Кристина Корр – Провинциалка в академии. Будь моей парой (страница 2)
Длинные русые волосы, карие с глубоким красным оттенком глаза, вечно хмурый суровый взгляд, поджатые губы…
Он действительно вызывал некий мало чем объяснимый интерес, но это не повод всюду за ним таскаться, при этом громко обсуждая. Вряд ли ему нравится такое внимание, нравится, когда вторгаются в личное пространство, нарушают границы дозволенного. Судя по его красноречиво-говорящему виду, Артур Морте меньше всего желал становиться местной достопримечательностью. Словно мраморная статуя просветлённого учёного Ра, к которой каждый год тянутся сотни, а то и тысячи людей, жаждущих прикоснуться к его святым мощам. Точнее каменным, но всё едино.
Я лишь молча поражалась наглости столичных аристократок. Их циничности и беспринципности. Зная, что у сына эрцгерцога есть невеста, они всё равно продолжают его преследовать. Тут кто угодно станет мрачным и нелюдимым. Я бы ещё кусаться начала…
Артур устроился на полукруглом выступе неработающего фонтана, а стайка девушек устроилась неподалёку, что-то щебеча и бросая на него кокетливые взгляды.
… во дворе стало слишком шумно.
Нащупала ремешок сумки, закинула его на плечо и тяжело поднялась, ощущая слабость во всём теле. Пошатнулась, но устояла. Медленно повернулась и нетвёрдой походкой двинулась в противоположном от нарушителей спокойствия направлении, спиной ощущая колючий взгляд, прожигающий затылок…
Прошла колоннаду внутреннего двора учебного корпуса и, прошмыгнув между зданий, вышла на задний двор. Нашла уютное местечко в тени яблонь, сняла пиджак и бросила его на траву под деревом. Устало села на него, прислонившись спиной к шершавому стволу, и закрыла глаза.
Переживать – сил не осталось, накатило опустошение. Да и смысл нервничать? Я сделала всё, что могла. Даже больше. Я сделала невозможное.
Пара часов спокойствия и я узнаю, справилась я или недостаточно старалась.
… в мою уютную тишину ворвалось тихое «мяу».
Распахнула веки, несколько раз моргнув, и завертела головой в поиске источника звука.
Под кустом жимолости сидел дымчатый кот. Ну или кошка.
– Привет, кися, – усмехнулась, вставая. – Ты чей? – не глядя нащупала сумку, раскрыла и достала припасённый бутерброд. – Не знаю, голодный ты или нет, но я всё равно есть не буду.
Развернула бумагу, сняла с хлеба кусок буженины, всё ненужное отложила в сторону и на четвереньках подползла к внезапному мохнатому «гостю».
– Будешь? – спросила, протягивая мясо.
Котик опасливо принюхался, но всё же подошёл и с удовольствием принял угощение. Ел аккуратно и неторопливо, вызывая мою умилённую улыбку.
– Здесь даже коты аристократичные, – усмехнулась, наблюдая за ним.
Погладила животинку между ушек, провела по спинке.
… мимо прошла тень.
Не сама по себе, конечно. Боковым зрением я уловила движение тени человека, но повернуть голову отчего-то не решалась. Так и сидела на корточках, обхватив колени руками, делая вид, что ничего не замечаю.
Котик доел буженину и ласково потёрся об меня в знак благодарности.
– Я буду звать тебя Сэр Кот, – улыбнулась, гладя на нового друга. – Ты очень воспитанный.
– Это кошка, – раздался вибрирующий низкий голос за спиной.
Непроизвольно сглотнула, но по-прежнему не спешила смотреть, кто ещё решил воспользоваться этим укромным местом.
– Тогда… – протянула, задумавшись. – Княгиня. Буду звать тебя Княгиней. Как тебе, ум?
Кошечка запрыгнула передними лапками на мои колени и ткнулась мордочкой в подбородок, рассмешив.
– Я могла бы догадаться. Ты очень ласковая.
– Зачем давать имя животному, которое тебе не принадлежит? В этом нет никакого смысла. Может, у неё уже есть и хозяин, и имя…
Я встала, отряхивая тёмно-серую форменную юбку, и медленно повернулась. Под соседним деревом, вытянув одну ногу, а вторую согнув в колене, сидел сын эрцгерцога, наблюдая за мной из-под полуопущенных ресниц.
– Обязательно должен быть смысл? – спросила невозмутимо. – Даже если у неё есть имя и хозяин, я могу звать её как угодно, если она гуляет на улице. Потому что мне так захотелось.
Парень поднял на меня холодно-отстранённый взгляд, но казалось, не упустил ни одной детали. Появилось ощущение, словно меня ощупали от туфель до самой макушки.
… накатило бессильное глухое раздражение.
Обязательно так смотреть на незнакомых тебе людей? Что он пытался показать этим взглядом? Что ненавидит всех вокруг?
Что ж… у него это прекрасно получилось. Сразу захотелось дистанцироваться на пару тысяч метров.
– Её зовут Ириска, – вымолвил ровно, продолжая удерживать меня на месте своим пристально-изучающим взглядом. – Она талисман академии. Странно, что ты не знала этого.
– Было бы странно, если бы я не знала имя нашего короля, – отозвалась бесстрастно, пожав плечами. – А не знать имя уличной кошки – вполне естественно.
Легко повернулась, сбрасывая с себя невидимые оковы, собрала то, что осталось от бутерброда, сунула в сумку и вернулась на своё место. Села на пиджак и расслабленно откинула голову на ствол яблони.
… кошка осторожно забралась на мои колени.
Удобно устроилась и замурчала, успокаивая.
– Хоть ты и Ириска, я всё равно буду звать тебя Княгиней, – тихо усмехнулась, поглаживая мохнатую подружку.
Кошка, кажется, не возражала, и только Артур Морте прожигал мой профиль пристальным взглядом. Если бы я знала, что это была самая мирная и спокойная наша с ним встреча, запечатлела бы в памяти навечно…
***
Просидев в тишине около двух часов, давая возможность мозгу отдохнуть, я поднялась почти одновременно с сыном эрцгерцога, успев позабыть о его присутствии.
– Списки, наверное, уже вывесили, – ровно констатировал он и, поправив пиджак, первым направился на выход из нашего укромного места.
Я немного подождала (не хотела, чтобы нас видели вместе), попрощалась с кошкой и, закинув на плечо сумку, неторопливо пошла в главный корпус, где уже творилось настоящее столпотворение.
… к стенду было не протолкнуться.
Шум голосов вызывал раздражение. Меня грубо толкнули в плечо: какой-то парень расталкивал остальных локтями, желая первым узнать результаты.
Я оценила его выдающийся профиль: ровный прямой нос, упрямо поджатые губы, хищный прищур, и решила посторониться. Отступила на шаг, не ожидая, что за спиной может быть кто-то ещё.
… затылок уткнулся в чью-то твёрдую грудную клетку.
– Не думаю, что ты прошла, – раздался над головой низкий с хрипотцой вибрирующий голос. Стоило раз услышать его, как научилась распознавать безошибочно.
Артур Морте. Только у него есть такие властные нотки, пробирающие до дрожи…
– Не припомню, чтобы интересовалась твоим мнением, – отозвалась равнодушно, отстраняясь.
– Ты загораживаешь мне проход, – безэмоционально констатировал он.
– С высоты твоего роста наверняка и так видно доску. – Пожала плечиком, не собираясь отходить. Да и некуда, меня зажали со всех сторон.
… парфюм сына герцога обволакивал, щекоча обоняние.
Послышались первые вздохи разочарования.
– Ну как так?!
– Почему я не прошла? Это несправедливо…
– Всего девяносто пять человек отобрали…
Я терпеливо ждала, когда провалившие отборочный этап покинут административное крыло и дадут возможность остальным узнать результаты.
Не скажу, что сильно волновалась. Поджилки не тряслись, по крайней мере, но… в животе неприятно тянуло.
Я приложила столько сил… Неужели всё зря? Неужели не имея чистого дара, не имея статуса, невозможно стать частью элиты?
– Вот ведь!.. Морте как всегда на первом месте, а я даже в десятку не вошёл, – раздосадованно произнёс один из парней, крутящихся у доски информации.
Я видела только его светлую макушку.