Кристина Кардо – Провинциалка для мажора (страница 2)

Я замерла в стороне, уставившись на альфача.

О существовании Стасика с дружками и вовсе забыла. Все внимание сосредоточилось на белой жидкости, плавно стекающей по лицу и мощной шее парня.

Он даже глазом не моргнул, просто медленно поднес руку к своему подбородку, стряхнул молоко.

Так же неторопливо растрепал волосы и приподнял уголок губы в зверином оскале.

Мое сердце резко оборвало бег и провалилось куда-то вниз.

— Конец тебе, очкарик.

Глава 2

«Конец. Тебе. Очкарик» — прогремело эхом в моем сознании.

Вот же… черт! Черт!

Глаза альфача сверкнули опасным блеском и меня словно током ударило.

Мой взгляд сфокусировался на его руке, которую он поднял. Точнее на вздувшихся мышцах.

Я щемонулась вперед. Ноги обожгло крапивой. Боже…стиснула зубы и на глазах навернулись слезы. Вся кожа будет в волдырях.

В спину ударили громкие смешки. Самый отвратительный смех конечно исходил от рыжего Стасика.

А еще спину припекло от обжигающего взгляда. Острого как раскаленная бритва. В том, что взгляд принадлежал именно ему — даже не сомневалась.

Убегая, я умудрилась уронить бидон, разлив немногочисленные остатки молока. Бабушка меня точно убьет!

Чертов бидон, гремя железом об камни, откатился. Я вприпрыжку кинулась за ним, догонять. Подхватила и понеслась дальше.

Казалось, сердце сейчас разорвет грудную клетку. От быстрого бега дыхание сорвалось, легкие болели. Ноги саднило после крапивы. Чувствовала, как горит и распухает кожа… полный кошмар.

Остановилась только когда оказалась у калитки.

Вдох. Выдох.

Первым делом попыталась успокоить нервную систему, перевести дыхание и только затем, придерживая петли, чтобы они не скрипели, открыла калитку.

Заметила бабулю…ее пестрая косынка мелькнула у грядок в огороде.

Уже все не так плохо.

Проскочив в дом, скинула платье и переоделась в джинсы и майку, скрывая следы крапивных ожогов.

Заскулила, когда твердая ткань джинсов теранула ноги. Мысленно прокляла чертового понаехавшего и Стасика с его бандой.

— Ненавижу! — на эмоциях ударила по подушке.

— Это что еще за истерика?! — голос бабули прозвучал прямо за спиной.

От неожиданности подпрыгнула на месте. Обернулась.

— Бабушка….

Всегда по доброму серьезное лицо бабули исказило недоумение.

— Молока принесла?

— Эм…, — я покосилась на пустой бидон не столе. Замялась, соображая, как объяснить сложившуюся ситуацию. — Бабуль, понимаешь…тут такое….

Только бабулю было уже не остановить, она зашагала к бидону, разводя руками:

— Что ж ты его на столе-то оставила? Молоко скиснет! Жарко сегодня, — воскликнула, качая головой. — Так, а крышка где…

Бабуля осеклась.

Ну все…началось.

— Что-то я не пойму, где молоко?

Момент истины. Врать не люблю. Можно сказать — ненавижу. Но рассказать бабушке о моих приключениях — еще хуже. Она же пойдет ругаться со Стасиком. Давление подскочит. Одни проблемы.

Нет!

— Бабуль, произошел инцидент.

— А?

— Споткнулась и упала, — быстро выпалила и зажмурилась, ожидая бурю и гром.

— Упала и споткнулась?

— Ага.

Минута напряженного молчания. В этот момент снова загудел наш старый холодильник еще советских времен.

— Ох, — бабуля тяжело вздохнула. Мне показалось, что она уже оттаяла и я позволила себе открыть один глаз.

Сердитая, но не критично. Буря и гром — отменяются.

— Сколько раз говорила тебе, что под ноги смотреть надо.

— Много, — кивнула на автомате.

— Теперь без молока будем.

— Я переживу, но если надо, могу еще раз прогуляться до Клавдии.

— Вечерний надой — не то. Молоко не такое жирное, — проворчала бабушка, двинувшись в сторону кухни.

Оттуда загремели тарелки и снова послышался голос бабули.

— Кушать иди!

Я выдохнула, почесала ногу и поплелась к столу, на котором уже стояла кастрюлька с варенной картошкой и овощной салат с квашеной капустой.

От кастрюльки вился пар с запахом масла и петрушки.

Бабуля продолжала бурчать по поводу молока и моей неаккуратности. Но в целом, все прошло вроде неплохо.

— Бабуль, ну хочешь, я дойду до Клавдии? — виновато посмотрела на нее.

Бабушка снова что-то пробурчала себе под нос и плюхнулась на стул.

Первая часть обеда проходила в напряженном режиме. Я ковырялась вилкой в картошке, зачем-то еще добавила масла и постоянно поглядывала на бабулю.

Она больше не бурчала. Нажала на кнопку пульта и комната заполнилась болтовней героев из какой-то романтической мелодрамы.

Чуть позже, когда бабушка опустошила свою тарелку, она убавила звук и поделилась последними деревенскими новостями.

Большую часть из них я слушала в пол уха, была в своих мыслях. Да и пострадавшая кожа на ногах давала о себе знать. Чесалась и горела.

Бабушка говорила и говорила. Пока на меня не обрушилось:

— Приехал из столицы…говорят, в наказание его губернатор к нам отправил. Лучше бы в колхоз тогда парня определили, раз перевоспитывать решили. Только наш председатель как узнала, сразу давай все условия парню организовывать. Маня же раньше молчала, что у нее такой внук, а председатель узнал. Вот теперь вся деревня знает.

— Что-что? — я не просто мгновенно включилась в слова бабушки. Да меня словно молния поразила, вызвав онемение конечностей.