Кристина Майер – Без права на ошибку. Дочь олигарха (страница 14)

— Учту, — только зря здесь теряю время. — Всего доброго.

Не жду, когда он отомрет и выдаст еще что-нибудь «архиважное». Осматриваю первый этаж. Камеры, подсобки. Проверяю замки.

Быстро поднимаюсь на второй этаж. Сердце сбоит, словно ему не хватает кислорода. Проверяю все комнаты, но мыслями рвусь в одну-единственную. Мне перед уходом надо с ней поговорить. Застываю возле комнаты Юны. Не решаюсь постучать. Она ведь закрытая девочка, не расскажет, а я не знаю, с чего начать разговор. Буду тормозить, мою нерешительность Серебрякову подадут на завтрак.

Три стука в полотно двери. Из комнаты ни звука. Стучусь еще раз.

— Юнона Евгеньевна, мне нужно осмотреть вашу спальню… — я знаю, что полное имя ей не нравится, но я должен соблюдать субординацию. Имя Юна ей подходит больше, его можно красиво катать на языке… — Если ты сейчас не откроешь, вломлюсь без разрешения, — еще один косяк, нужно опять вызванивать Хакера, чтобы почистил…

Глава 16

Стас

Прежде чем вломиться в ее спальню без приглашения, пишу Хакеру. Не звоню, потому что рядом до сих пор может находиться Багиров.

«Удали звук с камер второго этажа за последние пять минут. Поставь камеры на паузу».

Стучусь еще раз. Ответа нет. В руке загорается экран телефона, не открывая мессенджер, читаю в всплывающем окне.

«Две минуты».

Ждать…

Я ведь могу вломиться в комнату, но тогда запись придется частично зачищать, охрана Серебрякова может заметить. Делаю вид, что ухожу с этажа.

«Готово», — приходит раньше, чем через две минуты.

Возвращаюсь к двери. Поворот ручки… открыто. Ты моя хорошая… но запираться надо.

Сразу удается удостовериться, что с Юной все в порядке. Залипаю на влажном после душа теле.

— Ты… что ты здесь делаешь?! — от напряжения голос ее едва слышен, но глазами она меня уже испепелила.

— Сними полотенце, — это не просьба, это жизненная необходимость. Не понял, как озвучил свои мысли, они слишком настойчиво бились в голове, произошел отток крови из мозга, хлынула сразу в пах. Вся разом. Мужики поймут. Это полотенце чуть прикрывало ягодицы и еле держалось на груди. И я вот на что угодно могу поспорить — трусов на ней нет, а это значит, если его немного потянуть…

— Убирайся отсюда, — одной рукой указывает на дверь, другой держит край полотенца, будто догадывается о моих мыслях. Хотя я и не пытался их скрывать. Слежу за каплей воды, которая, упав с влажных волос на белую кожу, катится прямо в ложбинку. Готов слизнуть ее языком, попробовать вкус юного тела…

Перевожу взгляд на лицо, отмечаю покрасневшие глаза. Плакала. Эта мысль резко отрезвляет.

— Надо поговорить, я отвернусь, а ты оденься, — вспоминаю, зачем я здесь. Где-то в этом доме я похерил весь свой профессионализм, думаю не тем местом. Красивая девчонка, да, сексуальная, но она ведь не одна такая. А секс у меня был несколько часов назад, а не год назад, чтобы я себя так вел.

— Не о чем нам говорить, — переминается с ноги на ногу, буравит взглядом спину. Наверное, догадывается, что не сдвинусь с места, идет к гардеробу, пропадает за закрытой дверью.

Обхожу комнату, мысленно подгоняю Юну поторопиться. Уютно у нее тут, нет нагромождения вещей, нежная гамма цветов. Фотографии в рамках, подружки, мама, снимок с братом. Ни жениха, ни отца. Видимо, не заслужили.

— Если ты решила пересидеть в гардеробе — это плохая идея, через минуту вхожу, — прислонившись затылком к стене у самой двери, сложил на груди руки и покосился на ручку.

— Я вроде ясно дала понять, что говорить с тобой не собираюсь, — высокомерно из-за двери. Проявляет свой естественный характер только в моем присутствии, рядом со своими мужчинами она закрыта и зажата. Именно об этом я хотел поговорить? А хрен его знает, не извиняться ведь за минет, который мне делала другая. Она и не поймет, что в тот момент я мог сорваться, а под раздачу попала Леська.

— Юна, мне твоего жениха с манией величия и комплексом превосходства более чем достаточно, разгребать не успеваю. Давай ты будешь хорошей девочкой и хотя бы сегодня не станешь трахать мой уставший мозг? — совсем не по «фен-шую» я с ней разговариваю, стираю все видимые и невидимые границы между нами. Ну, мы сегодня чуть ли не породнились, она видела мой член и оргазм, причем трахал я не ее. Мне почти стыдно или самую малость неудобно. Я не позволяю себе думать, что у нас что-то может получиться. Эти мысли под жестким запретом, но свое влечение отрицать глупо, но больше всего на свете я хочу качественно выполнить это задание — защитить Юну даже от самого себя.

— Говори и уходи, — резко открыв дверь. Скольжу взглядом по ее босым ногам, по лосинам черного цвета, которые так идеально подчеркивают длину и красоту ее ног, свободная футболка тут лишняя, с такой фигурой отлично бы смотрелся короткий спортивный топ. — Осмотр окончен? — не собирался смущать, но, судя по раскрасневшимся щекам, вполне преуспел.

— Расскажешь, что между тобой и Гараниным? — я не жду откровений, она очень закрытая девочка, но мне хочется немного ее доверия.

— Нет, — сложив на груди руки, отворачивается к окну. Ожидаемо, давить не буду.

— Меня бояться не стоит, я не воюю с женщинами. Юна, ты вышла расстроенная из ресторана, и меня это беспокоит, — максимально внимательно подбираю тон голоса.

— Миша пришел в себя, — с надрывом, обхватывает плечи руками, будто хочет согреться. — Я хотела поехать в больницу, Игорь не пустил, — опять пропускает через себя негатив. Неспециально я разбередил ее раны. Вон опять едва сдерживает слезы. — Миша… Миша единственный близкий мне человек, — все еще не смотрит мне в глаза.

В два шага сокращаю разделяющее нас расстояние, беру за плечи, притягиваю к себе, не сопротивляется. Опускает руки, они плетьми падают вдоль тела. Кутаю ее затылок в своей ладони, зарываюсь в волосы. Делюсь с ней своим теплом, пробую успокоить, хотя самого колбасит внутри. Ну что за мудак? Ну какого хрена ты за счет девчонки очки зарабатываешь? Вывозишь свой гребаный авторитет на ее слезах?

— Хочешь, сейчас поедем? — я понимаю, что творю дичь. Точка не готова. Меня ждут. И в этом столько личного, что пора меня списывать. Не могу я спокойно реагировать на ее слезы, они меня в бараний рог закручивают!

Отстраняется, заглядывает мне в глаза. Застывшие на глазах стеклянные бисерины слез готовы высохнуть.

— Нет, — мотает неуверенно головой, но на губах появляется тень улыбки. Ей приятно, что хоть кто-то проявил заботу, а ведь это такая малость. — Миша, наверное, уже спит. Поздно. Завтра утром отвезешь меня? — мне хотелось быть для нее сегодня героем, но где-то глубоко внутри я благодарен Юне, что она отказалась. У меня до хрена проблем, не успеваю разгружать. Новым пока лучше подождать.

— Утром отвезу, нет проблем, — будто только осознала, что все это время была в моих объятиях, она отходит на два шага. Между нами повисает неловкая пауза, которую я тут же заполняю: — Завтра я передам тебе телефон с новой симкой, там будет забит мой номер и номера телефонов моих ребят. Можешь звонить и писать в любое время, если почувствуешь необходимость поговорить, пожаловаться, чем-то поделиться или тебе будет страшно, — чтобы окончательно разрядить обстановку, натягиваю улыбку. — Мобильный не свети, чтобы не отобрали.

— Спасибо! — вроде закончили на теплой ноте.

— Я пойду.

— Угу. Стас, — окликает меня у двери.

— Да?

— Ничего. Спокойной ночи, — отводит глаза.

— Спокойной ночи, — ухожу. Мне кажется, я знаю, о чем она хотела спросить. Хорошо, что не спросила, я не знал бы, что ответить. Отношения с Олесей в прошлом, но ей лучше об этом не знать, между нами должна сохраниться дистанция…

Глава 17

Юна

Как только Стас уходит, бегу в ванную, включаю холодную воду и брызгаю на лицо, шею, грудь. Мое тело сошло с ума?

Грязный развратный образ Стаса плотно засел в голове. Там, на закрытой задней террасе ресторанного дворика, где в любой момент мог появиться кто-то из администрации, я лишилась невинности. Мои глаза — так точно! Пялилась на них с Олесей, забывая дышать. Впитала так глубоко этот порочный образ, что в душе представляла себя на ее месте! С ума сошла.

Внизу живота невыносимо тянуло. Не помню, чтобы раньше мне так необходимо было получить разрядку. Томление скручивалось в тугой узел. Понимая, что ненормально желать чужого мужчину, к которому не испытываешь ни привязанности, ни любви, я все же потянулась пальцами к нежным складкам. Влага, что ощущалась на кончиках пальцев, была заслугой образа в моей голове. Быстрые легкие касания. Я получаю мощную разрядку и скатываюсь по мраморной стене на пол. Теплая вода еще долго омывает расслабленное тело. Сил нет, чтобы встать.

Никогда не думала, что могу быть настолько развратной. Меня возбудил чужой секс. Хорошо, что отец не может читать мои мысли. Иначе увеличили бы дозу той гадости, что по его приказу мне вкалывали несколько раз.

Стоит ли удивляться, что его появление в моей спальне в первые секунды я восприняла как галлюцинацию. Чуть полотенце не потеряла. Оно как раз норовило опасть к ногам. Я возмущалась, а у самой голос дрожал. Я только что кончила с его именем на губах!

Дрожащими руками надевая одежду, думала о том, что Стас сейчас в моей спальне. Он видел меня практически голой, но вместо того, чтобы смущаться, я наблюдала за тем, как он на меня смотрит. А он смотрел! Практически не мигая, будто пытался вобрать каждую частичку образа. Мне даже показалось, что цвет его глаз стал темнее, насыщеннее…