Кристина Генри – Кость от костей (страница 49)

– Точно, – ответила она и еще сильнее зарыдала.

– Тебе необязательно со мной соглашаться, – нахмурился Си Пи. – Слушай, помоги снять рюкзак, а? Я как черепаха, перевернувшаяся вверх брюхом.

Мэтти вытерла варежками лицо и помогла ему ослабить ремешок на правой руке. Он оттолкнулся и освободил левую руку, сбросив рюкзак на снег. Мэтти увидела место на плече, куда попала пуля: кровь промочила куртку, а из дыры торчал пух.

Си Пи проследил за ее взглядом и произнес:

– Похоже, ничего страшного. Не буду притворяться, что мне совсем не больно, это глупо, но, кажется, выстрел не задел важные органы. Целился-то мужик в сердце, это ясно, и если бы попал из этого слоновьего ружья, то меня бы разорвало на кусочки. Но из-за глаза у него, видимо, прицел сбился. И пуховик меня спас: я в нем кажусь намного шире, чем на самом деле. Думаю, пуля просто царапнула меня по плечу, но я не хочу снимать куртку и осматривать рану сейчас.

– А надо бы ее забинтовать, – сказала Мэтти.

– Нет, что нам надо, так это убираться отсюда скорее, пока еще какая-нибудь чертовщина не случилась, – возразил он. – Мужик мертв, но чудище-то по-прежнему бродит в лесу. И если ты права и оно выбирает раненых… тогда как раненый предлагаю смыться с его территории как можно скорее. Плохо то, что с раненым плечом я не смогу нести рюкзак, а для тебя он слишком тяжелый.

– Неважно, – ответила Мэтти. – Палатка нам не понадобится. Мы не будем спать. Будем идти, пока не придем в безопасное место.

– Ладно, – согласился Си Пи. – Я за. Но давай положим фотоаппарат Гриффина и его блокнот в твой рюкзак с припасами, ладно? Я очень хочу их забрать.

Они переложили фотоаппарат и блокнот в рюкзак Мэтти. Тот потяжелел, но не сильно. Си Пи предложил понести его, но она покачала головой.

– Я справлюсь, а тебе нельзя нагружать плечо.

Потом Мэтти вспомнила, что, когда Уильям повалился вперед, он выронил винтовку.

– Винтовка! – воскликнула она и подбежала к краю обрыва.

Ружье не упало за Уильямом, как она боялась. Мэтти подняла его. Оружие было тяжелым, и Мэтти не знала, заряжено ли оно, но, если в нем были патроны, его определенно стоило взять с собой.

Мэтти отнесла винтовку Си Пи, и тот проверил, остались ли патроны.

– Похоже, осталось штук десять. В карманах у него наверняка были еще, но спускаться вниз и проверять мы не станем. Ключи у тебя? – спросил он.

Мэтти нащупала нитку на шее, достала кольцо с ключами и показала ему.

– Черт, надеюсь, мы найдем его машину, – сказал Си Пи. – Никогда мне еще не было так лень идти пешком.

– Надо вернуться к ручью, – проговорила Мэтти. – Это совсем близко, а там мы будем точно знать, что идем в нужную сторону. И деревьев там нет.

Си Пи с опаской взглянул на нависшие над ними ветви деревьев.

– Точно. Но дорога туда идет через лес.

Мэтти об этом думала и понимала, что зверь мог перейти ручей и снова напасть на их след. Она прислушалась и уловила птичьи трели.

– Его здесь нет, – пробормотала она. – Слышишь птиц? Пойдем скорее.

Они забрались наверх по валунам и углубились в лес. Си Пи шел очень медленно.

– Это просто царапина, – сказал он, – но болит жуть. Никогда больше не поверю тому, что показывают в кино.

– Что ты имеешь в виду?

– В кино в героев вечно стреляют, но ранения оказываются не смертельными. И они такие: да это царапина, а потом целый час носятся по экрану и задают жару плохим парням, как будто у них вообще не было кровопотери. Так вот, даже от такой маленькой царапины хочется сесть и сидеть час, а еще я бы съел два сэндвича с фрикадельками и выпил пивка. Необязательно в таком порядке.

Мэтти не знала, что такое сэндвич с фрикадельками, но понимала, почему Си Пи хотелось присесть. После схватки с Уильямом и победы адреналин схлынул, и она поняла, что совершенно выбилась из сил; казалось, она могла закрыть глаза и уснуть стоя.

Глаза слипались, и Мэтти вдруг осознала, что засыпает на ходу. Она и не думала, что такое возможно.

– Не засыпай, – сказала она.

– Пытаюсь, – откликнулся Си Пи.

– Да я не тебе говорю, а себе. У меня глаза закрываются.

– У меня тоже, – вздохнул Си Пи. – А что, если остановиться и поспать? Всего минутку.

– Никаких минуток, – отрезала Мэтти. – Надо идти. Еще будет время поспать.

Они шли медленнее, чем раньше, но все равно достаточно быстро вернулись к ручью. На опушке Мэтти ощутила прилив облегчения. Зверю там было прятаться негде. И если он решил бы явиться, они бы сразу его заметили.

А потом Си Пи завопил:

– Нет! Бога ради, нет!

И она увидела, почему он кричал.

На противоположном берегу ручья Джен свисала с дерева на своих внутренностях; выскобленное туловище зияло пустотой, как полая глазница.

– Не смотри, – сказала Мэтти, хотя сама не могла не смотреть в ту сторону, а голос ее словно отделился от тела. – Не смотри. Ты ничем не можешь ей помочь. Не смотри. Пойдем, Си Пи, давай, уходим.

Она потянула его за руку, как малыша. Он выронил ружье.

– Винтовка, – сказала она. – Возьми винтовку.

– Какой от нее прок? – безжизненно произнес Си Пи. – У того мужика была винтовка. Он стрелял в зверя. Мы же слышали выстрелы. Но зверь не умер.

– А нам и не надо его убивать, – заявила Мэтти и сама подняла винтовку и вложила ему в руки. – Надо просто отпугнуть его, чтобы он нас не убил.

– Это нечестно, – пробормотал Си Пи. – Мы будем жить, а они нет.

– Да, – ответила Мэтти, – это нечестно. Пойдем. Подумаешь об этом потом. Шагай. Давай же. Вперед.

Так они шли некоторое время – Мэтти уговаривала Си Пи сделать шаг, а тот брел вперед как сомнамбула. Она же прислушивалась к звукам, помимо журчания воды: щебечут ли птицы? Она должна была следить, чтобы не стало слишком тихо.

Как и говорил Си Пи, вскоре русло ручья повернуло на юго-восток. Мэтти пока не слышала реку, но надеялась скоро услышать. От реки оставалось совсем недалеко до подножия горы, до города, где не водились чудища.

Но Уильям тоже был из города, и ты сама оттуда. Твое чудище влезло в дом через окно спальни.

Нет, она не станет больше думать об Уильяме. Не допустит, чтобы его призрак преследовал ее и в новой жизни.

Тишина наступила внезапно; ветер налетел, а потом все стихло.

Зачем это зверю? Мы уходим, удаляемся от его пещеры, мы не ослаблены, не ранены, как Гриффин или Джен. Зачем ему охотиться на нас?

– Не останавливайся, – вполголоса произнесла Мэтти. – Он здесь.

Си Пи взглянул на нее, но в глазах его была пустота. Он витал где-то далеко, там, где его друзья были живы и счастливы, а не свисали с деревьев в лесу.

– Кто здесь?

– Зверь. Он близко. Лес затих.

Си Пи встрепенулся и огляделся.

– Я ничего не вижу.

– Ты его и не увидишь. Держись ближе к воде и дальше от деревьев. Если он захочет нас поймать, придется ему выйти и показаться.

– А я не хочу, чтобы он показывался. Вот уж не думал, что это скажу, учитывая, зачем мы сюда вообще притащились, но я уже не хочу его видеть, – сказал Си Пи и крепче сжал винтовку.

Треснули ветки; зверь приближался.

– Он близко, – проговорил Си Пи.

– Знаю.

– Думаю, нам надо бежать.

Зверь взревел, и звук огласил лес вокруг, оглушил их и завибрировал в голове. Мэтти не могла бежать. Она не могла даже идти. От этого рева подкосились колени, задрожали руки, а из легких словно выпустили весь воздух.