Кристина Майер – Бросаешь мне вызов, Тихоня? (страница 2)

Выстроившись у стенки, официанты ждали, когда зал покинут последние гости. Нужно было унести посуду и остатки закусок на кухню, помочь поварам и посудомойкам с уборкой. Чем быстрее закончим, тем скорее попадем домой. Мне можно было не спешить, в общежитие я все равно не попаду. Попроситься к Насте? Теть Люда наверняка узнает от дочери о деньгах, которые нам должны заплатить, не выпустит из дома, пока не отберет в лучшем случае половину. Дешевле переждать на вокзале или встретить рассвет в каком-нибудь жилом дворе. Не впервой.

Возле меня остановился мужчина, которого я старалась избегать последние минут сорок, слишком говорящим взглядом он наградил меня при первом столкновении. Ему было за пятьдесят, с посеребренной шапкой волос, светлыми прозрачно-серыми глазами, чуть скрюченным носом и узкими губами. Чем-то похож на известного актера. Осмотрелся, сделал еще несколько шагов в мою сторону. Подошел непозволительно близко. Пришлось отступить, неприятный холодок, пробежавшийся по позвоночнику, предупреждал об опасности. Заметив мой маневр, ухмыльнулся.

— Раяна… какое красивое имя, — имя только что прочитал на бейдже. — Сама ты тоже очень красивая, — от приторно-сладкого голоса хотелось поежиться. Настя предупреждала, чтобы я не демонстрировала свой характер, а так хотелось ответить. — Позвони, — засунул мне в нагрудный карман рубашки визитку. У меня ментально отвалилась челюсть. Он видимо мне одолжение сделал. Я не оценила.

— Ты знаешь, кто это? — подлетела ко мне Настя. — Что он хотел? — дергая меня за локоть.

— Сказал, чтобы в следующий раз я ела перед началом таких мероприятий, а то мой желудок слишком громко урчит, — пожата плечам. В подтверждении моих слов, желудок громко откликнулся.

Мне не жалко отдать Насте его визитку. Звонить и общаться со стариками ради мимолетно-красивой жизни, я никогда не стану. Я рано потеряла отца, таких девочек обычно тянет к дядям постарше, но меня бог миловал.

— Точно больше ничего не говорил? — подозрительно косится на меня. Может отдать ей визитку? Не отдам. Вляпается во что-нибудь, я останусь виноватой. Да и вряд ли этому мужчине понравится, что я раскидываюсь его контактами. — Иди на кухню и поешь, — буркнула Настя. После окончания банкета нам разрешают взять столько, сколько сможешь съесть. Все остальное забирают или выбрасывают повара.

Голодной оказалась не только я. Перекусывая, мы пили дорогое, разлитое в бокалы шампанское. В теле появилась приятная легкость и сонливость. Убрались мы достаточно быстро. На часах первый час ночи, парковка перед клубом полностью забита, а это значит, что на нулевом этаже продолжаются бои. Мне нужно думать, где переночевать.

Получив пять тысяч, одной из первых отправилась переодеваться. Спешила, не хотела светить бельем перед незнакомыми парнями. Во мне слишком много заморочек. Девочки в моем возрасте намного проще себя ведут. Сложив в рюкзак просохший зонт, закинула его на плечи. В раздевалку как раз пожаловали ребята. Сложив бомбер, перекинула через руку и вышла из раздевалки ждать Настю.

По коридору шла Лена. Пройдя мимо, резко остановилась и спросила:

— Форма где?

— Повесила на плечики и оставила на дверке шкафа, как вы и просили.

— Хорошо. Другие еще не переоделись? — заглядывая в телефон, который завибрировал у нее в руке.

— Переодеваются, — но она уже не слушала. Говорила по телефону.

— Хорошо, Антон, сейчас принесу. Закуски тоже? Хорошо, поняла, — цокая каблуками, она отдалялась все дальше. Закончив разговор, обернулась. — Как тебя?.. — придирчиво осматривая мои кеды. Платье на мне приличное, а в нем на учебу хожу, а кеды нужно постирать. Они тоже приличные, выглядят стильно, но я сегодня много ходила, они запылились, а потом я попала под дождь…

— Раяна…

— Точно, Раяна. Помоги мне спустить напитки и закуски вниз, — не просьба. Меня поставили перед фактом, можно было бы и отказать, на сегодня мой рабочий день закончился, но подумав, решила согласиться, вдруг еще раз возьмут на подработку.

— Да, конечно…

Глава 3

Плетусь за Леной, запихивая бомбер в рюкзак, чтобы освободить руки. Повара быстро собирают поднос с закусками. Открыв бар своим ключом, администратор достает три бутылки элитного алкоголя.

— Ты неси закуски, — составив бутылки на поднос, а возьму напитки. — Разобьешь еще.

Настю не успела предупредить, что ухожу с Леной. Впрочем, если она опять будет краситься, я устану ее ждать.

Дверь нам открывает незнакомый охранник, как я поняла, вход служебный. Тишина остается позади. Морщусь от шума. Крики, свист, визг бьют по барабанным перепонкам. Нам нужно спуститься, расстояние приблизительно два лестничных пролета. Останавливаемся где-то посередине, я так понимаю, нам нужно пройти мимо клетки, в которой сейчас идет бой. Обезумевшие от адреналина зрители подскакивали со своих мест, кричат, беснуются, охрана не может удержать их на месте. То ли бой важный, то ли проигрывают большие деньги. Застыв с подносом, пытаюсь разглядеть из-за чего весь этот «восторг».

— Демон! — скандируют в основном женщины. Опять это прозвище отзывается в голове. Более внимательно пытаюсь рассмотреть бойцов. Демон… Где же я о тебе слышала?.. Что-то такое неприятное… В этом я почему-то уверена.

— Рокки… — кричат в основном молодые мужчины. Те, что постарше хмурятся и недовольно наблюдают за боем.

Над клеткой висит большой экран. Именно на нем я наблюдаю за боем. Мне кажется, я безошибочно определила, кто из них Демон. Он молодой, взгляд холодный и будто пустой. Нос был не один раз сломан, это можно понять по слегка искривленной переносице, но в целом нос ровный. Волевой подбородок, острые скулы, о которые можно порезаться. В глаза бросаются пухлые жесткие губы, которые он кривит в циничной злой усмешке.

Его не трогают удары, которые он будто специально пропускает. Скалится, раззадоривая противника. Он ведет себя уверено, получая звериное удовольствие от самого процесса. Складывается ощущение, словно Демон вышел на прогулку. Уходит от удара, еще от одного. Противник выглядит уставшим, измотанным. Когда на лице Демона появляется абсолютное спокойствие, в мою душу заползает страх…

Удар! Если после такого его соперник выживет, то вместо мозгов у него гвозди. Еще один удар в падении, я зажмуриваюсь, не выдерживая жестокости.

Рефери ведет отсчет, Рокки не поднимается…

— Демон победил… — объявляет ведущий, а я думаю о том, что не ошиблась. Он действительно выглядит демонически.

Лена перекладывает поднос в другую руку. Мы все еще ждем, когда освободят проход. Администратор тихо бурчит, мне не слышно о чем, но понятны интонации. Рука затекла, я вслед за Леной перекладываю поднос.

Как только появляется проход, мы спускаемся. На нас никто не обращает внимания. Зрителей в зале остается немного. Кто-то уходит разочарованным, кто-то улыбается. Рокки помогли уйти. Если я не ошибаюсь, мы идем в том же направлении.

Обернувшись, замечаю, как дамочки суют Демону свои визитки, когда он идет по проходу. Он не посмотрел ни на одну из них, смяв визитку, которая ему все-таки попала в руку, кинул раздраженно на пол. Проходим небольшой коридор, притормаживаем у двери с охраной.

Нас пропускают внутрь. Это кабинет. Большой и дорого обставленный. Я прячусь за Леной, есть в энергетике этого места, что-то нехорошее. За столом сидит мужчина лет тридцати пяти, Рокки лежит на диване, прикладывает к лицу лед. Еще один мужчина сидит в кресле, ноги закинуты на журнальный столик, он неотрывно что-то делает в компьютере, даже взгляд на нас не поднял.

— Что так долго? — грубый голос владельца этого царства резанул слух.

— Не пройти было. Извини, Антон, — нервничает она. Старается угодить, загладить вину, которой за ней нет. Куда делась другая Лена? Она забирает у меня поднос, расставляет перед этим Антоном тарелки, возвращает мне пустой. Я бы ушла, но Лена не торопится. Обхаживает хозяина, откуда-то несет стаканы…

Рокки убирает лед с лица. Один глаз заплыл, но это не мешает ему нагло меня разглядывать. Я красивая. И это приносит массу проблем в мою непростую жизнь. По возможности, я предпочитаю быть незаметной. Не всегда подучается.

— Это кто? — заинтересованно. Видимо, уставший вид, ноль косметики на лице и пучок на голове не до конца портят мой вид.

— Официантка, — медленно и как-то растеряно тянет Лена.

— Оставь ее мне…

Глава 4

Звенит в воздухе неприятностями…

Делая шаг назад, осматриваюсь. Можно отсюда сбежать? Вот о чем вопил эти дни мой инстинкт самосохранения. В таких местах никогда нельзя расслабляться. На карте Москвы есть дофига красных зон, «Подземелье» — одна из них. Такие места лучше обходить.

Отступать нельзя, нельзя ставить себя в позицию жертвы. Но когда на тебя двигается машина-убийца обтянутая человеческой кожей, ты забываешь обо всем, чему научила улица.

«Оставь ее мне…» — будто вещь у друга решил одолжить! Как быстро меняются наши приоритеты, когда мы чувствуем угрозу. Несколько минут назад, я жалела урода, наблюдая за его бездыханным телом на ринге. А теперь жалею, что он очухался. Звериные инстинкты живут в каждом из нас, просто определяются и проявляются по-разному.

Ловлю на себе вопросительный взгляд Лены.

«А не прифига ли ты?» — всем своим видом даю понять, еще и головой мотаю.