Кристина Лин – На другой стороне (страница 8)

– Вот сюда, – приставляет к шее, – чтобы перебить артерию. А это, – он упирает дуло себе в голову, – для профессионалов, Ева. Так как ты планируешь меня убить, девочка?

Как? Черт! Я не знаю! Я тебя просто ненавижу! Пистолет затрясся в моей руке, потому что она слишком сильно начала дрожать. Нет, я не сломаю его, даже, если сейчас выстрелю в упор. А он уже растоптал меня без единого выстрела.

– Ненавижу тебя, – шиплю, чувствуя, как по щеке бежит слеза. От бессильной злости я почти задыхаюсь.

– Тогда пристрели меня, Ева, – искушает меня дьявол, наверняка, понимая, что я уже на грани, и вот-вот нажму на курок.

Приставляю дуло пистолета к его груди. Там, где сердце. И жму на курок. Но выстрела нет. Еще и еще раз. Пистолет не стреляет. Мужчина, воспользовавшись моим замешательством, резко вырывает пистолет у меня из рук и приставляет дуло к моей голове.

– Сначала нужно снять с предохранителя, – поясняет он. Звучит щелчок, это мужчина привел оружие в готовность. В голове начало гудеть, я почти теряю сознание.

Страх смешался с болью, злостью и бессилием. Я хочу удушить его собственными руками, уничтожить этого гада. Он разрушил мою жизнь! Он держит меня в этом доме! Он растоптал мою гордость! Он убил моего жениха! Отобрал мое будущее! Как же сильно я его ненавижу!

– Ты можешь спастись, Ева, – говорит он, глядя прямо в глаза, – просто скажи, что ты моя, и останешься в живых.

Он шутит? Собирается взять меня, угрожая пистолетом? Думает, что ему все позволено, и никто не сможет перед ним устоять? Пусть удавится своей властью, но меня он не получит!

– Я никогда не буду твоей, – чеканю каждое слово. Как яд, выплевываю короткую фразу ему в лицо.

– Как скажешь, Ева, – говорит мужчина тоном палача. Резко отводит руку в сторону, звучит выстрел, и мое сознание уплывает.

Последнее, что я помню, это, как сильные руки успели подхватить меня, не дав упасть.

Глава 9

В густой темноте, где-то далеко, плещется вода. Я слышу это все отчетливее. Нет, это совсем близко, почти возле меня, или прямо в комнате.

Тяжелые веки поднимаю с трудом. Кажется, они сделаны из свинца. Да и все мое тело ощущается каким-то деревянным. Быть может, я уже умерла? Я же помню выстрел. Но я всегда думала, что душа, отлетев от тела, ощущается легче перышка, а не придавливает к горизонтальной поверхности. Хотя, откуда мне знать? Да и душа моя никуда не отлетела. Она все еще в теле, которое сейчас лежит на широкой постели под пушистым одеялом в незнакомой комнате. А звуки воды не приснились мне, они раздаются из ванной.

Медленно приподнимаюсь на локтях, осматриваюсь. Эта комната значительно больше той, в которой я ночевала прошлой ночью. И по брошенным небрежно на кресло мужским вещам я сразу понимаю, кому она принадлежит. Но это не последнее открытие на сегодня. Только сейчас я понимаю, что на мне из одежды только трусики, джинсы и футболка сейчас висят на спинке кресла.

Внезапно дверь ванной открывается. Мой кошмар в одном полотенце, повязанном на бедрах, заходит в комнату. Вторым полотенцем он вытирает мокрые волосы. Поражаюсь хладнокровию этого человека. А еще, восхищенно разглядываю его тело. Наверняка, он много времени проводит в спортзале, не иначе. Такие кубики на прессе просто так не появляются.

Привлекательный гад. Красивый рельеф мышц и ни грамма смущения. Наверняка, в его постели побывало много женщин, он ведет себя совершенно расслабленно. Чего совсем не скажешь обо мне, даже пальцы на ногах снова деревенеть начали, и опять внутри всколыхнулось что-то, больно режущее.

– Уже проснулась? – спрашивает мужчина, взглянув на меня.

Он подошел к кровати, наклонился и, приподняв мой подбородок, заглянул в глаза. Я попыталась дернуться, но его пальцы только крепче вцепились в мое лицо.

– Мозг не поврежден, жить будешь, – заключил он, отпуская мой подбородок.

Вот что его волнует? А о том, что он никогда не получит меня мы больше не говорим? Может, и хорошо, что не говорим, есть другие, насущные вопросы

– Кто меня раздел? – спрашиваю.

– Я.

– Зачем? – сглатываю. Не стал же он…?

– Чтобы тебе было удобно.

Наверное, выражение моего лица в этот момент красноречивее любых слов выдало мои мысли, потому что этот гад добавил:

– Не фантазируй, я не увлекаюсь некрофилией.

Тем временем он, нисколько не смущаясь, сбросил полотенце и распахнул дверцы шкафа. Я стараюсь не пялиться на голого мужика с идеальным торсом, но взгляд то и дело соскальзывает к рельефной спине и упругим ягодицам. Хорош же, мерзавец. Даже меня, замученную его методами укрощения, пробрало. Захотелось попробовать на вкус эту красоту, и даже рот наполнился слюной. Еще вчера у меня была такая возможность.

Мотаю головой, прогоняя от себя заманчивое видение. Видимо, мозг все же повредился, если меня тянет к бандиту и убийце. Шумно выдохнув, я опускаюсь головой на подушку. И о чем я только думаю? А надо бы о побеге. Еще два месяца его «заданий», и мозг тронется окончательно.

– Почему не убил меня? – вырывается философским тоном, как то, само собой.

– Я тебе уже отвечал на этот вопрос, – долетает до меня голос мужчины, – ты мне понравилась.

– Вот свезло! – дух сопротивления еще не сломлен. Надеюсь, у меня хватит сил противостоять его ловушкам.

Подхватываю край одеяла и тяну вверх, накрываясь с головой. Уж лучше не смотреть на него. А то какая-то странная ситуация получается. Вчера мы чуть не поубивали друг друга, позавчера еще даже не знали, а сегодня он, нисколько не смущаясь переодевается у меня на глазах. А я лежу в его постели почти голая, поддерживая беседу. Сейчас мы больше похожи на новоиспеченных супругов, а не на смертельных врагов. И как-то не вяжется все это с положением дел. У меня, вообще с роковой ночи, когда Саша погиб, все не вяжется ни с чем. Может, сглазил кто?

– Я, возможно, уеду на пару дней, – сообщает мне мужчина спокойным тоном. – Постарайся не скучать тут без меня.

Одеяло сползает вниз, открывая мое лицо, когда мужчина тянет его за край.

– Справишься? – ехидничает, ухмыльнувшись.

Боже, пусть едет. И, может, мне повезет, и его машина слетит со скалы по дороге. Хотя, откуда взяться скалам в местном рельефе?

Мужчина уже успел одеться в, красивого синего цвета, костюм. И только влажные волосы, зачесанные назад, напоминают о том, что он недавно был в душе. Сейчас он не выглядит ужасным убийцей. Скорее похож на успешного бизнесмена, решившего перемолвиться парой слов с молодой супругой перед трудовым днем. Еще осталось оставить мне кредитную карту и предложить прогуляться по магазинам, – вот тогда будет совсем, как сцена из фильма.

– Ты не отпустишь меня? – спрашиваю с надеждой в голосе.

Он сузил глаза, будто, пытаясь таким образом заглянуть мне в душу. Ну, и пусть смотрит! Ничего нового он там не найдет. Кроме ненависти и желания удрать отсюда, я ничего не чувствую.

– Два месяца, Ева, мы договорились.

Мы не договаривались, он поставил меня перед фактом. Искренне не понимаю, зачем ему терять время. За два месяца ничего не изменится. Все это, и он сам, и его жизнь, и роскошь вокруг – не для меня, я чужая здесь.

Разочарованно выдыхаю, а мужчина делает шаг в сторону двери.

– Ничего не хочешь пожелать мне на дорожку? – спрашивает чуть с издевкой.

– Чтобы она была скатертью, – выдыхаю. Неужели, я настолько предсказуема, и пожелание свалиться со скалы транслировалось бегущей строкой у меня на лбу?

– Так я и думал, – говорит мужчина, выходя из комнаты.

Прислушиваюсь к удаляющимся шагам за дверь. Встаю с кровати и быстро натягиваю на себя свою одежду. Кроссовки отыскались тут же, возле кресла. Выхожу из спальни и почти наскакиваю на управляющего. Вскрикиваю, прикладывая руку к груди.

Боже! Как черт из табакерки!

– Прошу прощения, что напугал вас, – говорит Алан, – я никоим образом этого не хотел.

– Не извиняйтесь, – говорю, успокаиваясь.

– Я ждал вас, чтобы проводить в столовую. Завтрак уже готов.

Надо же, какой заботливый. И откуда он мог знать, что я ночевала в спальне хозяина дома? Эту новость транслировали по местному радио?

– Спасибо, Алан, – говорю мужчине, – но на будущее, я могу перемещаться самостоятельно. Мне сопровождение ник чему.

Мужчина немного нервно передернул плечом.

– Моя задача – сделать ваше пребывание в доме максимально комфортным, – снова повторяет Алан, как заезженную пластинку, – таково желание Сергея Павловича.

Если перевести на нормальный язык, то желание Сергея Павловича – это, чтобы Алан ненавязчиво, или не очень, постоянно следил за мной, пока я комфортно пребываю в этом доме. Вот же гад! Все-то он продумал, и даже поводок для меня приготовил. Боится. Что не сможет уследить, и я сбегу? А есть такой шанс?

Сделать вид, что проглотила это объяснение и придумать способ избавиться от навязчивого эскорта?

Прохожу в столовую, сажусь за стол. Я не привыкла к тому, чтобы мне готовили, а, тем более, к постоянному присутствию рядом прислуги. Думаю, что никогда не смогу чувствовать себя расслабленно здесь. Но не время жаловаться. Нужно вести себя ровно так, как от меня ожидают и искать подходящий момент, чтобы сбежать.

Станет ли этот бандит искать меня после побега? Какое-то время, возможно, да. И мне придется хорошенько спрятаться. Но вот, чтобы он убивался по мне годами я представить никак не могу. Думаю, что можно будет пересидеть в деревне. Когда я приезжала летом, чтобы помочь тетке, нашла там заброшенный дом. Он давно пустует, если верить тетке, и я смогу воспользоваться им на какое-то время.