Кристина Лин – Давай никому не скажем (страница 10)

Артур смотрит на меня. И я почти физически ощущаю его взгляд. Вот он проходится по лицу, губам, шее и теряется в лифе платья.

Все последние дни я убеждала себя в том, что все, случившееся между нами, ошибка. И, конечно, почти уговорила себя, что больше такое не повторится. Но сейчас, когда он снова близко, реальность отправляет в нокаут все мои доводы. Можно сколько угодно себя уговаривать, но от этого я не перестала меньше хотеть его.

Я не просто слаба перед ним, а, как загипнотизированная, слежу за каждым мускулом на его лице. Меня снова штормит и тело обжигает напалмом. Все вокруг меркнет рядом с ним. И даже великолепие праздника забывается в этом моменте. Все это не важно. Ведь весь мир сужается, оставляя в поле зрения его одного. И я, как преданная собачка, готова делать все, что он скажет.

Но мне нельзя. Нам нельзя. Это невыносимо. Почти физически больно. А раскисать мне никак нельзя. И поддаваться его обаянию тоже нельзя.

Опускаю взгляд и, сжав руки в кулаки, резко разворачиваюсь. Лишь бы только не видеть его. Да, так проще. Шаг, и еще один. Мне нужно вырваться отсюда. Побег? Возможно. Но только для того, чтобы вернуть себе равновесие.

Увидев указатель туалета, я иду в ту сторону, чтобы спрятаться от всех в кабинке. Восстановить дыхание и успокоить, рвущееся из груди, сердце. Толкаю двери, прячусь от всех, закрывшись на защелку. Опускаю крышку унитаза и сажусь сверху.

Почему все снова и снова повторяется? Кира, вернись на землю, хватит тебе уже витать в облаках. У тебя прекрасный муж, успешная карьера и, вообще, все в шоколаде. Ты столько всего прошла и преодолела. Что тебе какой-то красивый мерзавец?

А, ведь, он красив, просто до неприличия. Глеба тоже многие женщины считают привлекательным. Но вот меня к нему не тянет так, как к его брату. Просто зуд в руках и ком в горле всякий раз, стоит ему появиться в поле зрения. Еще и смотрит на меня так, будто уже раздевает. Мне бы возмутиться. Но я сама сгораю и возрождаюсь заново каждый раз, когда он оказывается поблизости.

Странное чувство – бежать на пламя, даже понимая, что сгоришь.

В моей жизни было много ярких событий. Были невероятные повороты, взлеты и падения. Только все это – ничто в сравнении с тем, что я чувствую сейчас. Эмоции скачут, как на качелях, задавая сумасшедший ритм моему сердечку. А оно вот-вот выпрыгнет и ускачет туда, где этот наглый мерзавец обязательно его растопчет.

Внезапно двери в туалет открываются и раздается всхлип. Я сижу в кабинке, не зная, что делать дальше. А вот кто-то явно плачет там, за дверью. Кажется, не у одной меня сегодня день не задался. А может, в моем случае все еще не так плохо.

И что делать? Наверное, было бы тактичным показать свое присутствие и выйти из кабинки. И что тогда? Мне стоит убраться отсюда, понимая, что кому-то, возможно, нужна помощь?

Встаю и открываю двери. Тихо выхожу из кабинки. Сидя на полу, плачет девушка. И, судя по наряду, это и есть невеста. Она поднимает на меня глаза, удивленная, что тут кто-то есть.

– Ты Карина, верно? – спрашиваю я.

– Да, – шмыгает носом девушка.

Когда-то давно мне было тоже двадцать пять, и у меня было много трудностей и проблем. Но тогда никто не пришел мне на помощь ни разу. Не знаю, почему, но всякий раз, когда в моей жизни складывалась ситуация, казавшаяся патовой, я оказывалась совсем одна. На родню мне надеяться нечего, это мне стало понятно еще в детстве. А о моих мужчинах в тот период времени и вспоминать не хочется. Наверное, поэтому мне искренне захотелось помочь этой девочке. Правда, пока не понимаю, как это сделать.

Я опускаюсь на корточки рядом с ней, чтобы наши глаза были на одном уровне.

– Что случилось? – спрашиваю девушку.

Она снова всхлипывает, трет покрасневший нос.

– Меня выдают замуж, – срываясь на рыдания, отвечает она.

– Так это ведь хорошо?

– Я не люблю его, – всхлипывает Карина.

Я думаю, чем успокоить, и не знаю. Это я стала циничной стервой в какой-то период времени. А эта малышка еще не видела в жизни трудностей, и, наверняка, верит в принца на белом коне. И как мне ее успокоить? Я вполне сознательно вышла замуж без любви, понимая, что я получу взамен. А тут понимания, что в браке есть не только любовь, и не всегда бывает, как в сказке, нет совсем.

– Почему тогда согласилась выйти замуж? – спрашиваю аккуратно. Конечно, это не мое дело. Но ситуация располагает.

– Меня отец заставил, – хлюпает носом девушка.

– Заставил? Неужели, такое возможно?

– Ты не знаешь моего отца, – говорит Карина, внезапно переходя на «ты», – он думает только о собственной выгоде, ему на меня плевать.

Мне становится совсем не по себе. Средневековье какое-то. Я даже не знала, что такое еще возможно.

– Неужели же все так плохо? А вдруг, твой муж окажется хорошим человеком.

– Он на тридцать лет старше меня, – Карина заходится в рыданиях, вываливая на меня правду.

Какой-то ужас и прошлый век. А еще, это реальная трагедия. Но как такое возможно? Ведь она родственница Глеба, и эта семья всегда казалась мне образцово-идеальной. Может, это только Карине так не повезло? Да, конечно, не всем так везет в браке, как мне повезло с Глебом. Но сейчас не об этом. Нужно придумать, как успокоить девушку.

– Да, это проблема, – соглашаюсь с ней. – Но, подумай, наверняка, в твоем замужестве есть и положительные моменты?

Она резко перестает рыдать, поднимает на меня доверчивый взгляд. Не знаю почему, но в этот момент в моей голове мелькнула мысль, что Карина – не очень умная девушка. И, быть может, такой брак для нее – не самое плохое решение?

– Это какие? – спрашивает она, вытирая сопли рукой.

– Ты говоришь, что у тебя властный отец, – придумываю на ходу я, – а так ты сможешь вырваться из отчего дома. И, возможно, жизнь с мужем будет не такой уж плохой, как тебе сейчас кажется.

Да уж, после стольких прочитанных книг мне можно в психологи идти. Надеюсь, что получится ее убедить прекратить истерику. Тем более, уже поздно лить слезы, все зашло слишком далеко. Если хотела устроить бунт, то делать это нужно было до свадьбы, а не сбегать из-под алтаря.

– Ты, правда, так считаешь? – хватается она за мою мысль, как за соломинку.

Да уж, это не Кира в юности, она намного слабее. И сломать ее проще. Таким женщинам нужен кто-то сильный рядом. Скорее всего, ее отец тоже это понимает.

– Конечно, – успокаиваю ее. – Вот увидишь, все наладится.

Она всхлипывает, но теперь гораздо спокойнее. Кажется, истерика утихает сама собой. А девушка не привыкла протестовать и пробираться сквозь тернии к собственному счастью. Проще согласиться и принять неизбежное, чем бороться.

– Давай-ка я помогу тебе привести себя в порядок, – говорю ей, стараясь теперь переключит ее внимание на другую проблему.

Я поднимаю с корточек и протягиваю ей руку. Ее ладошка послушно хватает мою, как соломинку. Помогаю ей подняться. И совсем не удивляюсь ее «ой!», когда она поворачивается к зеркалу.

– Не переживай, – опережаю новую волну паники. – У меня есть косметика в сумочке, сейчас мы быстро все исправим.

Боже, спасибо тебе за привычку таскать все необходимое с собой!

Глава 11

Во время церемонии я все время наблюдаю за невестой. Со стороны все выглядит красиво. Она улыбается, жених тоже счастлив. А рядом стоят родители и смотрят на все происходящее с умилением. И будто никто не замечает, что жених намного старше. А невеста? А что с ней? Она ведь прекрасно играет свою роль.

И, если бы не сцена в туалете совсем недавно, я бы тоже умилялась и вытирала платочком слезы счастья. Но только теперь совсем не праздничные мысли крутятся в моей голове. Как родители допустили такое? Зачем используют ребенка в качестве товара? И куда подевалась любовь? Даже я, со своими прагматичными взглядами, сейчас обескуражена степенью цинизма и фальши.

В поисках поддержки, я оглядываюсь по сторонам. Но у всех приглашенных одинаковое выражение лица – умиление, смешанное с радостью. Будто зазомбировали тут всех. Или они договорились изображать радость? Или это коллективное помешательство?

Клянусь, никогда в жизни мне еще не хотелось встать и закричать: «Остановите этот фарс!» Но нет, я сижу, будто меня приковали к стулу. Не мне решать такие вопросы, не мне вмешиваться. Еще неизвестно, к каким последствиям может привести моя такая помощь невесте. Которая, к слову, теперь совсем не выглядит несчастной. Актриса еще та, мать ее.

Фух, лучше бы мне не знать о том, что я узнала. Лучше было бы думать, что все по любви. И почему только меня это так зацепило?

А ведь я могла даже не узнать об этом. Если бы не Артур, не его внезапное появление на этой свадьбе. Я не была готова к встрече с ним. Несмотря на то, что сама попросила его прийти, я до конца не верила, что он появится тут.

От одного воспоминания об этом мужчине вдоль позвоночника пробежала жаркая волна. Ладони вспотели, а сердце учащенно забилось.

В такие минуты мне всегда кажется, что всем понятны мои мысли. Будто все вокруг могут догадываться о том, что я на самом деле думаю? Но все же, чтобы убедиться, что никто не заметил перемены в моем настроении, с опаской оглядываюсь назад. И, конечно, натыкаюсь взглядом на Артура, который будто только этого и ждал.

Словно почувствовав мой взгляд, он поворачивается в мою сторону. Его глаза, обрамленные густыми ресницами, смотрят с вызовом. И, хотя лицо не выражает никаких эмоций, мне привычно кажется, что мысленно он уже сорвал с меня платье. И к своему ужасу я понимаю, что именно этого мне и хочется сейчас. Разве такое возможно? Будто нет других мужиков! И ведь, я замужем. А я каждый раз об этом забываю, стоит только Артуру появиться в поле моего зрения.