Кристина Кальчук – Подари мне свой дар (страница 31)

Она говорила, а я утихала с каждым ее словом все больше и больше, в какой–то момент мне даже стало немного стыдно за все произошедшее.

– Завтра уже наконец–то открытие, потерпи ещё немного, в скором времени ты все узнаёшь. Прошу вас, не ругайтесь! Тем более я после открытия сразу возвращаюсь домой.

Ну вот, после этих слов мне и вовсе стало неловко. Наш пинг–понг под названием перепалки ‒ дело уже привычное. Конечно, если он не шутил по поводу росписи, то это точно полный перебор.

– Так и быть, совсем невозможно злиться на вашу семью, завораживаете на месте, – констатировала я очевидный факт.

– Лучше давайте вы мне тут все покажете, – оглядывалась вокруг она, – то, что я вижу, не может не радовать глаза. Очень необыкновенно получилось, внутри роскошная обстановка, шикарный интерьер. И такой длинной люстры, кстати, мне не доводилось видеть никогда, – выражала она своё изумление с поднятой головой, окинув незаметным взглядом Марка, который направился на второй этаж. Предположительно, он спешил скрыться у себя в кабинете.

– Да, ее длина составляет десять метров, изготовлена известным итальянским дизайнером, – немного с разочарованием в голосе посвящала я в детали Софию. – Завтра, кстати, он также будет присутствовать на открытии, – я говорила, лишь бы что–то сказать, мои мысли были совсем в другом направлении. Как же сложно бывает с Марком. Порой он такой нежный, заботливый, и вдруг ни с того ни с сего ‒ бум, и все вспыхнуло диким пламенем!

– А на втором этаже у вас что расположено? – вырвала меня из задумчивости София.

– Второй этаж обустроен под мастерскую, точнее ‒ лабораторию по изготовлению ювелирных украшений и огранки брильянтов. Также там находится кабинет Марка.

– Сара, не переживай ты так, я уверена, что узнав обо всем, тебе будет намного легче понять его действия, – София пыталась меня подбодрить, и я ей за это была очень даже благодарна. Ее забота оказалась очень кстати, я и не думала, что так нуждаюсь в совете мудрой женщины. Находясь подле неё, все страхи и волнения с лёгкостью отпускали меня, а добрый и пронизывающий взгляд наполнял теплом и любовью.

– Да, неплохо было бы уже разобраться во всем, – смиренно ответила я.

– Не пойми меня неправильно, но я спросить хочу: ты уверена в своём выборе?! Поверь, в данный момент я забочусь о тебе, этот вопрос не относится к Марку. Он ведь предупредил тебя, что у посвящения в тайну есть свои жертвы?! – в очередной раз она мягко посмотрела в мои глаза.

– Да, что–то там говорил, что я больше себе не смогу принадлежать! Но учитывая тот факт, что себе он очень даже принадлежит, для меня это какой–то абсурд!

– Может и абсурд, но кое в чем он прав, – ещё больше запутала она меня своим ответом.

Я ведь действительно думала, что это всего лишь его вредность, и слова его ничего не значат. С нашими перепалками не поймёшь, где правда, а где перебор эмоций.

– Хочешь подняться наверх? – решила я сменить тему разговора. – Туда так просто не войти, наверху приставленная охрана и бронированная дверь со сканированием лица. Так что доступ туда имеют только мастера, я, ну и Марк, конечно.

– А пошли, – махнула она рукой, – посмотрим, чем там Марк занят.

Мы поднялись по величественным широким ступенькам. Сразу перед нами был вход в застекленную большую комнату с множеством мониторов, на которых виднелись все уголки ювелирного салона. За компьютером сидели четыре здоровенные охранники, внимательно следя за всеми передвижениями персонала.

Не задерживаясь, мы подошли к двум дверям: одна вела в мастерскую, другая ‒ в кабинет Марка.

– Мисс Сара, извините, можно поинтересоваться, кого вы собираетесь провести с собой? – спросил охранник.

– Простите, совсем не подумала, – развернувшись, я движением руки указала на Софию. – Это мать Марка, – я немного запнулась, не зная как представить ее. Можно было бы фамилией Марка, хотя если она приёмная мать, то фамилия у неё точно другая.

– София. Обращайтесь ко мне по имени, – будто поняв мое затруднение, сказала она.

– Извините, вы же понимаете, это моя обязанность, – без каких–либо эмоций произнёс он, – можете проходить.

– Само собой разумеется, все в порядке, – не задерживаясь более, я подошла к панели сканирования лица.

После процедуры послышался характерный щелчок, открывавший тяжеленную дверь.

– Пойдём, София, нам направо, та дверь ведёт в мастерскую.

Марк сидел за огромным письменным столом из красного дерева. Его кабинет был обставлен в темно–бордовых цветах, и только некоторые детали имели черный оттенок. Вся имеющаяся мебель была из темно–красного дерева, справа от стола находился высокий книжный стеллаж, заставленный разными папками с документами и парой книг. Слева в углу ‒ огромный старинный двустворчатый сейф в человеческий рост и метра два в ширину. Пара чёрных кожаных кресел для посетителей и массивное классическое кожаное кресло руководителя с деревянными вставками в идентичном оттенке.

– Можно? – постучалась я перед тем, как войти.

– Проходите, я почти уже закончил, – не поднимая головы от документов, проговорил Марк. – Ну что, дамы, к завтрашнему вечеру у нас всё готово, можно спокойно ехать в ресторан, – отложив в сторону бумаги, он поднял на нас взгляд и тут же продолжил:

– Может быть, вы желаете переодеться?

– Действительно. София, заедем сначала домой? – обратилась я к ней.

– Да нет, ребята, не переживайте, сколько там того полёта то было?! Не будем терять времени, хотелось бы сделать небольшой круг, посмотреть столицу, по крайней мере, из окна машины.

– Тогда решено, немного прокатимся, заедем на аперитив, ну и потом в ресторан.

Выйдя из–за стола, Марк протянул мне папку.

– Сара, будь добра, положи эти бумаги в сейф.

– Конечно, но как его открыть то?! – вопросительно посмотрела я на него.

– Он открыт, сейф старинный, я его только приобрёл, необходимы кое–какие модификации, так что пока он служит шкафчиком, – ответил он с некой беспечностью.

– Так, может, тогда не стоит оставлять документы в нерабочем сейфе?! – засомневалась я в правильности его решения.

– Мало ли?!

– Нет никакой надобности, в этот кабинет могут войти только два человека. Ты да я! Система, оборудованная на двери, ‒ одна из новейших, и так просто сюда не попасть, разве что тебя клонировать! – улыбался вовсю Марк.

Ну что тут скажешь, его перемена настроения уж точно сбоя не давала.

– И поверь мне, – продолжил он невзначай, – две Сары для меня ‒ это чересчур много, мои нервы просто не выдержать, ‒ лукаво блеснул он глазами.

– Будет лучше, если я промолчу, – с лёгким недовольством в голосе ответила я ему, пытаясь выдавить из себя что–то наподобие улыбки.

– Тогда вперёд, – подошёл он впритык, – миледи, вы позволите? – подставил он свой локоть, как истинный джентльмен, не забывая при этом наградить меня соблазнительной улыбкой.

– София, пойдёмте, вечерний Амстердам завораживает, – напрочь игнорируя подставленный локоть Марка, я двинулась вперёд.

Он ни капельки этому не удивился, и с насмешкой изогнув свою чёрную бровь, жестом руки пропустил нас вперёд.

Вечерний город действительно был очень красив. Несмотря на довольно–таки упавшую температуру воздуха, по улицам сновали прохожие, наслаждаясь огнями города. По всей длине улицы, от фонаря к фонарю, были развешаны гирлянды. Витрины магазинов также были украшены, зазывая прохожих туристов посетить сувенирные лавки.

Кутаясь в кашемировое пальто, я с наслаждением вдохнула прохладный воздух, который безжалостно обжигал открытые части тела. Того гляди и снег пойдёт, украшая улицы к новому году белым покрывалом.

– О чем задумалась? – взяв меня за руку и поцеловав в центр замёрзшей ладошки, спросил Марк.

– О снеге, – тепло улыбнулась в ответ на его поцелуй, – здорово было бы, если к праздникам город накроет белое покрывало. Знаешь, я на юге Италии живу, неподалёку от моря. Увидеть там снег в зимнее время года можно разве что на вулкане «Везувий», и то только на верхушке. Город, укрытый снегом, мне доводилось видеть только дважды, но он не продержался и двух дней. Яркое солнышко и морской воздух достаточно быстро с ним расправляются. Мы стояли на тротуаре подле одного небольшого сувенирного магазинчика, куда скрылась София, завидев что–то интересное на витрине.

– Волнуешься, – не спрашивая, а скорее утверждая, проговорил он, – не стоит, увидишь, все будут без ума от тебя! – развернув меня лицом к себе, он легонечко притянул меня, видимо, опасаясь, что я его оттолкну после нашей ссоры.

Как бы там ни было, в ночь перед самым грандиозным для меня днём не хотелось ругаться. Все–таки я долго готовилась, и было проделано такое непомерное количество работы. Так что портить своё настроение на праздник ‒ не лучшее решение, а после ещё пободаемся.

– Честно признаться, что подумают обо мне, ‒ меня вообще не волнует. А вот совместно проделанный нами труд очень хочется, чтобы оценили.

Приблизившись к нему, я позволила себя обнять, нагло зарываясь у него на груди и вдыхая терпкий мужской аромат. Его близость меня опьяняла, этот запах хотелось чувствовать при каждом вдохе. Незаметно для себя я приподняла немного голову, и,закрыв глаза, чувственно начала вдыхать запах парфюма, что так гармонично переплетался с его мужскими нотками тела. Игра воображения пленила мой разум, инстинктивно я прижалась ещё ближе, приоткрыв губы. Я проводила ими медленно вверх по шее, согревая ее своим дыханием.