Кристина Корр – Любовь Зла, или На побегушках у демона (страница 37)
Рони присела на бугорок, подперла подбородок кулаком и зевнула. Слабость мучила жуткая, не осталось сил даже на беспокойство.
— Я не могу призвать тварей Хаоса в Преднебесье! — выкрикнул он, вновь обернувшись человеком.
— Это твои проблемы! — огрызнулся Рагнар, думая, что Вацлов просто жалуется ему на свою беспомощность, и метнул сгусток призрачно-туманного огня.
Вацлов тоже отбивался огнём, перемещался размытым пятном и ему даже удавалось достать иногда брата, но тот быстро регенерировал. От ран не оставалось и следа.
Вацлов был слаб. Слаб ещё после недавней битвы с монстрами Бездны, когда его превратили в месиво, но он всё равно предотвратил угрозу. Он был слаб, когда пытался запугать Рони, когда она забрала у него искру, а ведь с того момента прошло чуть больше суток. Разве мог он так быстро восстановиться?
Рони поднялась с земли, отряхнула руки и, минуя сумеречных гидр, занятых поимкой третьего сына Повелителя, приблизилась к Рагнару.
— Утомил… — вымолвила она и ударила демона в спину.
… на ладони вспыхнула сумеречная искра. Гидры мгновенно исчезли, растворились в воздухе серой дымкой.
Рагнар обессиленно рухнул на колени.
— Что происходит?! — ошеломлённо просипел он.
— Твой конец! — зарычал Вацлов, прыгая откуда-то сверху…
Рони предусмотрительно отвернулась. Она не любила жестокость. Не получала удовольствия, видя чужие страдания. Она была самым обычным человеком, но… могла убивать, если потребуется. Могла лишать силы.
Уставилась в бесконечное молочное небо и подняла руки, растопырив пальцы.
— Видимо, даже я была создана для баланса…
… совсем рядом хрипел, умирая, четвёртых сын Повелителя. Теперь Вацлов мог с ним справиться. Точнее, мог справиться быстрее.
Рони опустила руки и закрыла глаза, абстрагируясь от окружающих её звуков.
Настигло опустошение. Вязкая тьма неминуемо затягивала. Не было желания сопротивляться ей. Зачем? Снова возвращаться в шумный мир, чтобы услышать жалкое оправдание родителей о том, как они её спасли, сделав монстром из собственных эгоистичных соображений? Почему просто не дали умереть…
— Я буду звать тебя сестрёнкой, — усталый голос Вацлова выдернул из тьмы, вынудил открыть глаза.
— Это ещё почему? — лениво поинтересовалась Рони, медленно повернув голову.
Демон плюхнулся на землю и вытянул ноги. Собственный обнажённый вид и рваные раны на теле, казалось, нисколько его не смущали.
— Потому что отец напитал тебя своей кровью.
Рони тихо фыркнула.
— Это не делает нас родственниками, ты не можешь так меня называть. Кровь Повелителя не дала мне умереть, но моими родителями являются люди.
— Как скажешь, сестрёнка, — не стал спорить он. — Но что ты собираешься делать с искрой Рагнара? Оставишь себе?
Рони ошеломлённо села. Раскрыла ладонь и усмехнулась, увидев пляшущий на ней мрачный пепельный огонёк.
— Я и забыла о ней…
— Уничтожу её, мне не нужна чужая искра.
— И правильно, — удовлетворённо произнёс Вацлов.
Рони растёрла ладони, стряхивая пыль, оставшуюся от искры четвёртого сына Повелителя и облегчённо выдохнула. Стало лучше. Разум прояснился, но осталось опустошение, свойственное при «откате».
— С Дэмианом же всё будет в порядке? — спросила она, посмотрев в ту сторону, где Палач всё ещё расправлялся с первым сыном Повелителя.
— Безусловно, — ни капли не сомневаясь, ответил Вацлов. — Инг боролся за «чистую кровь», думая, что в ней сила. Но посмотри на Дэма: он единственный, кто имеет крылья, как у отца, он лишает жизни прикосновением, а ведь рождён от смертной женщины. И посмотри на себя. Тебя зачали люди, Бог лишь поделился с тобой своей кровью, но твой дар уникален. Так что сила не в чистой крови, а в балансе, как предрекал Оракул. Люди и демоны, всё живое в обоих мирах взаимосвязано.
Рони, соглашаясь, кивнула. Она и сама пришла к подобному умозаключению. Оракул не просто так выбрал её имя, не просто так выбрал Палача. Их способности удивительным образом дополняют друг друга. И осознание того, что только к ней Дэмиан может прикасаться, делало Рони чуточку счастливее.
— А-а… как же я смертельно устал, — простонал Вацлов, падая на спину. — После такого я неделю отходить буду. Надеюсь… у отца там всё в порядке…
— А что с ним? — спросила Рони, не сводя с Палача взгляда. Видимо, это очень трудно — лишить жизни полубога, такого как Инг.
— Повелитель вместе с Саном и его матерью спустился в Бездну, чтобы уничтожить камни-Разлома и накопители, которые использовали цверги, — утомлённо пояснил Вацлов.
Кажется, он и правда устал.
— Спасибо, — тихо вымолвила Рони. — Спасибо, что сохраняешь баланс. Что напомнил мне об искре Рагнара и выдернул меня из тьмы своей непринуждённой болтовнёй…
Вацлов усмехнулся.
— Обращайся, сестрёнка.
… в этот момент тело Инга осыпалось пеплом на священную землю Преднебесья.
Рони встала и, отряхнув руки, направилась к Дэмиану.
— Даже не думай идти за нами, — насмешливо бросила через плечо и поспешила к своему демону…
Глава девятнадцатая
Если бы спуститься в Бездну мог кто угодно… если бы уничтожить камни со дна Разлома было так просто…
Повелитель хотел бы заглянуть в глаза своим оступившимся детям, а не заниматься тем, чем занимался в данный момент. Да, сохранение мира и баланса, несомненно, важно, но и судьбы сыновей были важны. Кто бы, что ни говорил, Повелитель дорожил своими детьми, своими совершенными созданиями, ведь к каждому он подходил ответственно. С душой…
А теперь что? От двоих осталась горстка пепла…
— Отец. Вы всё уничтожили, пора подниматься, — произнёс изрядно вымотанный Сан.
… монстры лютовали. Запах «живой» плоти и крови сводил их с ума.
— Он прав, — устало вымолвила Уна, тряхнув подпаленными скверной волосами. — Задержимся тут чуть дольше и тьма поглотит. Даже наша божественная сущность не спасёт.
Повелитель погасил пламя, заводил в воздухе руками, открывая проход в Нижний мир, и стоило оказаться на поверхности, наложил защитную печать, чтобы никто, как и раньше не смог выбраться. Таким тварям, как цверги самое место в Бездне.
— Что теперь, отец? — обеспокоенно спросил второй сын, ступив на горячий песок Хаоса. — Кто возьмёт контроль над территориями Инга и Рагнара?
— Я и твоя мать позаботимся об этом, — устало отозвался Повелитель. — Спасибо за проделанную работу. Хорошо постарались, — безэмоционально изрёк он и скрылся в бардовом пламени портала…
Храм Пресветлой Алесаны, вход в который тёмным был запрещён, находился на краю Верхнего мира. Повелитель подошёл к дверям из священного белого вяза, и они предостерегающе засветились голубым светом.
— Алесана… — выдохнул Повелитель, потирая пальцами переносицу. — Я пришёл обсудить наш спор девятнадцатилетней давности. Ты ещё помнишь о том младенце, которого мы спасли?
Свечение божественной силы светлых не исчезло, но двери медленно распахнулись. Повелитель предусмотрительно отошёл, пропуская прекрасную Богиню, от красоты которой даже демон может потерять голову.
— Давай сразу к сути, — произнесла она, перекидывая на спину белоснежную косу, что спускалась ниже стройной талии. — Время вечерней молитвы, люди возносят мне свои благодарности. Будет некрасиво с моей стороны, если пропущу.
— Я говорю о девочке по имени Рони, — усмехнулся Повелитель, ощущая, как к нему возвращается энергия при одном только взгляде на прелестную Богиню в прозрачном белом одеянии. — Я поделился с ней своей кровью, ты даровала благословенный поцелуй. Мы спорили, кому достанется малышка, когда пробудится её дар.
Алесана всерьёз озадачилась.
— Кажется, припоминаю. Но разве девчонка не оказалась пустой оболочкой?
— Гм… — Повелитель вежливо кашлянул в кулак. — Я попрошу не выражаться так грубо о моей невестке.