Кристина Лин – Давай никому не скажем (страница 2)

Не буду утомлять вас рассказами о каждом моем романе, который заканчивался очередными слезами и соплями трагедией и нервным срывом. Вот только, когда похожая история произошла со мной в тридцать пять, я дала себе слово больше никогда не пускать на порог своей квартиры ни одного мужчину. И тогда появился Глеб, который не только не напрашивался ко мне в гости, но, наоборот, пригласил переехать к нему через неделю после знакомства. Я отнеслась к его предложению с легкой долей цинизма, не увидев в этом сорокалетнем мужчине героя своего романа. Но он был настойчив, а я научилась ценить его деловой подход и хватку.

Нет, в нашей истории не было невероятной страсти. В ней не было и розовых облаков. Он был практичен, надежен, и во всем правильный до скуки. А я успела настолько очерстветь, что наша история вполне меня устроила. К предложению руки и сердца я была готова, приятного шока не случилось, ведь Глеб не раз говорил мне о своих планах. Я не воспылала к нему страстью даже спустя два года совместной жизни. Но наш быт казался таким надежным и комфортным, что я как-то перестала вспоминать мечты маленькой Кирочки о большой и светлой любви. К кольцу на безымянном пальце прилагался статус жены одного из самых успешных бизнесменов города, и это перевешивало все остальные доводы. Можно сказать, что маленькая Кира, привыкшая быть изгоем, одержала реванш за все свои неудачи.

Сейчас, сидя за праздничным столом в одном из самых модных клубов города, я чувствую себя по-настоящему счастливой и успешной. Потягивая дорогое шампанское, я искренне наслаждаюсь моментом. Кажется, что именно к этому я шла всю свою жизнь. И теперь, начиная с этого дня, будет только лучше.

Все прошлое забыто. Открываю новую страницу, с белого листа.

– За вас, девчонки! – кричу, поднимая бокал, – вы – самые лучшие!

– Ура! – отзываются они хором.

Глава 2

Домой возвращаюсь на такси. Конечно, после шампанского, да еще и в таком количестве, я бы ни за что не села за руль. Все-таки могу быть рациональной и вести себя предусмотрительно, даже по пьяни. Наверное, это возраст дает о себе знать. Или опыт, который, если не с возрастом, то когда-то же приходит? Юношеская беспечность осталась далеко в прошлом, уступив место стервозному цинизму здравому рассудку.

Конечно, я могла бы поехать к Глебу. Тем более, уже через пару дней его дом станет и моим тоже. Но только не сегодня. После выпитого спиртного, утром, наверняка, станет нещадно болеть голова. И будет лучше, о, глас здравый и всемогущий!, если мой почти муж не увидит меня в таком состоянии. Хотя бы пока.

Когда такси останавливается у моего дома, выхожу из машины и захожу в подъезд. Типичная многоэтажка, которых много. Отличает ее от других лишь то, что квартиру в ней я купила на свои кровные, не привлекая кредитов, заработав самостоятельно каждую копейку, на нее потраченную. В общем, есть чем гордиться бедной девочке из не самой благополучной семьи. Вызываю лифт и поднимаюсь на пятый этаж. Захожу в квартиру, скидывая туфли прямо за порогом. Босиком шлепаю на кухню, чтобы выпить стакан воды.

За окном темно, но звезд не видно. Так всегда бывает в большом городе. Неоновые вывески и уличные фонари ломают всю романтику теплой весенней ночи, создавая свой, пафосно-деловой, настрой. Окна квартиры выходят на шумную улицу, и машины снуют по ней туда-сюда даже поздней ночью. Но мне нравится это упорядоченное движение, часами я могу наблюдать, как движется суета за моим окном. Конечно, в те нечастые дни, когда у меня есть такая возможность.

Я не включаю свет. Выхожу на балкон. Планировкой дома предусмотрены большие балконы на две квартиры. Большинство соседей поставили перегородку посередине, но у меня все руки не дойдут. Поэтому иногда, выйдя сюда, я встречаю соседа, который курит, рассматривая городской пейзаж.

И все бы ничего. Запах сигарет меня не смущает, сама иногда не против затянуться сигареткой. Но мой сосед – это мой личный ад, заставляющий меня вспотеть и нервно ретироваться обратно в квартиру. Стоит ему оказаться рядом и посмотреть на меня так, как может только он, и я готова наброситься на него как голодная самка. Даже стыдно за такую реакцию, но поделать с собой ничего не могу.

Наверное, еще ни один мужчина не вызывал у меня такого трепета и бешеного желания секса, как этот мускулистый парень. Иногда мне кажется, что он тоже хочет меня. Но потом я улавливаю запах машинного масла, замечаю потертые джинсы, в пятнах того самого масла. В общем, картина ясна – очередной неудачник, на которого уйдет драгоценное время и невосполнимые нервные клетки. Каждый раз, глядя на него и почти захлебываясь слюной, я напоминаю себе о том, что устала от неперспективных отношений. Вот этот аргумент и заставляет меня позорно сбегать с балкона.

Смотрю вниз, на проезжающие машины. Меня не смущает шум, даже пыль, которая так раздражает многих городских. Прямо сейчас я чувствую себя покорительницей мира. Хочется вдохнуть полной грудью, замереть в моменте. Когда, вдруг, шорох и щелчок зажигалки за спиной заставляют вздрогнуть и обернуться.

Конечно, это он. Мой персональный кошмар. В потертых джинсах и без майки. И, вместо того, чтобы, как обычно, сбежать в квартиру, я утыкаюсь взглядом в татуированного дракона у него на груди.

Раньше на нем всегда была хотя бы майка, и мне, глядя на выглядывающие кусочки рисунка, оставалось только гадать, что именно там изображено. Будто нарочно, он решил раскрыть интригу сегодня, в день девичника по случаю скорого замужества.

Он снова чиркает зажигалкой, прикуривает. Выпускает дым из легких. Его мускулистая грудь и, сидящий на ней, дракон движутся в такт каждому вдоху. Я скольжу взглядом к волевому подбородку, сглатывая слюну от подступившего внезапно желания оставить на нем засос. И, наверное, выпитое спиртное придало мне смелости, я дотрагиваюсь кончиками пальцев до татуировки. Провожу ногтем по контуру рисунка, чувствуя, как внутри меня разгорается пламя. Поднимаю глаза и натыкаюсь на его взгляд.

Из-под густых ресниц на меня смотрит хищник, горячий самец, жадно ожидающий подходящего момента, чтобы утащить невинную жертву в пещеру. Вопреки чувству самосохранения, которое кричит «спасайся», я никуда не сбегаю, а продолжаю стоять с ним рядом.

Это все шампанское? Или что-то еще? Какая разница, когда так сладко сводит живот от возбуждения?

Не говоря ни слова, он достает изо рта сигарету и подносит ее фильтром к моим губам. Обхватываю ее губами, делаю затяжку и с удовольствием выдыхаю. От близости такого желанного тела, умноженного на приятный запах сигареты, меня охватывает томление, грозящее вылиться в настоящую бурю. Мышцы у него на груди напрягаются, стоит мне снова провести по ним пальцем. Хищник на грани. Дикарь.

Это, как запретный плод, который сладок.

Будто мало мне его потертых джинсов. Будто мало того, что он гораздо моложе меня. Будто мало того, что я выхожу замуж через два дня. Все это перечеркивается одним первобытным желанием. Тягучим, сводящим с ума, инстинктом.

Много лет я была хорошей девочкой. Никогда раньше я не изменяла своему мужчине, каким бы он ни был. Это табу, которое я никогда не позволяла себе нарушить.

Но, черт возьми, как же он хорош! Я только потрогаю, а потом опять сбегу. Так же, как всегда. Конечно, я сумею совладать с собой, я ведь уже взрослая.

Внезапно мой кошмар перехватывает мое запястье. Сжимает его до боли, резко дергает на себя, опрокидывая меня на свою грудь. Вскрикиваю, но не от страха, а от неудержимой похоти. Когда он так близко, в нос ударяет запах сильного самца, невыносимо сладкого и желанного. Еще никогда я не чувствовала себя настолько уязвимой и безвольной. Упиваюсь его силой, от которой немного потряхивает.

Мужчина властно обхватывает рукой мой подбородок, впивается в губы, покусывая, как одичавший зверь. Грубо и жестко. Так, как никто другой до него не делал. По-животному, хищно, запуская первобытные реакции в моем теле. Просовываю руку между нами и жадно обхватываю его член сквозь плотную ткань джинсов.

Один-один. Его черед хрипло вскрикнуть мне в губы.

Как дикое животное, он подхватывает меня под ягодицы, заставляя меня обхватить его торс ногами, и тащит в свою пещеру квартиру.

Нет, я не ханжа. И не стервозная дрянь. Но все равно успеваю подметить старую мебель и, видавший лучших времен, ремонт. Он прослеживает мой взгляд, и, конечно, тот ему не нравится. Поэтому я почти тут же вскрикиваю от его пальцев, которые до боли сжали попу. Точно, дикарь, а я еще сомневалась.

Мужчина грубо бросает меня на разложенный диван. Я пытаюсь подняться, но он толкает меня, опрокидывая на спину. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно. Все, что было до этого, казалось игрой, которую я могу прекратить в любой момент. Но сейчас инициатива полностью в его руках. Он силен и опасен, а мне никто не сможет помочь.

Упираюсь ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Но это все равно, что пытаться отодвинуть скалу.

– Пусти! – выкрикиваю ему хрипло.

Он наклоняется к моему уху. Его запах, сладкий и пьянящий, снова бьет мне в ноздри, закручивая спираль возбуждения внизу живота.

– Тихо, – хрипит он мне в ухо. – Молчи и раздвинь ноги.

Один только звук его голоса действует на меня мощнее самого сильного афродезиака. Я покорно раздвигаю ноги, ожидая самого страшного, что он может со мной сделать.