реклама
Бургер менюБургер меню

Кристина Климаева – Невеста (страница 2)

18

Мила стала разливать чай. Дед Архип пил чай из блюдца, немного прихлебывая. Мила и Тимофей сидели близко друг к другу, и Тимофей периодически проверял, согрелись ли ноги у Милы.

– Все хорошо, Тим. Тем более, смотри, какие милые носочки выдал мне наш спаситель. – Мила высунула ногу из-под стола, показала шерстяные вязаные носки и спрятала ногу обратно.

– Через два дома от моего жила семья Шурочки. Вы дом видели? Там еще свет горел. Племянница ее там сейчас живет. Чего помочь нужно, я всегда помогаю. Она одинокая, а одиноким в деревне сложно, но при таких-то соседях все попроще будет, – начал разговор дед Архип. – Мы с Шурой были одного года. Дружили, но больше она интересовалась делом моего отца. Все ходила с ним, травы изучала. Как писать научилась, в тетрадке записи вела. Отец рад был передать свои знания. Травники они ведь из поколения в поколение передают все, что знают. А я мальчишка был, стыдно траву собирать, да и ребята смеялись. Вот я и бегал к нашему плотнику, его делу учиться. Отец расстраивался, а потом привык и даже сдружился с ним. Тот его наличники делать научил. Отец потом их всей деревне ставил, да еще и в соседних управлялся. Но ходила Шурка тогда не только к моему отцу. У нас на отшибе жила бабка Груня. Я, конечно, у Шуры спрашивал, зачем она туда ходит, ведь говорят, что бабка Груня колдовство знает всякое, но Шура только смеялась. «И никакая она не колдунья. Она лечить умеет, и записи у нее есть старинные», – так приговаривала Шура. Там еще книги были, но язык замысловатый. Бабка Груня начитывала Шуре вслух, а та писала себе. Так она мне говорила. Записей скопилось много, хранила их Шурка в большом сундуке, а ключ при себе держала. Мать у нее рано умерла, а сундук с вещами остался. Вообще, ее бабушка воспитывала.

Надо заметить, к колдунье Груньке ходили наши деревенские, а мы-то молоденькие, знали, что ли чего? Нас ею все время пугали, как озорничать начнем, родители и говорят, что колдунья к себе в дом утащит. Смеялись.

В один день был такой случай, что кто-то в дом к бабке Груне забросил камень и окно разбил. Вроде попали в нее даже, в один миг заболела она и слегла. Шура прибежала к нам отца искать, и думала, что он поможет. А его в это время забрали в город люди, дочку которых он лечил, я вам говорил об этой истории.

– Да, помним мы, – заявила Мила.

– Ну вот. Шура говорит бабушке, что пойдет к Груне, а бабушка ее не пускает. Тогда Шурка выбралась из дома ночью, а вышло у нее это только на третий день. Прибежала в дом, а там три женщины сидят возле кровати, да и кто такие, Шура не знала. Не из нашей деревни. Причитают что-то и всхлипывают. Это ведь мне потом уже Шура рассказывала. Подошла она к бабке Груне, обняла ее, та и умерла. Вдруг все в доме закрутилось и ходуном заходило. Вихрем поднялись предметы, и Шура среди этого всего стоит. Боится, глаза то зажмурит, то откроет. В тот же миг исчезли и женщины – плакальщицы, которых Шура в доме встретила. Кто это, и что это было, я не знаю, но придумать Шура не могла. Она сама говорила так, а я уж запомнил.

Потом мы прибежали. Отец только из города приехал. Бабушка Шуркина его схватила и туда. Ну и я, конечно, пошел. Заходим в дом. Стоит Шура посредине хаты, а чуть дальше лежит на кровати тело Груни. Вышли мы из дома, идем по дороге вдоль деревни, а все из домов начали выходить, стоят на крылечках и смотрят на Шурку. Она идет впереди нас. А слышно, как переговариваются люди. И говорят, что, знать, теперь Шура всем заправлять будет. Я у отца-то спросил, о чем это люди шепчут, а он плечами пожимает. Я – к бабушке Шуриной, а она молчит. Это уже потом я узнал, это означало то, что бабка Груня всю свою силу перед смертью отдала Шуре. Оказалось, такое правило у них. Правда это или неправда, а с тех пор открылся у Шуры дар. Лечить она умела.

Начался у нас в деревне во дворах падеж скота. Бабы плачут. Врача из города вызывали, так тот только руками разводит. Говорит, неизвестная болезнь. Велено было в еду живности добавлять какой-то лечебный порошок. А они все равно болеют. И у Шуриного дома та же беда, а у них только корова отелилась, слабая еще, а теленок-то еле на тонких ножках стоит. Принялась Шура читать. Три дня читала, и пошла корова на поправку. Разлетелся слух по деревне. Все к Шурке. Она так и ходила в каждый дом, читала. И прошла болезнь. Приехал, значит, врач из города. Руками разводит. Уехал.

Когда к Шурке первая любовь пришла, о ней уже далеко за пределами деревни знали. И в городе, да и разные приезжали люди. Тогда Шурка меня попросила ей помочь, и мы выкрасили ее дом яркой краской, а наличники оставили белыми. Дом ее среди всех деревенских выделялся. А то и понятно, она и сама была особенная.

И вот она полюбила Елисея. А Елисей – сын соседский. Да мать его сварливая баба была. Все козни Шурке строила. Говорили, что она тоже знает что-то и дочку свою учит, которая сестра Елисея.

За Елисеем девки бегали всей деревней. Это вот за мной – никто. А он храбрился, конечно, но к Шуре с теплом и нежностью относился, по дому ей помогал. А мать его все злилась. Шура забеременела и не сомневалась в Елисее, и он счастливым ходил. А потом случилось странное. У Шуры уже живот большой, а Елисей гулять начал и домой не приходит, а они уже вместе жили. Шурка плачет, прибежит к нам в дом, за стол сядет и плачет. Отец травы успокаивающей заварит – она перестанет, а потом опять.

В общем, уехал Елисей в город, и больше Шура его не видела. А по весне родилась девочка, и назвала она ее Кирой.

– А что же случилось, дед Архип? Почему Елисей так поступил?

– Да говорят, мать с сестрой его науськивали. Говорили, что к Шурке много кто ходит лечиться, вот и ребенка она с кем-то нагуляла. Он и поверил. Но это ее бабушка так говорила моему отцу, а я что слышал, то и рассказал.

У Шуры были косы красивые. Волосы такие густые, от матери достались. Так вот, обрезала она их. Я ей говорю: «Шур, а косы-то зачем обрезала?» А она смеется и говорит, что больше ей не нужны косы, что она теперь в доме главная и все успевать нужно самой. Одна она решила жить и никого к себе не подпускать.

А люди все приезжают и приезжают к Шуре. Много времени она проводила за своим главным делом, но и по дому все успевала. Выросла Кира, а в деревню к нам приехал новый житель. Из города, почему-то перебрался в деревню. Другие, наоборот, а этот поселился, значит, в доме умершей своей родственницы, бабки Зины. Поначалу ни с кем из деревенских не общался. Работать пошел к нам на ферму, а председатель все разговоры водил, что силы в новом приезжем столько, что он и гору свернет. Звали его Алексей. Высокий, и борода рыжая.

Однажды мастерю я отцу коробочку под травы и слышу, в дверь кто-то колотит. Побежал. Смотрю, Кира на пороге стоит и слезы трет. Говорит, что затемнело уже на улице, а Шура домой не вернулась. За грибами в лес пошла и до сих пор не вернулась. Я – к отцу. Отец говорит, чтобы я за ребятами сбегал и вместе с ними Шуру искать шел. Я уж собрался бежать, как смотрим мы с Кирой по дорожке нашей деревенской идет Алексей с Шурой на руках, и корзинка с грибами при ней. Повредила ногу в лесу, а там неподалеку был наш новый житель, тоже за грибами ходил, вот он ее и вытащил.

С тех пор завязалось у него с Шурой. А тут и я женился, на свадьбу их пригласил. Шура тогда справила красивое платье, а Алексей от нее и не отходил больше. Жить они вместе не сразу стали. Шура все стеснялась, а он вот – нет. Стал ей помогать, она ведь одна была с дочкой. Бабушка старая уже совсем, какая из нее помощница, да и Шура бабушку берегла, до трудных дел не допускала.

Но что же за судьба-то у Шуры такая! – Все приговаривала моя жена, когда случилось, что случилось.

По осени Алексей возвращался хмельной домой, а сестра Елисея его подманила или что уж там было, я не знаю. Но пошел по деревне слух, что ночь Алексей провел у соседки.

Моя жена к Шуре пошла тогда. Мы ведь дружили и в помощи всегда вместе были. А Шура сказала, что не простит Алексея никогда. Что как любила его всем сердцем, так и отпустит.

А вы видели, как мужчины плачут? А Алексей тогда плакал. Говорил, что какая-то сила его в том доме держала. А я ему верю и сейчас. Ведь…

Дед Архип перестал вести свой рассказ. Мила подскочила к печке, куда он прилег после ужина, и давай ему вопросы задавать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.