Кристина Корр – Недотрога в академии некромантов (страница 2)

– Кто знает, что у тебя на уме…

– Не бойся, переночевать в склепе с госпожой Арнуа не заставлю.

Нэйт вяло усмехнулся, оценив иронию.

Крайден молчал, изучая Каяна внимательным взглядом.

– Ладно… – непринуждённо протянул Каян, качнувшись на пятках. Майка неприятно липла к телу. Хотелось уже покончить со всем и в душ, а он тут… – Накину карточку сверху.

– У тебя их две?! – изумлённо воскликнул рыжий прилипала, что вечно юлит перед Крайденом. Магия опасно отозвалась: под ногами пополз зеленоватый, полупрозрачный туман.

– За силой следи, – холодно произнёс Каян. – Такие выбросы чреваты: если бы в земле был труп, ты бы его уже ловил.

– Простите, – рыжий виновато вжал голову в плечи. – Просто… обалдеть!.. Две карточки.

– Откуда у тебя? – недоверчиво прищурился Крайден.

– Заработал, – равнодушно произнёс Каян. – Ну? Идёт?

– Идёт, – первым произнёс Нэйт. Все знают, что ему карточки нужны…

– Идёт, – кивнул Крайден. Хотел протянуть руку, но вовремя одумался.

– Тогда… – Каян наклонился и начертил на земле руну, вкладывая толику силы. – Пусть печать Хороса скрепит наш договор.

– Что ты…

Руна вспыхнула, в воздух взвился призрачный череп, описал круг, касаясь каждого участника спора и испарился, издав зловещий стон.

– Если кто-то не выполнит условия договора, будет наказан, – непринуждённо произнёс Каян, пока остальные сидели в оцепенении с остекленевшими глазами. – В течение месяца недотрога должна одному из нас признаться и подарить поцелуй. Добровольно, а не под действием заклятия или под внушением. Грязные методы запрещены.

– Идёт, – сипло отозвался Крайден, очнувшись, но по-прежнему настороженно поглядывая на Каяна, не понимая, как его угораздило поспорить с ним. Для чего? Ведь цель была иной…

– Отсчёт времени начнётся с того момента, как недотрога переступит порог академии, – произнёс Каян, развернулся и направился к полосе препятствий…

Глава первая

За неделю до…

Ректор нервно постукивал толстыми пальцами по столу. На его морщинистом лбу выступила испарина. Я терпеливо ждала, стоя перед его белым новеньким столом. Впрочем, новая мебель в кабинете господина Гоблина, как ученицы академии искусств ласково зовут ректора за глаза, появляется с завидной регулярностью. Неясно только куда девается старая. Пускают на дрова?

– Николь… – Гоблин тяжело выдохнул, достал из нагрудного кармана фрака белый платок и вытер им лицо. Бережно и аккуратно. Всё по этикету. – Ты понимаешь, зачем я тебя вызвал?

– Нет, господин Фалгер, – ровно ответила, глядя в его маленькие серые глазки.

– Строишь из себя невинную? – Гоблин сцепил зубы, а крылья носа гневно раздулись. – Пять учениц подтвердили, что видели тебя на этаже в момент происшествия. И ты уж прости… но больше никто из академии не мог сорвать со стены рапиру, которая по сути муляж, и сразиться ей с двумя адептами магакадемии.

– Простите? – вопросительно выгнула бровь, сохраняя спокойствие. – Вы сказали, адепты магакадемии у нас на этаже? Но как они попали в женский корпус, господин Фалгер? Разве это не запрещено?

Гоблин глухо застонал, на секунду зажмурившись, так что его пухлые, напоминающие оладушки щёки покраснели.

– Да, запрещено! Они проникли на территорию академии искусств и понесут заслуженное наказание от своего куратора. Но это не даёт тебе право лупить всех, кто нарушает правила! Ты должна была, как сознательная ученица, сообщить об этом кастеляну или своей наставнице, – уже спокойнее закончил Гоблин, бросив на меня хмурый испытывающий взгляд.

А может, я ещё – «как сознательная ученица» – должна была согласиться на их «заманчивое» предложение? Или сознательно позволить себя лапать? Позволить безнаказанно развлекаться в женском корпусе?

– Не понимаю, о чём вы, господин Фалгер, – произнесла отстранённо. – У вас есть жалоба от пострадавших или иные доказательства того, что именно я причастна к данному инциденту? Или только то, что меня видели на этаже, на котором проживаю?

Лицо Гоблина побагровело. Неудивительно, ведь он точно знает, что это была я. Но знать, это одно, а вот иметь возможность доказать – совершенно другое.

– Ты однажды… доиграешься… – он сжал кулаки, грузно поднимаясь. – Тебе никогда не стать такой же достойной, как твоя мать! Никогда, слышишь?!

Я дёрнулась, словно от пощёчины. По телу прокатилась дрожь…

– Леди Де Камелье была выдающейся женщиной, а ты… дьявольское отродье! По тебе казарма военной академии плачет!

Голос Гоблина неожиданно стал звучать словно издалека. В висках колотился пульс, шумом отдаваясь в ушах…

Впервые этот человек опустился до оскорблений. Впервые мне захотелось вскинуть руки и свернуть эту маленькую головку. Чтобы потом сделать из неё образцовый череп, а может, подставку под карандаши…

Изумлённо моргнула, ужаснувшись собственным мыслям, но было поздно.

– Что ты… – Гоблин побледнел, вжимаясь в своё резное кресло из красного дерева, которым так гордился.

…По полу полз зеленоватый туман, приобретая форму костлявой руки.

Рука, словно живая, тянулась к ректору, пытаясь его ухватить.

Я оцепенела, скованная липким страхом.

«Это не я… это не я!..»

– Николь… – жалобно выдавил Гоблин. – Я искренне прошу прощения за свои слова… только прошу… уберите это… – сдавленно охнул и прикрыл глаза.

Отмерла, моргнув, и замахала.

– Прочь! Прочь! Убирайся, – развела руку и кинулась к окну. Распахнула его в надежде, что туман рассеется.

«Я не хочу никому причинять зло…»

Туман мгновенно исчез, словно его и не было.

Гоблин осторожно приоткрыл один глаз. Убедился, что опасность позади и шумно выдохнул, обмякнув в кресле. На него было тошно смотреть, хотя меня саму внутренне колотило от выброса адреналина.

Просто не могу поверить…

– Я свяжусь с вашим дядей, – сипло выдавил Гоблин. – Оставайтесь в своей комнате до его приезда и никуда… никуда не выходите.

Странно, что Гоблин резко перешёл на «вы». Трус…

Усмехнулась и, вежливо простившись, отправилась к себе.

Что это сейчас было? Нет, я догадываюсь, но как?! Как, бездна, такое могло случиться?!

Посмотрела на свои руки и с силой закусила губу.

«Прости, мамочка, я совсем не оправдала твоих надежд. Я самая бестолковая дочь на свете. Дьявольское отродье…»

***

Адриан явился незамедлительно. Подозреваю, что воспользовался порталом в императорском дворце. Толкнул дверь лоджии и опустился на корточки рядом со мной, где я забилась в угол, обхватив колени руками.

Тёмно-синие, словно ночное небо, глаза лучились беспокойством и тревогой, от которой разрывалось сердце.

– Ну вот, заставила хорошего человека переживать, – пробормотала недовольно, поднимая голову.

Адриан усмехнулся и коснулся шершавыми губами моего лба. Поднялся, подал мне руку и отвёл в комнату. Усадил меня на кровать, замотав в одеяло, проявляя так заботу, а сам устроился на стуле возле бюро.

– Подралась? – будничным тоном поинтересовался он. Гоблин уже и это доложил.

– Угу, – вздохнула, не испытывая угрызений совести.

– И победила?

– Победила.

– Тогда я спокоен, – удовлетворённо кивнул он. – Пока ты побеждаешь, – добавил лукаво.

Повисла неловкая пауза. Я не знала с чего начать, он, видимо, тоже. Может, подбирает слова, но я знаю отношение Адриана к некромантам.