Кристина Генри – Потерянный мальчишка (страница 26)

– Но иногда, как сегодня, Битва – это не тренировка, – сказал Сэл. – Сегодня это реальный бой.

– Да, – согласился я. – Хотя правила все равно остаются. Нельзя брать режущее оружие – только камни, палки или то, что сделал сам, например, рогатку.

– Ну да: явно лучше забить друг друга камнями, а не заколоть, как цивилизованным людям, – проворчал Сэл, отводя взгляд.

– Ты не боишься, часом? – спросил я, пытаясь увидеть его лицо. – Потому что я никогда еще не проигрывал Битвы и не собираюсь начинать сегодня.

– Там были шуточные Битвы, – возразил Сэл, явно злясь.

Я это услышал.

– Не все, – сказал я.

Тут он бросил на меня пристальный взгляд:

– Это для тебя не первая Битва на смерть?

– Я здесь уже очень-очень давно, Сэл, – сказал я, и почувствовал, как при этом по мне прокатились все эти годы.

И я снова ощутил тянущее чувство в ногах – такое, которого не ощущал с того дня, как Питер обещал, что больше не станет приводить мальчишек.

– Сколько? – спросил Сэл.

Я пожал плечами.

– Сто пятьдесят сезонов, а может и больше. Я толком не помню.

– А Другое Место ты не помнишь?

– Сейчас оно выглядит совсем не таким, каким было, когда я там жил. Каждый раз, как я возвращаюсь туда с Питером, оно другое. А Кивок и Туман появились здесь, уже когда прошло много сезонов.

Сэл снова пристально на меня посмотрел. От этих его взглядов у меня все внутри перекручивалось. Как будто он меня жалел.

– Ты очень старый, Джейми! – заметил Чарли, и сказал он это так серьезно, что я засмеялся.

И Сэма он тоже насмешил. Наш смех разнесся в ночи и словно приблизил рассвет – как будто солнцу захотелось услышать, как Сэл смеется.

Когда мы добрались до крутого склона, Чарли стало трудно. В некоторых местах тропинки вообще не было, так что нам приходилось карабкаться, цепляясь руками за выступы. Ноги и руки у Чарли были слишком коротенькие, и к тому же он боялся свалиться.

Мы с Сэлом по очереди несли его через эти места на спине. Сэлу это было намного тяжелее: он хоть и был почти одного со мной роста, но гораздо худее и жизнь на острове не успела его закалить, но все-таки он отказывался позволить мне нести Чарли одному.

– Тебе надо беречь силы для Битвы, – сказал он.

Я не стал говорить ему, что, наверное, мог бы держать Чарли на спине и во время всей Битвы, и все равно победил бы Щипка. Мне показалось, что Сэла мои успехи в Битвах не впечатлили.

А вот для Чарли мое сообщение о неизменном чемпионстве стало окончательным доказательством того, что я лучший в мире мальчишка – в чем он уже и без того был почти уверен.

По-моему, именно поэтому-то Питер так сильно его и не любил. Дело было не просто в том, что Чарли отнимал меня у Питера. Дело было в том, что Чарли предпочел меня Питеру. Питер привык, что все мальчишки считают его самым лучшим, самым удивительным мальчишкой на всем свете.

Несмотря на необходимость нести Чарли, мы не отставали от остальных и добрались до места Битвы к середине утра. Питеру и хотелось бы поворчать на то, что мы тащили малыша на закорках, но поскольку мы не отстали, то ему оставалось только хмуро смотреть на Чарли. Арена для Битвы лежала сразу за маленьким горным лугом, поросшим мелкими белыми цветочками, качавшимися на ветру. Хотя эта часть хребта была более скалистой, чем его северная оконечность, пятна зелени и тут попадались. Узенький ручей с холодной водой бежал вдоль края луга, а потом срывался вниз с камней на дальней его стороне, направляясь к крокодильему пруду, а потом к морю.

Мы попали на луг после сложного подъема по отрезку тропы, которая вилась по склону горы. Чтобы попасть на место Битвы, мы пересекли луг, направляясь точно на восток. Впадина в камне была прямо там – дыра, уходившая вниз между лугом и неровной скальной стеной, поднимавшейся по другую сторону. Земляная тропа шла от луга к впадине, а с четвертой стороны открывался вид на остальные горы – и отвесный обрыв, поджидающий неосторожных.

Камень места Битвы был гладким и белым, с серыми прожилками – и этот камень отличался от остальных гор. Отчасти поэтому Питер объявил его особенным и важным.

Сколько бы раз мы тут ни сражались и сколько бы крови ни проливалось, камень оставался белым и гладким.

Казалось, будто остров глотает кровь и выталкивает ее обратно в виде волшебства – волшебства, которое оставляло нас вечными мальчишками. Это была странная идея – но не менее странная, чем уверенность пиратов в том, что мы пьем из какого-то волшебного источника вечной юности.

Кивок, Туман, Грач, Эд и Кит пробежали через луг прямо во впадину, а там принялись с криками прыгать по кругу. Кивок с Туманом тут же налетели друг на друга, и в следующий миг их кулаки уже были там, где всегда: в лицах друг у друга. Грач не смог остаться в стороне. Он прыгнул Туману на спину, и скоро все трое уже занимались тем, что у них лучше всего получалось. Кит и Эд бегали вокруг этой троицы и подначивали всех.

– Казалось бы, это ужасно утомительно, – прошептал мне Сэл, – вот так драться все время.

– Как это ни странно, им это только прибавляет сил, – отозвался я.

Питер устроился в самом центре обода, чтобы лучше видеть происходящее. Питер всегда судил Битвы: он никогда в них не участвовал.

Я устроил Сэла и Чарли чуть в стороне от Питера, в той части арены, где была скальная стена. Слишком уже легко было бы сбросить их обоих с обрыва, если кому-нибудь (вроде Щипка или Питера, как я подумал) вздумается такое устроить.

Я вытащил саблю Дела из заплечного мешка и вручил ее Сэлу. Он взял ее с явной неохотой. Чарли смотрел на это не без зависти. Ему нравилось учиться сражаться саблей – гораздо больше, чем Сэлу.

– Зачем она мне? – спросил Сэл.

– Чтобы вы были в безопасности, – ответил я. – Вы с Чарли.

– Это не понадобится, – возразил он, – потому что ты ведь победишь, так?

– Джейми всегда побеждает, – подхватил Чарли.

– Но если нет, – сказал я, – то защищайся.

Тут я наклонился и прошептал Сэлу на ухо то, о чем раньше не позволял себе думать.

– Если Щипок меня убьет, вам с Чарли тут не жить. Питер найдет способ избавиться от вас обоих. Идите как можно быстрее к двери в Другое Место и возвращайтесь, понял?

Сэл потрясенно посмотрел на меня.

– Я… не знаю, смогу ли найти путь обратно. Мы пришли сюда ночью. Я не запомнил дорогу.

– Тогда идите к пиратам, – сказал я.

– К пиратам? – ужаснулся Сэл. – После того, что они сделали с остальными?

– С пиратами вам будет безопаснее, чем здесь со Щипком, если он выживет.

Я был вовсе в этом не уверен. Я просто надеялся. Если Чарли и Сэл останутся с Питером и Щипком, они умрут. Если они уйдут к пиратам, то могут и выжить. Это – единственное, что я могу им дать, если не выстою.

Глава 11

Тут Питер встал и хлопнул в ладоши – и дикая беготня и валянье мальчишек в центре прекратились.

– Пора начать Битву. Бойцы, принесите сюда свое оружие для осмотра.

Щипок остался на тропе позади Питера, в том месте, где луг откосом шел к арене. Мне показалось, что он передумал биться: он то и дело оглядывался назад, словно прикидывал, как быстро сможет убежать.

Когда Питер нас позвал, он двинулся – как мне показалось, с неохотой – к арене, чтобы ко мне присоединиться. Остальные пятеро устроились между Питером и Сэлом с Чарли. Чарли возбужденно болтал ногами. Сэл сжимал ножны и не мог скрыть тревоги.

Я вынул из мешка рогатку и камни и положил их на скамью, чтобы Питер их осмотрел. Он внимательно проверил каждый предмет, словно искал спрятанное внутри сокровище, а потом взял мой мешок и вывернул наизнанку, убеждаясь в том, что я ничего не припрятал.

– Кинжал оставь здесь, – потребовал Питер.

Я снял его с пояса и положил на сиденье, а потом снова уложил в мешок камни и рогатку.

– Эй, а почему он оставляет кинжал? – спросил Щипок.

– Потому что мы не используем в Битве режущее оружие, – ответил Питер.

– Никто мне не сказал! – заорал Щипок. – Я взял только проклятущее режущее оружие!

Он вывернул свой мешок – и оттуда со стуком посыпались ножи и топоры.

– И ты говоришь, что я не могу использовать все это против него? Кажется, была объявлена Битва до смерти!

– Так и есть, но у нас есть правила насчет того, как вам разрешается убивать друг друга, – сказал Питер и хитро покосился на Щипка. – У тебя было тридцать ночевок, чтобы спросить любого из нас про правила. Почему не спросил?

Лицо Щипка пошло красными пятнами, как будто он вот-вот взорвется.

Я всмотрелся в груду металла, которую вывалил Щипок.