Кристина Генри – Девушка в красном (страница 27)

– А когда убийца женщин голодом морил, чтобы кожа легче снималась, это, значит, не жуть?

Краш заметила, что они оба говорят на повышенных тонах (про себя она это называла «как на вечеринке»). А еще никто не решился сказать вслух, что, судя по вони, где-то здесь валяется как минимум один мертвец, хотя обсуждение фильма про маньяка-убийцу на это так и намекало.

– Давай прошвырнемся слева направо, – предложила Краш, показывая на проходы между стеллажами. – Полуфабрикаты в упаковке обычно выставляют в середине, значит, если что-нибудь осталось, там и найдется.

– Быстрее было бы разделиться и двигаться навстречу с разных сторон, – как-то неуверенно начал Адам, явно не горя желанием наткнуться на труп в одиночку.

«Глупость, конечно, мертвецы же не кусаются», – подумала Краш. Только тут дело не в глупости, ведь люди страшатся мертвецов с незапамятных времен, потому что боятся умереть сами. Впрочем, Краш считала, что смерть еще не самое страшное на свете. После смерти не надо бороться за жизнь – хоть какое-то утешение, особенно сейчас, когда только об этом и думаешь.

– Нет, расходиться не стоит, – решила Краш.

Она всегда придавала большое значение этому правилу, потому что во время апокалипсиса так поступать ни в коем случае нельзя, пусть даже между ними окажется всего несколько рядов стеллажей в магазине. Обязательно случится Что-нибудь Страшное, и не быть им больше вместе, останется лишь одинокий путник. Остаться в одиночестве Краш не хотелось, даже при том что с Адамом они не очень-то ладили.

– Мы же останемся в одном помещении, – как-то вяло возразил Адам, и они вместе двинулись налево.

На этой стороне располагались кассы, так что они быстро осмотрели полки с товарами повседневного спроса, хотя Краш понимала, что ничего полезного и питательного там не найти, кроме сладкого, соленого или жирного, но Адам и сидя дома жрал словно ненасытная утроба, а уж теперь, когда приходилось проходить по несколько миль в день, не мог даже четверти часа обойтись без еды, так что пригодился бы даже какой-нибудь почти просроченный «Сникерс».

Однако полки были пусты, даже жвачки не осталось. Такое начало не предвещало ничего хорошего, но Краш решила, что надо все равно проверить. Росту в ней было всего пять футов один дюйм, а Адам на целый фут выше, поэтому взялся проверять верхние полки, до которых без передвижной стремянки ей было не дотянуться.

В былые времена, при нормальной жизни, когда в магазинах царило изобилие, а деньги еще не стали никчёмными зелеными бумажками, чтобы дотянуться до верхних полок, ей приходилось забираться ногами на нижние.

А доставая бельё из стиральной машины, она чуть не проваливалась в бак вниз головой, и Адам вечно над ней подшучивал, мол, как бы не пришлось вытаскивать оттуда за ноги.

Они уже добрались до середины шестого прохода, где, судя по вывеске, должны быть крупы, батончики мюсли, чай и кофе… и тут наткнулись на них. На сей раз не один труп, а целых два. Кругом стояла такая вонь, что не помогала даже мазь под носом, потому они и не заметили, как зловоние крепчает, пока не подошли к мертвецам почти вплотную.

– Как они оказались на полках? – спросил Адам.

Нашел о чём спросить, удивилась она, но решила, что он, наверное, готов уцепиться за что угодно, как утопающий за соломинку, чтобы не заорать от ужаса. По крайней мере сама она была уже на грани срыва.

На полках лежали обнаженные белые женщина и мужчина неопределенного среднего возраста. В таком положении у них хорошо просматривались зияющие дыры на месте груди, зазубренные края переломанных рёбер, разорванные ткани и брызги засохшей крови на остатках кожи, словно картины в стиле модерн. Лицо мужчины так и застыло в посмертном оскале.

Кто-то, может, даже не один, запихнул тела напротив друг друга на вторые снизу полки по обе стороны прохода. Зачем кому-то такое понадобилось, совершенно непонятно.

– Точь-в-точь как тот бедолага на заправке, – заметил Адам. – Значит, это не случайность, то есть у них в легких и правда завелся какой-то паразит. Посмотри, здесь на полу такие же следы.

Адам показал вдоль прохода перед собой. Следы крови на полу тянулись в сторону подсобки.

Краш тяжело вздохнула. Даже несмотря на свой любимый фильм «Чужой», она не могла поверить в чудовищ, вырывающихся из человеческой груди.

– Ерунда какая-то. А как они вообще внутрь попадают?

– Вместе с воздухом. Как вирус. Когда человек его вдыхает, начинается кашель, потому что эта тварь растет прямо в легких, а когда ей становится тесно, прорывается наружу.

– Адам, – терпеливо пояснила Краш. – Я же тебе говорила, вирусы так не растут. Они не больше триллионной доли дюйма в длину, и больше не вырастают. Это тебе не глисты, что могут расти всё больше и больше.

– Это еще почему? – осведомился Адам. – Доказательство у тебя прямо под носом.

– Не вижу никаких доказательств, – ответила Краш. – Только два трупа с развороченной грудью и какие-то кляксы на полу. Пока сама не увижу эту внеземную ползучую тварь, ни за что не поверю.

– Тогда давай пойдем по следу, – предложил Адам.

– Ой, нет, не надо, – вскрикнула Краш.

– Что, проспорить боишься?

– Нет, боюсь, что только время зря потратим вместо поисков еды. Наверное, придется пошарить по соседним домам, может, там остались какие-нибудь припасы. Тут ловить нечего.

Краш терпеть не могла вламываться в чужие дома, ей это казалось чудовищным кощунством. Но деваться было некуда, ведь питаться чем-то надо, да и хозяева тех домов скорее всего погибли или попали в карантинные лагеря. Но совесть терзала всё равно.

– Хочу посмотреть, куда ведут следы, – настаивал Адам.

Краш вздохнула. Поняв, что он опять закусил удила, она решила, что лучше ему ненадолго подыграть, лишь бы скорей унялся, а потом заняться более важными делами, например, поисками еды, которые теперь отнимали львиную долю всего времени.

У нее снова возникло то тревожное ощущение, от которого начало покалывать шею. Хоть в этой захудалой деревеньке вроде и не было ничего явно подозрительного, но неприятности могли проявиться в любых мелочах.

– Ладно, – согласилась она, но не дав ему ступить ни шагу, тут же ухватила за плечо. – Стой, идиот. Если ты серьезно решил, что где-то в темном углу спряталось чудовище, куда ж понесся сломя голову да с пустыми руками?

– Ну и что ты предлагаешь?

Иногда казалось, что терпение вот-вот лопнет. Да ей надо молоко давать за вредность – нянчится, понимаешь, с этим Адамом!

– У тебя же вроде был охотничий нож! – напомнила она.

Как раз недавно видела у него в руках.

Адам потупился и переступил с ноги на ногу, точь-в-точь как один из ее подопечных, умявший без разрешения лишнюю порцию сладостей.

– Я его… потерял.

Краш нахмурилась.

– Да как ты… ладно, проехали. Даже знать не хочу. Руки так и чешутся всыпать тебе как следует, да времени нет.

– Кажется, я его на привале посеял. Нечаянно.

– Говорю же – проехали, – буркнула Краш, снимая с пояса топор. – За мной пойдёшь, балда.

– Слышь, хорош обзываться, – возмутился Адам.

– Ну а как еще назвать того, кто теряет самое необходимое снаряжение? – спросила Краш.

Адам пропустил это мимо ушей.

– Давай лучше я впереди.

– Почему?

– Ну я же… – начал он и осёкся, заметив выражение ее лица.

– Парень? Здоровее меня? – предположила Краш опасно вкрадчивым голосом. – У тебя нет оружия, а я свое тебе не дам. Иди за мной.

Она осторожно пошла вперёд, не из опасения, что их услышат (своей перебранкой они нашумели уже достаточно), или боязни наткнуться на какое-нибудь чудовище, а чтобы не потерять следы. Рядом с телами они виднелись совершенно отчетливо, но к концу прохода стали едва заметными.

Она остановилась, наклонилась пониже и посмотрела на след.

– Даже не знаю, эти следы как будто стираются. Если это вообще те следы, что ты имел в виду. Может, они остались, когда трупы волочили по полу.

О мертвецах она старалась не думать, не из-за их жуткого вида, просто ей требовалось время спокойно переварить увиденное, сравнить внешний вид того Другого, как она теперь окрестила про себя труп с автозаправки, с телами на полках.

Может, они совсем не так всё поняли. Может, это не пришелец, не легочный паразит и не какая-нибудь совершенно невероятная тварь, а просто маньяк-убийца людей потрошит. Конечно, Адам бы на смех поднял эту идею, ведь, как ни странно, он истово уверовал в теорию о чудовище неземного происхождения, а вот Краш версия о человеке казалась гораздо правдоподобней.

Человек, способный разворотить грудную клетку и погнуть рёбра словно металл? Краш, ты что, на злодея со сверхъестественными способностями намекаешь?

Ну нет, хватит с нее вариантов, и так уже голова пухнет. Нечего было столько ужастиков смотреть. Она уже собиралась предложить вместо того, чтобы идти по кровавым следам, вернуться к телам и повнимательней разглядеть их повреждения, но тут Адам оттолкнул ее в сторону.

– Дай-ка взгляну, – Адам присел и чуть не уткнулся носом в пол. – Ага, пропадают, но вроде ведут вон к той подсобке.

Он показал на дверь без ручки в нескольких шагах от них, что открывалась в обе стороны – очень удобно, когда руки заняты какой-нибудь коробкой или везешь полную тележку товара, чтобы выставить на полки.

Или когда ты безрукий легочный паразит, которому надо спрятаться в темном углу.