Кристина Генри – Девушка в красном (страница 41)

Она решила уточнить маршрут и достала из рюкзака карту.

– Что вы делаете? – поинтересовался Сируа.

Краш лишь окинула его презрительным взглядом, не снизойдя до ответа на столь дурацкий вопрос.

– Ладно. Глупость сморозил, – признал он. Потом переспросил: – Вы думаете, лейтенант остался за той дверью?

– Да, – ответила она, складывая карту. – Не хотите ли сообщить, что там с ним рядом?

Сируа будто язык проглотил.

– Ладно, подавитесь своими секретными сведениями. И нечего за мной таскаться, – заявила Краш.

Она нажала на ручку и чуть приоткрыла дверь, чтобы выглянуть через щель наружу.

Кроме заднего двора, ничего видно не было. Ядовитый вонючий дым шибанул в нос с новой силой, хотя горело с другой стороны, на главной улице. Она приоткрыла дверь чуть пошире, чтобы оглядеться в обе стороны.

Справа виднелась окраина города и пара брошенных машин, а слева, на юге, откуда они с Адамом пришли (не думай про Адама), примерно в двадцати-тридцати футах, стояли двое солдат с винтовками наперевес, выглядывая в просвет между домами. Настоящие они или ряженые, разобрать не удалось, да и какая разница, ведь и те и другие вооружены и могут запросто пристрелить, как только заметят.

Делать нечего, придется рискнуть, пока их всего двое, а то глядишь, через минуту набежит двадцать или тридцать.

Шквальный огонь понемногу стих до одиночных выстрелов – то ли временное затишье, то ли кто-то одержал верх, да и какая разница. Пусть хоть перестреляют друг друга.

Она поправила лямки рюкзака, убедившись, что не соскользнут, и тщательно затянула шнурки. Не хватало еще нос расквасить из-за такой глупости, как развязанный шнурок. Потом глубоко вздохнула – при всей банальности этого действия перед тем, как сломя голову рвануть вверх по склону, да еще уворачиваясь от пуль, провентилировать легкие совсем не помешает.

И тут Сируа схватил ее за плечо и втащил внутрь. Дверь захлопнулась с жутким грохотом.

– Какого чёрта? – заорала она, сбрасывая его руку. – Сируа, какого хрена вы творите? Сказала же – отвалите. Идиот чёртов, я уже собиралась уходить, а вы их небось приманили.

– Вы там не пройдете. Пристрелят, – ответил он, мельком взглянув на ее протез.

– Ах вот в чём всё дело, – вскипела Краш, готовая взорваться от бешенства. – По-вашему, я Убогая Калека.

– Нет, – запротестовал Сируа, но отвел глаза.

– Да, – возразила она, и ткнула его в грудь. – Я совершенно не нуждаюсь ни в чьей помощи, так что можете быть свободны. И не мешайтесь под ногами. Я ухожу. Если те парни сейчас окажутся за дверью, это будет целиком на вашей совести – не начали бы руки распускать, дверь бы так не загремела.

Краш сняла топор с пояса и взяла его в правую руку. Если солдаты караулят снаружи, то их ждет сюрприз.

«Хоть бы не пригодился», – думала она. При мысли об Адаме (не думай про Адама) и той луже крови вокруг трудно было даже представить, как можно ударить топором человека. Но она сумеет. Если уж придется.

Только бы уйти. Разборки между военными и вестниками апокалипсиса ее не касаются. Она оглянулась и махнула рукой наблюдавшему за ней Сируа:

– Уходите. Как-нибудь без вас обойдусь.

– Я вас провожу и прикрою, – заупрямился тот, поджав губы.

– Ладно, – сдалась она. – Как хотите, только не мешайте.

– Вообще-то, – предложил он, – будет лучше, если я пойду первым.

Краш шумно засопела и закатила глаза к потолку.

– Господи, дай мне силы, – взмолилась она и шагнула в сторону, уступая дорогу с театральным поклоном. – Прошу.

– По моему сигналу, – скомандовал Сируа, выхватывая оружие.

– Само собой, – сказала она.

Он рванул наружу точь-в-точь как полицейский в сериале, размахивая стволом из стороны в сторону такими отточенными движениями, что она чуть не захлопала в ладоши.

Краш заковыляла следом. За таким здоровяком запросто можно было спрятаться как за настоящим щитом. За его спиной ее было не видно никому.

Топор до сих пор оставался в руке, но, судя по всему, не пригодится. Те двое уже скрылись за углом.

– Вперед! – скомандовал он, взмахнув рукой в сторону склона.

– Я пошла, – ответила она.

Она едва сделала пару шагов, как Сируа окликнул ее.

– Краш.

– Матерь Божья, – простонала она, закатывая глаза, и обернулась. – Ну что еще?

– Помните, вы сказали, что Кашель может быть создан в лаборатории?

– И что?

– В общем… – нерешительно начал он. – Насчет Кашля не уверен, а эти… ну, паразиты, и правда оттуда.

Она вопросительно подняла брови.

– И?

– Больше ничего сказать не могу. Только посоветовать – держитесь от них подальше.

– Да я уже сама догадалась, – заметила Краш и продолжила взбираться по склону.

На полпути она остановилась и посмотрела через плечо. Сируа стоял спиной к холму, не спуская глаз с переулка, проходящего за домами. Из-за угла здания выскочил солдат с винтовкой, но, видимо, не из своих, и Сируа его застрелил.

С этого места поверх крыш домов уже виднелся центр городка. С главной улицы перед магазином столбом валил черный дым (что они натворили? Подбили из гранатомёта грузовик?), а рядом друг напротив друга виднелись наспех сооруженные баррикады из машин.

Она решительно отвернулась, потому что не хотела в это вникать. Не хотела еще раз попасться. Не хотела ввязываться в бессмысленные разборки тех, кто решил похозяйничать в этом новом мире.

Добравшись до хребта, она никак не могла отделаться от навязчивого ощущения, словно забыла что-то важное. Потом вспомнила о своем обещании маме не расставаться с Адамом.

Краш с Адамом должны были держаться вместе. Но теперь Адама больше нет, и Краш осталась одна-одинешенька, а перед ней долгий путь в этом мире, кишащем волками.

Глава четырнадцатая

Дурной скиталец[20]

– Не уходи, не надо, – попросила Сэм.

– Самой неохота, – ответила Краш.

Она очень долго взвешивала все за и против, но не видела другого выхода. Кому-то надо выяснить, где у этих людей база и размеры подконтрольной им территории. О том, чтобы брать с собой кого-то из детей, и речи быть не могло, поэтому Краш пришлось отправляться в одиночку и оставить ребятишек на Ди-Джея.

«Если со мной что-нибудь случится, они по крайней мере будут сыты, в тепле и безопасности».

Только душа всё равно была не на месте, ведь оставить Сэм и Райли означало нарушить правило «Не Разлучаться», а до сих пор каждое его нарушение кончалось потерями. К тому же соваться в лагерь вооруженных бандитов, промышлявших похищениями женщин и детей, казалось не самой умной затеей.

Она никакая не Избранная и не собиралась Спасать Весь Мир. И хотя до сих пор как-то удавалось отбиться от волков-одиночек, она не имела ни малейшего представления, как справиться с целой стаей, разве что вдруг откроются сверхспособности.

Впрочем, тебе не нужно бороться с бандитами. Надо просто выяснить, где их логово и как далеко они от него отходят, а потом пометить на карте и обходить эти места стороной. Никакого героизма.

– Не нравится мне все это, – признался Ди-Джей.

– Да, знаю. Эта затея никому не нравится, даже мне самой. Только приходится выбирать из двух зол – или рисковать, выясняя, где у них база, чтобы придумать обходной путь, или ринуться напролом и попасть к ним в лапы. Однажды я уже так вляпалась и больше не собираюсь.

– Что значит «вляпалась»? – обиделся Ди-Джей. – Это вы про меня?

– Нет, – ответила Краш. – Однажды меня поймали солдаты.

– Солдаты? – удивился Райли. – И как же ты сбежала?

– На своих двоих, – просто сказала она.

Совершенно ни к чему рассказывать им про Адама, Ригана, Сируа, про войну между вестниками апокалипсиса и военными.