Кристина Майер – Бывший моей сестры, или Письма монстру (страница 17)

Смахнув рукой пыль, я присела, прижавшись спиной к стволу дерева. В такие моменты обычно девочки звонят мамам, делятся с ними сердечными переживаниями, но это не мой случай. Я могла позвонить подругам, но в это время не хотелось их беспокоить. Нет, не так, я никому не расскажу о том, что здесь произошло. Буду жить дальше, постараюсь все это забыть, вычеркнуть Громова и его семью из своей жизни.

- Яна, - неожиданно раздается совсем рядом, я не успеваю крикнуть, мужская ладонь закрывает мне рот.

Глава 11

Демид

Не поверил своим глазам, когда посреди ночи увидел Мэнкс покидающую отель. Я был спокоен, что Яна спокойно спит в своем номере, а она, куда-то собралась! Просил ведь быть аккуратной. Следил за Игнатом и Эльдаром. Одного загрузил работой, чтобы ему некогда было думать о Яне, на другого натравил заядлых игроков, которые привыкли играть на крупные суммы.

«Мэнкс, что же тебе в номере не сидится?!»

Слежу за ее перемещением, убираю с дороги охрану - отдавая распоряжения, направляю их в другой сектор. Яна бредет в сторону озера. Озеро – заповедная зона, но Эльдар решил присвоить себе этот живописный участок, никого не спросив. Дал взятку местному чиновнику, тот подписал бумаги. Позже на него завели уголовное дело, а сделки объявили незаконными. Заповедная территория не принадлежит Эльдару, хоть он и обнес ее забором. До сих пор судится с местными властями, но те не собираются уступать. Видимо, придется сносить забор, потому что очередной суд вынес решение не в пользу Эльдара. Камеры слежения не охватывают полностью ту территорию.

Яна сходит с дорожки, теряю ее из виду. Сердце рвется к ней. Вдруг, что-нибудь случится. Блин, кого оставить у мониторов?! Игнату - точно нет. Большову?.. Он неплохой парень, но пока непонятно, насколько он близок с Беликовым. Остается Серега. Мне перед Майковым уже неудобно, но в отличие от других, ему можно было доверять.

Вызвав Сергея, попросил его посидеть за мониторами. Он не стал задавать вопросов, но вполне мог догадаться о причине моей отлучки. Я отлично знал расположение камер, мог передвигаться по всему периметру, оставаясь незамеченным.

Передвигаясь бесшумно, чтобы не напугать Мэнкс, я пытался высмотреть ее в темноте. Обзор закрывали деревья, но я точно знал, куда идти. Чувствовал, что она сидит у воды, откуда-то улавливал настроение. Был уверен, что она расстроенная. Интересно, что могло случиться.

Подхожу к дереву, прежде чем окликнуть, накрываю рукой рот, чтобы она не закричала от испуга.

- Яна, - в тот же миг, рука ложиться на лицо. – Не бойся, Мэнкс, это я, - успокаивающим тоном. Вначале она дернулась, но тут же расслабилась. Убираю ладонь, чувствую, что она влажная. – Ты что плачешь? – Обхожу и сажусь напротив. Хватаю за лицо, поднимаю его, чтобы рассмотреть… влажные дорожки слез и опухшие покрасневшие глаза. – Почему ты плачешь? – голос вибрирует от гнева. В голову лезут плохие мысли. – Мэнкс, ты ответишь? – опускаю руки на плечи и встряхиваю. – Не молчи! Тебя кто-то обидел?

- Нет, - сухо и отстраненно. - Как ты здесь оказался? Откуда узнал, что я здесь?

- Сидел у мониторов, увидел тебя и глазам не поверил. Я ведь просил, быть осторожной.

- Сидел у мониторов? – такое ощущение, будто Яна сомневается, что я сказал правду.

- Выкладывай, что случилось? – строго произношу.

Мне не нравятся загадки и тайны. Убивает, что она плачет. Слезы Мэнкс острее японских ножей, режут не только сердце, но и душу. Молчит, не говорит, кто обидел!

- Ты не ложился спать? – вновь удивленно.

- Яна, отдых мне только снится. Пока все гости не разъедутся, мне будет не до сна.

Наш разговор ее отвлекает, Яна перестает плакать. Отводит взгляд, будто стесняется смотреть мне в глаза.

- Яна, я жду объяснений. Ты бы просто так не покинула номер среди ночи. Что случилось? – требовательно. Нервы напряжены. Ее молчание лишь усугубляет мое состояние. – Кто… тебя... обидел? – чеканю каждое слово. – Я не отстану, Мэнкс…

Место ответа она тянется ко мне и холодными дрожащими губами касается моих губ…

******** ********

Яна

Он не был в номере с Лианой …

Для меня это стало шоком. Неужели жена ему изменяет, как и Женя в свое время? Почему? Разве от таких мужчин гуляют? Для меня Демид всегда был образцовым мужчиной. Внимательный, заботливый, сильный, смелый… Я бы могла перечислять бесконечно.

Понятие любви и верности стало настолько относительным, что это порой пугает. Люди перестало ценить искренние чувства. Наверное, в мое положение я должна была обрадоваться, что Лиана в номере с другим мужчиной, но я испытывала лишь горечь, неприятное послевкусие оттого, что эта тайна мне открылась.

Демид требует ответ, а мне хочется провалиться сквозь землю. Почему так - делают другие, а стыдно мне? Как рассказать? Вдруг, он подумает, что я хочу ее оболгать? Да и разве я знаю что-нибудь об их жизни? Наверняка Громов все держит под контролем, если бы его что-то не устраивало, вряд ли Лиана стала ему изменять. Не стоит лезть в их жизнь. Я ничего не выиграю, а потерять могу его уважение. Как правило, люди злятся на тех, кто открыл им глаза на правду.

Он продолжает настаивать на ответе. Я уже не плачу, но Громова это не успокаивает. Я не могу соврать, уйти от прямых вопросов. На ум приходит, что его нужно отвлечь. Можно, конечно, изобразить плохое самочувствие, но тогда появится еще больше вопросов.

Тянусь к нему и несмело касаюсь мужских горячих губ. Он громко втягивает в себя воздух. Не шевелится. Достаточного одного поцелуя, чтобы его отвлечь? Наверное, нет. Хватаю губами нижнюю губу и слегка ее тяну. Дыхание Громова учащается, но он не отвечает. Надеюсь, этого достаточно, чтобы перенаправить его мысли. Отдаляюсь, но его рука поднимается, опускается мне на затылок и притягивает лицо к себе. Властно накрывает мои губы.

Вновь это же чувство – бабочки в животе, сердце замирает, ты паришь выше неба и луны…

Я раскрываю губы, позволяю его языку завладеть моим ртом. Полностью отдавшись поцелую, забываю обо всем. Мне так хорошо, что не хочется думать. Растворяюсь в любимом мужчине. Какое-то щемящее чувство в груди подсказывает, что скоро мы расстанемся… возможно, навсегда. У нас есть только эта ночь. Не исключено, что я себе все это выдумала, но сейчас мне так хочется полностью принадлежать Демиду…

Сильные руки сжимают мои плечи, опускаются на спину… на бедра. От этих ласк плавится не только тело, но и мозг. Каждым движение навстречу друг к другу мы сжигаем мосты, которые так долго нас разделяли. С моих губ слетают тихие стоны. Потому что хорошо. Хорошо так, как никогда не было раньше.

Губы Демида скользят по моей щеке, кончик языка проходится по краю уха, ласкает мочку… Вниз, туда, где бешено бьется жилка на шее. Откидываю голову назад, потому что мало… Хочется всего, что может дать Демид. Эта ночь может стать самой значимой в моей жизни.

- Мэнкс, нам нужно остановиться, - голос Громова вибрирует от напряжения.

Его руки, словно неподвластны ему, они накрывают через одежду мои грудь и сжимают… Я понимаю, что Демид прав. У него есть жена. Изменяет она или нет, это не должно меня касаться. Нельзя оправдать одно предательство другим. Неправильно все это. Мне нужно возвращаться в номер.

- Еще один поцелуй, - едва слышно. Несмотря на доводы разума, я поддаюсь чувствам.

- Мэнкс, я могу потерять контроль и одним поцелуем дело не ограничится…

От поцелуев кружится голова. Мне мало легких ласк через одежду. Хочу ощутить его горячие ладони на своей коже. Вроде в голове еще звучат отголоски разума, напоминают о том, что Демид женат и одно предательство не оправдывает другое, но я отмахиваюсь от противного голоса в голове. Это тот момент, когда думать совсем не хочется, ты находишься под властью чувств и невероятных ощущений. Тело, словно настроенный рояль в руках мастера. Красивой правильной нотой отзывается на каждое прикосновение.

- Мэнкс, нам нужно остановиться, - Демид даже не представляет, как на меня действует его низкий голос. … – Яна, твой первый раз не должен произойти на скамейке, - немного грубовато, но при этом его властные губы целуют мою шею, спускаются ниже.

На скамейке? Что плохого, если это произойдет здесь под сенью деревьев? В данный момент это было самое прекрасное место на Земле. В траве пели сверчки. Озеро, словно зеркало, отражало ночную красоту. Мягкий холодный свет луны и свежий ветерок ласкали наши опаленные страстью тела, листва на тонких ивовых прутьях звенела, вторя тихим стонам. Эта ночь и это место должны стать свидетелями нашей страсти.

- Здесь очень мягкая трава, - выдаю едва слышно.

- Мэнкс… - сквозь зубы. – Ты играешь с огнем.

- Я не обожгусь.

- Маленькая, скажи, чтобы я проваливал, потому что у меня нет сил, оторваться от тебя, - так сильно сжимает меня в объятиях, что даже становится больно.

- Я не хочу, чтобы ты уходил, - чуть смелее, заглядывая в глаза. Мне хочется принадлежать Демиду. Пусть у нас будет только эта ночь, я не откажусь. Если завтра нужно будет уйти, я уйду…

- Яна… - со стоном. Подхватывает меня и несет под ветви деревьев, опускает на мягкий ковер из травы. – Мэнкс, только эта ночь, второй может не быть, - честно предупреждает. - Не хочу, чтобы ты во мне разочаровалась, нежно целуя лицо.