Кристина Майер – Бросаешь мне вызов, Тихоня? (страница 26)

— Я поговорю с ним, — передаю ей стаканчик с кофе. Нет смысла убегать, он все равно поймает. Я на его территории. Мне и так удавалось долгое время избегать Демона. Поцарапанную тачку он мне не простит, а я даже не представляю, как буду выплачивать колоссальный долг. Я посмотрела, сколько стоит его машина, даже если я распродам всю себя на органы, не смогу покрыть ущерб. Страшно ли мне? Естественно! Но я не собираюсь показывать свой страх.

Конечно, поведение Демона привлекает внимание, на нас заинтересованно косятся студенты, которых мы встречаем в коридорах ВУЗа.

— Руку убери, — шиплю, когда какая-то девица чуть шею себе не сломала, провожая нас взглядом. — Ты вроде как преподаватель, — с насмешкой.

— Не вроде! — обжигает холодом своего голоса, но руку убирает. Проходит чуть вперед и толкает дверь аудитории. — Проходи, — оглядываюсь в надежде, что кто-нибудь отвлечет Демьяна, а мне удастся сбежать.

— Не закрывай дверь, — останавливаюсь и не иду дальше, но разве Демон будет кого-то слушать, он подталкивает меня в плечо, я чудом остаюсь на ногах. Он не ощущают силу в своих ругах, я почти на два метра отлетела, чудо, что осталась на ногах. Проходит следом за мной и захлопывает створку с такой силой, что остается удивляться, как не осыпалась вокруг коробки штукатура.

— Вы нарушаете правила университета, Демьян Сергеевич, — хочу напомнить ему, что он преподаватель.

— Внимательнее в следующий раз читай правила, там нет ни слова о том, что я не могу остаться наедине со студенткой в аудитории, — кладет руки на бедра, делая шаг ко мне. — Отработка пропусков, пересдача экзамена, консультация, — перечисляет он несколько вариантов, когда преподаватель и студент остаются наедине.

— Да ты ведь спокойно можешь нарушать любые правила, что тебе будет? Тут все принадлежит вашей семье! Можешь вести себя, как последний урод, руководство прикроет, — выплевываю зло в лицо. Лицо Демона перекашивается.

— Не советую оскорблять мою семью, ты о ней ничего не знаешь! — резкий бросок вперед, я не успеваю отскочить, как на моей шее сжимаются его пальцы. Я свободно могу дышать, но мне не нравится быть загнанной в угол. Такое ощущение, что это он позволяет мне дышать, но если передумает и сожмет пальцы чуть сильнее…

— За то, что ты сделала с моей тачкой, последний урод давно бы начал на тебе зарабатывать. От желающих купить твое тело не было бы отбоя, особенно старые извращенцы, которые могут прилично заплатить за чистую девочку, — чуть сильнее сжимаются его пальцы на моей шее. — Но я не позволю никому прикоснуться к тебе, потому что хочу получить в свое личное пользование.

Вот оно истинное лицо Демона.

— Придется обломаться, спать я с тобой не буду, — приходится подниматься на носочки, потому что от злости он тянет меня за шею, словно хочет поднять и придушить. — Мне не понравилось, — почти уверено, что его мои слова заденут.

Попадаю в цель, его глаза быстро темнеют, но мне не очень страшно. Наша перепалка впрыскивает в кровь адреналин.

— Поэтому ты текла на моем члене и визжала, когда кончала? — злится. — Не смей отрицать!

Он прав в каждой букве, но признаваться в этом я не собираюсь.

— Я не запомнила подробности своего первого секса, — несмотря на страх, я смотрю ему в глаза и выговариваю каждое слово с ненавистью. — Я запомнила то, что было после него, до сих пор не получается отмыться от той грязи.

— Принципиальная такая? Так тебя никто не заставлял его подписывать. Я имел право предложить, ты отказаться. Все на добровольных началах.

— Так я и отказалась, а ты продолжаешь меня преследовать. У тебя есть, кому отрабатывать контракты, а мы с тобой в расчете, — я не такая смелая, как пытаюсь казаться.

— Я хочу тебя! Мне понравилось тебя трахать! — тянет на себя, но я упираюсь. Так и позвонки могут треснуть в шейном отделе.

— Не все в жизни можно получить! — мне понравилось говорить ему — нет.

Убирает руку с шеи, но прежде чем я успеваю отскочить, переносит ее на затылок, фиксируя голову. Короткий шаг и мы застываем в опасной близости. Его запах забивается в нос. Впитываю в себя его энергетику, которая меня подчиняет. Поборов мое сопротивление, он притягивает мое лицо к себе, губы застывают в нескольких миллиметрах. Не дышу.

— Не смей!

— Посмею, — поддается вперед, прежде чем поцеловать, произносит прямо в рот: — Ты все равно будешь со мной. Попробуешь дать кому-то другому, я его сломаю.

— Даже если это будет твой друг? — я не собираюсь спать с Германом, но он ведь об этом не знает.

Кайсынов не отвечает, он злится. Нет от в бешенстве. Впивается в мои губы и начинает их пожирать. На поцелуй это не похоже, Демон хочет меня наказать. Мне не должно это нравиться, но внизу живота появляется знакомое тепло.

Мне сейчас на лекцию идти, не могу я появиться перед однокурсниками с опухшими и истерзанными губами. Моих сил недостаточно, чтобы оттолкнуть эту гору мышц. Прибегаю к единственному методу, который приходит мне в голову, но который с ним не работает. Все равно кусаю, во рту появляется металлический привкус крови. Немного переборщила?

Отстраняется от меня, зло усмехается, обнажая клыки. А потом слизывает каплю крови языком, размазывая ее по нижней губе. Ловлю себя на идиотской мысли, что хотела бы сделать это сама.

Демон — искуситель! Мне нужно как можно дальше держаться от него.

— Знаешь ведь, что только сильнее заводишь! — скалится гад! — Если бы мы были в другом мете, я бы тебя уже разложил на столе, — прячет руки в карманы брюк, видимо, чтобы меня не придушить. Звенит звонок, я мысленно выдыхаю. У Демона ведь сейчас лекция, он должен меня отпустить.

— Долг тебе придется отработать, и прежде чем в твоей голове родятся пошлые мысли, поясню: давать ты мне будешь просто так, потому что сама этого хочешь. Я предлагаю тебе работу в моем клубе в качестве официантки. Отказаться ты не можешь! После моей пары останешься и мы обсудим условия, — не терпящим возражения голосом. — И чтобы я не видел на тебе блядских юбок! — он не ждет ответа, разворачивается и уходит.

Мне некогда думать над словами Демона. Срываюсь и спешу на лекцию. Забегаю в аудиторию за преподавателем, не успеваю отдышаться. Прошу прощения, изображаю виноватую моську надежде, что он запустить меня на лекцию.

— Власова, тебя декан вызывает, — у меня ноги отнимаются. Застыла и двинуться не могу. — Бегом!

Стоит ли говорить, что я испугалась? По побледневшему лицу подруги поняла, что она тоже напугана. Такие вызовы обычно добром не заканчивались…

Глава 36

В салоне автомобиля играла зажигательная музыка. Настроение было отличным, я готова была пританцовывать, но делать это в компании незнакомых людей было как-то не очень удобно. Да и водитель ректора подумает, что у него в салоне сумасшедшая студентка.

Полчаса назад, я мысленно прощалась с «Прогрессом», успешной карьерой и достойной жизнью. Входя в кабинет декана, не ждала ничего хорошего, а оказалось, что моя активная позиция в школьные годы приносила пользу даже сейчас. Чтобы меня взяли на бюджет, я учувствовала во многих конкурсах, олимпиадах. Старалась выиграть, чтобы получить заветные дополнительные баллы. У тетки должна была сохраниться коробка с моими наградами, грамотами, медалями. При поступлении в «Прогресс» я долго заполняла графу, где нужно было указать, в каких конкурсах я принимала участие и какие победы одерживала. Видимо, подняли записи, когда понадобились участники для конкурсов чтецов.

Декан не спрашивал, согласна я или нет, меня поставили перед фактом.

— Ты у нас?.. — отрываясь от каких-то листов, которые держал в руке, спросил Алексей Дмитриевич, когда я вошла к нему в кабинет.

— Власова, — выдавила едва слышно.

— Власова… Власова… Ты выиграла два года назад конкурс чтецов «Во весь голос», — не спрашивает, а утверждает. Я в тот момент не понимала, какое это имеет значение, но согласно поддакивала. — Поедешь с ребятами представлять наш ВУЗ. Это не просьба, — подумав, что я хочу возразить.

— Я согласна, просто хотелось бы уточнить, что за конкурс?

— Все узнаешь у Лады, она сейчас подойдет. Тебя ставим на чтение прозы, помнишь текст?

— Повторю сейчас, — от волнения я ничего не помнила, но как только успокоюсь, все вспомню.

— Жду с победой, — без особого энтузиазма, из чего я сделала выводы, главное — участие, а не победа.

— Угу, — не очень веря в эту самую победу. Одно дело соревнования между приютами, интернатами и детскими домами, другое — между ВУЗами, где участники наверняка готовились с педагогами.

С Ладой мы встретились, обсудили детали участия в конкурсе, мне выпала «честь» читать прозу.

— Почему нельзя было заранее предупредить о конкурсе? — спросила я девушку, когда мы шли к ожидавшему нас автомобилю. Все делалось впопыхах.

Лада пересказала то, что сообщил ей наш декан. Оказывается молодой секретарь ректора, что-то напутала. Подтвердила участие, а предупредить факультеты забыла. Выяснилось все только вчера, когда организаторы конкурса позвонили и спросили, сколько студентов будет представлять наш ВУЗ. Быстро нашли тех, кто раньше участвовал в чем-то подобном и может прикрыть чужую оплошность.

Лада читает патриотическое стихотворение, Антон отрывок из поэмы «Бледный огонь» Владимира Набокова. Текст прозы, которую я когда-то готовила с педагогом, нашла в интернете и собиралась повторять всю дорогу, но постоянно сбивалась на мысли о Демоне.