Кристина Майер – Бросаешь мне вызов, Тихоня? (страница 45)

Надеюсь, мое лицо не выдает то смятение, что разворачивается в груди? Бой… Поэтому Демид с утра тренировался? Почему ничего не сказал?

— Имена участников пока не называют, — постукивает по спинке кресла пальцами. — Но я подозреваю, что это будет бой Демона, — продолжает наблюдать за моей реакцией. — Ставки слишком высоки.

— Я не пойму, зачем ты это говоришь мне? Я ставки делать не собираюсь, даже если бы у меня были деньги, — откладываю вилку в сторону, аппетит окончательно испорчен.

— Твоя подруга ведь входит в круг его друзей, может она что-то знает?

— Арс, я не буду играть в шпионку. Подставлять свою единственную подругу. Тебе нужно, ты и выясняй.

— А я твой единственный брат, — пытается скрыть злость, но она все равно проступает на лице.

Брат, который обо мне и не вспоминал…

Звонок моего мобильного отвлекает от неприятного разговора. Лезу в сумку за телефоном, сразу беру его в руки.

«Демьян»

Отключаю звук с боковой кнопки. Сглотнув ком, осматриваюсь, стараюсь делать это незаметно. Испытываю такой стресс, что меня начинает тошнить.

— Кто звонит? — спрашивает Арес, перестав стучать пальцами по подлокотнику кресла.

— Подруга, — сложно врать, когда эмоции на пределе.

— Ответь…

Глава 60

— Перезвоню. Ты вроде со мной пообщаться хотел, — Арсу не нравится мой тон, сузив глаза, недовольно сверлит меня взглядом.

А ты думал, я кинусь к тебе на шею и буду крутиться ласковой собачкой вокруг твоих ног, за то, что ты вернулся в мою жизнь? Не буду. Я тебе не верю. Ему не нравится то, что он считывает, верхняя губа дергается в оскале.

Беру телефон со стола. Демьян может звонить несколько раз, пока я не возьму трубку. Ставлю на беззвучный режим и возвращаю телефон на место экраном вниз.

— Не расскажешь, почему ушел из дома? Я помню скандал с родителями, а потом ты пропал и даже не пришел к ним на похороны, — кидаю обвинения и упрек в него, словно гранату. Мне хочется взрыва, увидеть его настоящие эмоции. Нервничает. Принимается снова постукивать пальцами по подлокотнику. Играет желваками на скулах. — Арс, не надо ничего придумывать, чтобы стать в моих глазах лучше. Правда она всегда лучше.

— Ты выросла той еще сукой, Янка, а была милая малышка, которая обожала старшего брата.

— Брата, который ни разу о ней не вспомнил, — за невеселой улыбкой пытаюсь скрыть подступившие к глазам слезы.

— Теть Люда уверила меня, что ты ни в чем не нуждаешься, — сжав кулак, отворачивается к окну.

— А самому проверить времени не нашлось?

— Я не мог с тобой видеться, — по упрямо сжатым губам догадываюсь, что он ничего больше не скажет.

— Может и сейчас не стоило?

— Может и не стоило, — потирая подбородок, смотрит невидящим взглядом перед собой.

Меня утомляет недосказанность, какие-то намеки и загадки между строк. А еще я сильно нервничаю, не могу переключиться на брата. Моя интуиция вопит, что Демьян продолжает звонить. Лихорадочно пытаюсь придумать оправдание, зачем я поехала в город, но ничего дельного в голову не приходит.

— Позже я все тебе расскажу, открываться нет ни настроения, ни желания, — вижу, как сжимаются его кулаки на подлокотниках кресла. Видимо, не так радужна его жизнь, как выставляет. На его слова я лишь пожимаю плечами. Выпиваю сок, что Арс налил мне в стакан, беру рюкзак, в который собираюсь закинуть телефон.

— Я тогда пойду, — ставлю пред фактом. Мы последние минут десять слова друг другу не сказали. Сидим, как чужие. — Мне еще до городка с пересадками добираться.

— На такси отправлю, не дергайся.

— Не надо, Арсений. Я сама доберусь, — на телефоне семь пропущенных вызовов и несколько сообщений, которые я не рискую читать. Но меня заметно встряхивает, когда я вижу, что телефон в руке опять оживает. Прячу его в рюкзак.

— Самостоятельная стала, — ухмыляется Арсений, подзывая официанта.

— Жизнь заставила, — пожимаю плечами. Оплатив счет, мы выходим из кафе. Доходим до его машины. Арс лезет в карман, протягивает мне несколько пятитысячных купюр.

— Не надо, — мотаю головой.

— Яна, вернешься на такси, — строго произносит он. Хватает мою руку и вкладывает деньги в раскрытую ладонь, сжимая ее с купюрами в кулак.

— Давай увидимся в следующую субботу? Нам действительно нужно откровенно поговорить, — отводит взгляд в сторону.

— Я не знаю… — не хочу я что-то никаких разговоров. После встречи с ним я ощущаю тяжесть груди. Меня раздирают противоречивые мысли.

— Пожалуйста, Янка, не отталкивай меня, — смотрит в глаза, сейчас он мне кажется искренним. Вновь вспоминаю своего старшего брата, которого так любила в детстве. Роднее его у меня никого нет. Мама бы хотела, чтобы мы общались.

— Я не обещаю, Арс, но постараюсь, — отхожу назад, хочется скорее скрыться. К горлу подкатывает ком, стоит вспомнить о родителях. Не надо, чтобы Арсений видел мои слезы. Не хочу.

— Я такси вызвал, твоя машина, — указывает на подъехавшую рено-логан. Сухо благодарю и сажусь в автомобиль. Стоит пока мы не отъезжаем. Хмурится. Думая о чем-то своем, забывает даже махнуть на прощание, а может и не собирался.

Как только машина скрывается за поворотом, не считая запихиваю деньги в карман и лезу в рюкзак за телефоном. Сердце выдает чечетку, когда я открываю сообщения.

«Раяна, почему не берешь трубку?»

«Я не поверю, что ты спишь или что у тебя телефон на беззвучном»

«Ты где?»

«Почему не сказала, что едешь сегодня в город?»

Узнать он мог у Ники, она еще спала, когда я уходила, но я написала ей сообщение, что мне нужно съездить в город. Когда я уходила, несколько девчонок внизу слышали, как комендантша спросила:

— В город? — поинтересовалась она.

— Да.

— Поспеши, а то на автобус опоздаешь, — произнесла она, бросив взгляд на настенные часы.

Закусив фалангу указательного пальца, думаю, что ответить Демьяну. Лучше было бы перезвонить, но боюсь, голос меня подведет.

«Привет» — быстро печатаю и отправляю. Набираю следующее сообщение, но отправить не успеваю. Звонит Демьян, с третей попытки мне удается смахнуть зеленную кнопку с экрана, чтобы принять звонок.

— Ты где? — холодный резкий голос режет мои нервные волокна.

— В такси. Еду обратно.

— Скажи, что ты не виделась с Долецким, — в его тоне столько сдержанной злости, что у меня вдоль позвоночника ледяные иглы врастают.

— Что? Зачем мне нужно было с ним встречаться?

— Ты срываешься в город, никого не предупредив, Раяна! Я ведь просил не высвечивать, пока я не решу с ним вопрос! — он не кричит, но выговаривает таким тоном, что лучше бы кричал. — Хрен знает, о чем вы там договаривались, пока я не подошел! — меня задевают его подозрения, но я виновата, поэтому хочу оправдаться.

— Твои подозрения беспочвены и оскорбительны. Если ты действительно так думаешь, нам лучше больше не встречаться, — хочу сбросить звонок, но слышу его тяжелый вдох и уже спокойное:

— Я так не думаю. Испугался за тебя. Больше не исчезай, не предупредив, Раяна, — ему сложно говорить о своих переживаниях, он словно выдавливает их из себя. Тем дороже его признания. — Со старыми извращугами нужно быть очень осторожной, неизвестно, когда их переклинит и что они могут сделать, — с угрозой в голосе, но я понимаю, что эта угроза направлена не на меня.

— Я ездила в интернат, — закусываю губу. Ему так сложно врать, мне кажется, что он на расстоянии может уловить мою ложь. Арс, сейчас я тебя ненавижу, что ставишь меня в такое положение! — Отвезла Ксюше подарок, у нее недавно был день рождения, у меня совсем вылетело из головы, а мы с ней дружили. Неудобно получилось, что забыла, — как только начинаешь врать, дальше все идет, как по маслу. Надеюсь, он никогда не узнает, что день рождения у Ксюши был летом, я ее давно поздравила.

— Скажи мне где ты, я сейчас приеду за тобой, — закрываю глаза, чтобы сдержать слезы, что катятся по щекам. Я безумно люблю своего Демона со всеми его закидонами, но больше всего я люблю в нем заботу, которой он окружает меня. Стыдно, что приходится ему врать. Нужно набраться смелости и признаться самой…

Глава 61

В пятницу на лекции у Кайсынова я упрямо смотрю в тетрадь, не поднимая глаз. Стараюсь старательно записывать информацию, которые его уста вещают нерадивым студентам.

У Демьяна Сергеевича подробные лекции, при подготовке к зачету не нужно сидеть в библиотеке и искать дополнительную информацию, если все успевать записывать. Я могла сидеть и строить ему глазки, а потом попросить материал, но в прошлую субботу я дала ему слово, что даже взгляд не подниму на него во время занятий, буду вести себя прилично и не сносить крышу провокациями.

Во вторник я справилась. Пропускала через себя мурашки, которые вызывал его красивый бархатный голос. Иногда жмурилась, потому что тяжесть внутри живота закручивала в тугой узел мое желание. Свежи были воспоминания о субботе…

Таксист довез до остановки, на которой мы условились встретиться. Я не рассчитала по времени, и оказалась на условленном месте намного раньше, чем подъехал Демьян. Он просил подождать его в машине такси. Я бы так и сделала, но водитель попался нервный и капризный. Невыносимо было наблюдать его раздраженные вздохи, нервные переключения каналов радио. Слушать бурчания, что во время усиливающегося дождя он бы успел сделать несколько выгодных заказов, чем просиживать время за копейки.