Кристина Фон – Под Лавандовой Луной (страница 48)

– Я бы хотела, чтобы у меня был тин-чай, который мне приписывает мадам Ясмина. Тогда бы мои родители не погибли. Если бы мой голос мог исцелять, я бы спасла их.

– Но я бы никогда не привезла ее сюда, будь она конг или если бы она пела, как задыхающийся сихай, – сказала Ясмина. – У меня хороший слух. Я видела, как она исцелила женщину в летах и вернула ей молодость.

– Да, я действительно спасла молодую женщину от укуса голдфанга, но я это сделала, пользуясь знаниями, которые переняла у своего брата-врача. Но той женщине было чуть за двадцать. – Я посмотрела в упор на мадам. – Вы были не совсем трезвы в тот день, когда нашли меня. Возможно…

Ясмину перекосило от ярости.

– Лгунья. Пусть когда-то я оступилась и злоупотребляла, но я не прикасалась к поганому зелью с тех пор, как меня однажды отстранили.

– Мадам, вы лжете. Я видела, как вы пили, когда думали, что рядом никого нет. Вы носите алкоголь с собой.

Я повернулась к судьям.

– Более того, я слышала, как мадам Ясмина говорила с моей знакомой жемчужинкой Айрикой. Мадам использовала токсин нагиула, чтобы исказить вис Айрики и доктор не узнал, что она потеряла невинность. А это значит, что мадам могла впрыснуть токсин и себе, когда доктор проверял ее вис на присутствие алкоголя.

– Это нелепые обвинения! – вскричала Ясмина.

– Мадам Ясмина, с учетом вашего прошлого мы не можем их отбросить, – сказал Пенуэзер. – У меня нет иного выбора, кроме как проверить правомерность обвинений. Стража, обыщите мадам, а затем проверьте ее покои.

Ясмина фыркнула и распахнула плащ, готовясь вывернуть карманы.

– В этом нет нужды. Мне нечего скрывать. – Она запустила руку в карман, куда я положила флягу, и вытаращила глаза. – Не может быть.

Фляга выпала из ее дрожащей руки и покатилась по полу.

Яростно завизжав, Ясмина бросилась ко мне, схватила за плечи и начала трясти.

– Как ты смеешь? Это ты мне подложила!

– Мадам, я требую, чтобы вы прекратили, – сказал Пенуэзер. – Очевидно, что вы вернулись на старую дорожку.

– Нет, жемчужинка споет, и я докажу, что я не лгу, – закричала Ясмина.

Ее тело стало длинным и гибким. Кожа превратилась в чешую. Женщина превратилась в белую змею. Она зашипела, угрожая вонзить в меня клыки. Я закричала и отпрыгнула, но змея обвилась вокруг меня и сжала кольца. Я задыхалась.

– Стража! – крикнул Пенуэзер. Двое солдат выбежали вперед и вскинули руки к деревьям. Ветви вытянулись и обвились вокруг змеиного тела Ясмины, а затем оттащили ее от меня.

Я кашляла и хватала ртом воздух.

Еще один солдат с силой прижал руку к телу змеи. Искры посыпались на чешуйчатую кожу. Ясмина судорожно дернулась, длинное тело стало укорачиваться. Постепенно на месте змеи вновь появилась женщина.

Пена собралась в уголках ее рта, и Ясмина потеряла сознание.

Тиррен что-то шепнул Пенуэзеру на ухо, и генерал сказал: «Да, Ваше Величество». Затем он повернулся к зрителям.

– Эта подлая женщина нарушила предписание о трезвости и дерзнула продемонстрировать полное превращение в животное на дворцовой территории, словно вульгарная дикарка из йоу, а не благородная цивилизованная шьян. Только что она показала нам свою истинную испорченную натуру, и ее ждет соответствующее наказание. Также будет проведено расследование в отношении показателей вис ее и жемчужинки, которая находилась под ее опекой.

Стражники унесли со сцены Ясмину, которая так и не пришла в сознание. Я продолжала наигранно всхлипывать.

– Мисс Марсиас, не плачьте, – сказал Пенуэзер, раздраженно вздохнув. – Очевидно, что вашей вины здесь нет.

Я сделала вид, будто утерла слезы, и вернулась в раздевалку. После меня было всего одно выступление, затем нам всем приказали выйти на сцену и выстроиться в ряд. Луч света осветил по очереди каждую из нас, и в этот момент мы кланялись. Но император на нас не смотрел. Доктор Черривуд проскользнул между рядами и что-то прошептал ему на ухо. Император встал и поспешно покинул стадион.

Я еще не верила, что все это происходит на самом деле. Состязание закончилось. Теперь уже никто не узнает про мой тин-чай.

Пенуэзер вышел на сцену.

– Мы готовы объявить результаты. Но прежде я должен сообщить, что, к сожалению, случилось кое-что непредвиденное. Его Величеству пришлось уйти. С госпожой Арлин произошел несчастный случай, опасный для нее и для ребенка в ее утробе.

Все зрители ахнули. От шока я не могла пошевелиться. Как такое могло произойти? Когда я уходила, с госпожой Арлин все было в порядке.

– Мы можем лишь молить наших досточтимых предков и Старого Дедушку Небо, чтобы они защитили мать и дитя, – продолжал Пенуэзер. – А я тем временем без дальнейших промедлений назову имена пяти новых файл.

Он развернул свиток, но мои мысли были уже совершенно о другом.

Я обещала госпоже Арлин, что все будет хорошо с ней и ее ребенком. Что мне делать?

Голос Пенуэзера громко разнесся по стадиону.

– Мисс Маргарита Зенг. Мисс Ви Сайтоски.

Обе девушки завизжали и запрыгали от восторга, помешав Пенуэзеру читать дальше.

Я едва их слышала.

Что случилось с госпожой Арлин? Меня не было всего неделю. По утрам ее тошнило, но в целом ее здоровье оставалось в пределах нормы. Я проверяла ее вис и вис ребенка. Я отслеживала их пульс. Оба были в порядке.

– Дамы, я понимаю ваш восторг, но пожалуйста, успокойтесь, чтобы я мог объявить других участниц, – сказал Пенуэзер. Девушки кивнули и понизили голос, но все равно продолжали взволнованно попискивать.

– Мисс Шьер Кинсала. Мисс Тидина Уин. И мисс Галай Креста, – закончил Пенуэзер с довольной улыбкой. – Желаю, чтобы впятером вы принесли радость и благополучие Его Величеству и подарили ему много сыновей.

Слава тебе, Старый Дедушка Небо. Я как можно быстрее покинула стадион и поспешила в Темный двор.

Глава 39

От дома 4444 шел металлический запах крови и прогорклых трав. Незнакомая мне песчинка плакала на лестнице на второй этаж. Я пришла слишком поздно?

Я дотронулась до ее плеча.

– Что случилось?

Она обернулась и удивленно посмотрела на меня.

– Кто ты?

– Я прислуживала госпоже Арлин во время жемчужничества. Скажи, она умерла?

– Еще нет, но моя подруга скоро умрет. Она просто выполнила приказ императрицы, а сейчас ее обвиняют в том, что она отравила чай, из-за чего случился выкидыш.

Если тут замешана императрица Лаймира, неудивительно, что Арлин и ее ребенку угрожает опасность.

Я заметила на столе чашу, на дне которой осталась темная субстанция.

– Это то, что подали госпоже Арлин?

Песчинка кивнула, и я поднесла чашку к носу. От нее несло чем-то, напоминавшим смесь сушеной клюквы с испорченным зерном.

– В этот чай добавили корень дягиля и ягоду ворин, – сказала я. – Корень дягиля провоцирует выкидыш, если принять его несколько раз, но в сочетании с ягодой ворин эффект будет моментальный.

– Да, доктор Черривуд тоже так сказал, – ответила песчинка. – Императрица сказала мне ждать здесь, пока не будет новых указаний. Она хочет, чтобы я сказала Его Величеству, что видела, как моя подруга подмешала отраву в чай. Я не хочу предавать ее. Она мне как старшая сестра, но я боюсь того, что императрица Лаймира со мной сделает, если я ослушаюсь ее.

– Я не могу указывать тебе, как поступить, но надеюсь, тебе хватит мужества поступить в согласии с совестью. – Собственные слова буквально оглушили меня, и я задрожала.

А мне самой хватит ли мужества?

Я оставила песчинку внизу, поднялась на третий этаж и помедлила на лестничной площадке, чтобы понять, что тут сейчас происходит. Доктор Черривуд сидел на краю кровати Арлин и держал в руке ее запястье, считая пульс. Позади доктора, скрестив руки на груди, стоял император. Он постукивал ногой по полу и мрачно смотрел в угол комнаты, где императрица Лаймира сидела в кресле и флегматично попивала чай.

– Я говорил тебе подождать до родов, – сказал Тиррен. – Я хотел узнать, мальчик это или девочка, прежде чем ты убьешь младенца. Ты решила так отомстить мне за отстранение от финала?

– Я понятия не имею, о чем вы, – сказала императрица. – Я хотела услужить госпоже Арлин и предложила ей лекарство, которое помогает от тошноты по утрам. Я не виновата, что кто-то, то ли моя песчинка, то ли аптекарь, по чистой случайности перепутал ингредиенты.

– Ну что, доктор? – спросил Тиррен. – Можно спасти ребенка?

– К сожалению, уже слишком поздно, – ответил Черривуд. – Я могу спасти мать, но действовать нужно быстро. Она потеряла много крови.

– Не трудитесь. Если ребенка спасти нельзя, то эта женщина мне больше не нужна. Она мне надоела. Дождитесь, когда она умрет. Потом скажите слугам, чтобы отнесли тело в крематорий.

Если бы я только могла убить Тиррена и Лаймиру. Но такие желания ни меня, ни Арлин до добра не доведут. Хоть бы они просто ушли, тогда я могла бы исцелить ее. Доктор сказал, что она уже при смерти.