие мысли не получается. Продолжаю задаваться вопросами, что сейчас с ним происходит? Мне действительно страшно, если он убьет Игната. Как бы я не ненавидела Беликова и Эльдара, не хотела, чтобы Громов марал их кровью свои руки.

Теперь я действительно одна. Одна в этом мире. Моего мужчины, который все эти годы был надежной стеной и опорой в моей жизни больше не будет…

Слезы градом льются из глаз. Я жалею себя, жалею нашего ребенка, но больше всех мне жаль Демида, он не заслужил… Эльдар просто мразь, который уничтожает собственного сыны в угоду своих интересов. Я оказываюсь на тихой улочке недалеко от дома, в котором родилась. Ноги сами принесли. Нет, к ней я не пойду…

- Яна? – удивленный голос мамы прилетает мне в спину.

- Здравствуй, - сухим голосом, потому что очень хочу пить. Она удивленно смотрит на меня. В глазах читаю кучу вопросов, которые в любой момент могут начать на меня сыпаться. – Я пойду, - не даю ей возможности обрушиться на меня лавиной, прохожу мимо.

- Яна, ты почему плачешь? - не успеваю отойти, она меня догоняет, хватает за локоть. В голосе родительницы тревога, но я не собираюсь ее успокаивать, хочется убежать. – Этот… тебя обидел?

- Да что ты к нему пристала? Ты же прекрасно знаешь, что Демид не виноват в смерти Жени, - боль, что сейчас кипела во мне, рвалась наружу.

Чтобы там не говорил Эльдар, я это прекрасно знаю. Он действительно не разрешал трогать Женю, потому что она вся была изломана, врачи подтвердили, что раны были несопоставимы с жизнью.

- В тот день ты могла потерять двух дочерей, одну из них Демид спас. Ты даже не представляешь, какую цену ему за это пришлось заплатить, - я уже кричу, слезы вновь катятся по щекам, думал их уже не осталось. – Где хоть немного благодарности? Я ему жизнью обязана. Да что я тебе объясняю, ты всегда была эгоисткой. А меня и вовсе не любила, ведь я живое воплощение твоих пороков! – вырываю руку.

Пора уходить, пока на нашу ссору не собрались «добрые» соседи. Видно, что мама хочет возразить, но осматривается по сторонам. Ей тоже приходит на ум, что нас могут слышать. Успела сделать несколько шагов, она меня вновь догнала.

- Так, прекрати истерику. Захочешь, расскажешь, что у тебя случилось, не захочешь, лезть в душу не стану. Идем домой, умоешься, приляжешь, - в ее голосе растерянность и беспокойство.

Если бы мне не было так плохо, вряд ли я согласилась, но сейчас мне хочется зарыться в какую-нибудь коморку никого не видеть и не слышать. Мне нужно, чтобы меня оставили в покое. Успокоиться, подумать. Уйти всегда смогу, никто меня удержать не сможет.

Опускаю голову, чтобы никто не увидел заплаканного лица. Доходим быстро. Я не иду в ванную комнату, сразу прохожу в свою. Здесь чисто, мама поддерживала порядок, ни пылинки. Раньше она так следила за комнатой Жени…

Закрываю дверь и падаю на кровать прямо в одежде, съеживаюсь в позу эмбриона, тихо плачу. За окном ночь, мама несколько раз заглядывала, приносила чай, воду, успокоительное, что-то из еды, но кроме воды я ни к чему не притронулась.

Так проходит несколько дней. На следующий день к нам приходит Сергей. Узнала его по голосу. Он звонит в дверь. Мама, переговорив с ним, приходит ко мне и спрашивает, хочу ли я его видеть.

- Скажи, что я сплю, - мне никого не хочется видеть.

Так продолжается три дня. Мама беспокоится. Предлагает вызвать врача, я отказываюсь. Приносит еду в комнату, аппетита совсем нет, но ради малыша я заставляю себя съесть несколько ложек. В основном пью воду. Сергей заглядывает к нам каждый день в надежде, что я захочу с ним поговорить, но каждый раз уходит ни с чем.

Врач все-таки понадобился. Несколько дней у меня тянуло низ живота, потом отпускало. Нужно было сразу идти к гинекологу, но у меня просто не было сил. Вечером третьего дня на нижнем белье я увидела красные пятна. Меня это напугало, все стало неважным, лишь бы не потерять ребенка.

Демид

Игнат в больнице, в тяжелом состоянии. Он должен был понимать, что я с ним сделаю. Я потерял не только Мэнкс, но и лишился общения со своим еще не рожденным ребенком. Для меня важна каждая минута, проведенная с ними. Мечтал видеть, как в животе Яны растет мой ребенок, реагирует на мой голос. Впервые почувствовал себя настолько счастливым…

Резко опустили на землю, вырвали душу из груди, оставив внутри только темную пустоту, засасывающую в воронку отчаяние. Столько дней прошло, а меня до сих пор не отпустило. Перед глазами картина, как Яна держит пистолет у виска, жмет курок. Маленькая не оставила мне выбора…отпустил. Терял себя вместе со всем светом и добром, что принесла в мою жизнь Мэнкс. Мне дышать было трудно… Кто-то подумает, что мужчины не испытывают боли, могут все перетерпеть, принять любые удары судьбы. Даже у самого стойкого и сильного есть слабое место, мое – Мэнкс. И лишил меня самого дорого мой друг, который с опаской смотрел в мои глаза.

Сначала я не думал его избивать, поднял пистолет, который выпал из рук Яны. Направил на него. Наверное, стрельнул бы прямо между глаз, особо не задумываясь и не сожалея. А заставка на включенном ноутбуке, будто подсказывала решение проблемы. Я не боялся последствий такого поступка, стало все равно. План, как уничтожить Эльдара был почти готов. Серый с парнями завершат. Хотя, «отец» вряд ли захочет, чтобы я заговорил.

- Это не я Яне записи показал, - забеспокоился друг, увидев решимость в моих глазах. – Эльдар… Здесь был Эльдар. Он обещал убить, если я проболтаюсь, - эта информация напрягла, но особо не повлияла на мое решение. – Он меня шантажировал, Гром. Думаешь, только ты попал к нему через проверку? Думаешь, мне бы дали должность твоего зама, не выполняй я личные поручения босса? – нервно и очень быстро выговаривался Беликов, не отрывая взгляд от дула пистолета. – Я не хотел закончить жизнь в тюрьме. Привык к хорошей жизни,

понимаешь, привык жить в достатке.

- Ты меня предал.

- А если бы тебе пришлось выбирать между Яной и мной, ты бы кого выбрал? Друга? Хрен там!

- Я бы тебе сказал глядя в глаза. Я давал тебе шанс, хотя закапать хотел давно.

- За что? За то, что я выбрал не твою счастливую жизнь с девушкой, которая мне, кстати, нравилась, а свою?

- За то, что кусок дерьма, Беликов!

- Если ты меня убьешь, что скажет Яна? – выбросил он, словно это был последний припрятанный им козырь.

Опустил пистолет, но буря гнева разрывала, поэтому направил ее на бывшего друга. Сам отвез его в больницу, сдал медикам. В больницу с сильным отравлением попали и ребята из охраны Яны. Уголовное дело полиция решила не заводить, после звонка из Москвы.

Ключи от квартиры Игнат забрал у Сергея. Ребята Эльдара того немного помяли, но синяки и ушибы скоро пройдут. Друг почти полностью восстановился и приступил к своим прямым обязанностям – охрана Яны. Часы, когда мы не могли ее найти, казались вечностью. В последнюю очередь я мог подумать, что она вернулась к матери, но теперь хоть спокоен, что она не одна, есть кому присмотреть, хоть и не доверяю этой женщине.

Когда вернулся в Москву, узнал, что Эльдар уехал отдыхать. Испугался… Так даже лучше. Мог просто убить, а теперь я начну мстить. Медленно уничтожая все, что ему дорого. Он не воспринял всерьез мою угрозу, теперь узнает, сколько процентов его генов есть во мне. Я тоже могу быть безжалостным, к человеку, в котором течет та же кровь, что во мне…

Глава 20

Яна

- Принести тебе еще мороженого? – спросил меня Сергей, выражение лица серьезное, но в голосе слышится улыбка.

Мы сидели в парке на лавочке. Устав гулять, присели отдохнуть. Вряд ли Майков требовался перерыв после неспешной ходьбы, но он выбора у него не оставалось.

После того, как я попала в больницу, он сразу после врача оказался в палате. Я попросила его ни о чем не сообщать Демиду. Мне было страшно потерять ребенка, а любые сильные эмоции могли усугубить положение. Майков понял и впервые, наверное, не доложил Громову. Потому что за две недели, что я пролежала в больнице, он так и не появился. А еще Сергей поговорил с моей мамой. Не подумав о моем состоянии, она влетела в палату.