Кристина Денисенко – Малька (страница 16)
В точку «b» Емельян пришел вторым. Но это только разыграло его спортивный интерес. Он должен был, во что бы то ни стало, прийти к финишу первым. Это была его основная задача, второстепенная — оказать впечатление на Мальку. А она и так уже находилась под впечатлением.
На ее глазах красная машина с изображением британского флага на дверцах буквально взмыла в воздух. Один гонщик не справился с управлением, и его машину занесло, другой налетел на нее и как от трамплина отскочил на обочину. К перевернувшемуся автомобилю побежали люди. Мальку охватил страх. Водитель с трудом самостоятельно выбрался. Лицо разбито. На белый снег капала кровь. Гонщик сошел с дистанции.
В точке «c» по-прежнему лидировал Марк Громов. Емельян отчаянно пытался его догнать, но его постигла неудача. В пылу борьбы его Mitsubishi сделала оборот на 360 градусов и легла на бок. Это произошло на середине отрезка, и Малька не могла этого видеть. Емельян, к своему же удивлению достаточно быстро завелся и продолжил гонку.
В точке «d» Емельян снова вырвался вперед. К тому времени число участников сократилось. Двоих постигли технические проблемы: заглох мотор у одного, и коробка передач не выдержала нагрузки двигателя у другого.
В точке «e» первым был некий Эрнест по прозвищу Раджа. Емельян и Марк не хотели друг другу уступать лидерство, и, воспользовавшись заминкой, Раджа с небольшим отрывом вырвался вперед. Тем временем еще один участник выбыл из гонки: его машина вылетела в сугроб, разбилось лобовое стекло и осколки поранили гонщика.
Оставался решающий этап. И Емельян, и Макар гнались, как сумасшедшие за черным Chevrolet. Их не останавливал ни снег, ни лед, ни бедолага — обычный водитель, оказавшийся в гуще событий по чистой случайности. Но Емельяна остановила выбоина на дороге. Его Mitsubishi угодила в яму, в результате чего он потерял управление и выехал на встречную полосу, а там — КАМАЗ груженный граншлаком. В итоге победила темная лошадка — Раджа на Chevrolet.
Что же случилось с Емельяном, жив он или, как говорила Наташа, врезался в столб, Малька той ночью так и не узнала.
Она открыла глаза в кромешной тьме. Ни света фонарей, ни бледной луны. Сплошная чернота. Правая рука и нога занемели и покалывали. Холодно. Малька нащупала на коленях мокрые куски ткани. Джинсы порваны. Провела ладонями по локтям — тоже самое.
Ее будто волоком волокли. Страшно. Встала. Сделала шаг. Что-то металлическое покатилось по полу. «Где я?» — спрашивала она себя, стараясь вспомнить хоть что-то. Голова раскалывалась. Обрывки воспоминаний, как стеклянные осколки, делали больно: толпа ликует, Chevrolet эффектно разворачивается и мокрый снег взлетает дугообразными струями, рассыпающимися в воздухе на миллионы светящихся частичек.
Малька неуверенными шагами идет вперед, выставив руки впереди себя. «Закричать? Нет. Лучше не привлекать внимание. Вдруг получится найти выход». Наивная. Она спотыкается о блок бетонита и с грохотом опускается в кучу хлама. Больно, но Малька стиснула зубы и обхватила колени руками. «Это какой-то подвал. Кто меня сюда привез? Наташа?» Малька снова пытается вспомнить, но воспоминания будто стерли, как ненужный штрих на уроке рисования.
Малька в панике вспоминает о маме. «Что она подумает? Какая же я дура. Зачем я только согласилась поехать на эту гонку? Это подстава. Наташа все спланировала. Но зачем? Что я ей сделала?»
Голова все больше болит. Малька нервно массирует виски. «Наташа! Она крутилась рядом. Когда победитель стал очевиден, она прыгала на месте, как мячик и радовалась, будто это была ее собственная победа». Ничего кроме довольного лица Наташи Малька вспомнить так и не смогла.
Проверила по карманам. Пусто. Кто-то присвоил себе ее мобильный телефон и сумочку.
Коротать ночь в сыром подвале ой как не хотелось. Малька продолжила разведывать остановку. Обошла комнату по периметру. Стены на ощупь напоминали землю. Большая вырытая могила с высоким потолком. Можно было предположить, что вход вверху. Квадратный деревянный, как в сельских домах. «Может, здесь раньше хранили картошку?» На полках лежали пустые банки и какие-то металлические инструменты или детали. В углу что-то большое, напоминающее мусор: куски линолеума, банки, скорее всего, от пива и консервов. «Чей же это подвал? И как отсюда выбраться?»
Малька отчаялась, забилась в угол и присела на корточки, стараясь согреться. Тихо. Она слышала собственное дыхание, биение сердца и что-то еще. Едва различимые звуки доносились сверху. Там точно были люди. Или, по крайней мере, один человек. Спать в такой обстановке нереально. Малька схватила первую попавшуюся бутылку и подбросила вверх.
— Эй, вы! Выпустите меня отсюда, — закричала она, переходя на плач, и бросила еще одну бутылку.
Стекла, звеня, осыпались на пол. Теперь любое движение могло окончиться кровавыми ранами. Малька сжалась в комок и злилась на саму себя. «
Вскоре звуки сверху стали более отчетливыми и близкими. Голоса. Шаги. Что-то скрипнуло. Малька зажмурилась. Тонкая полоска света мелькнула по стене. С грохотом в комнату опустилась массивная деревянная лестница. Свет падал через окно в потолке и рассеивался по жуткой конуре.
— Поднимайся, — скомандовал хриплый мужской голос, — и без коников, если хочешь выйти отсюда живой и невредимой.
Малька недоверчиво посмотрела наверх. Их было двое. Кроме старых кроссовок и запачканных грязью штанов ничего не было видно. Малька осторожно направилась к лестнице, обступая зеленые осколки. Те двое направили на нее пистолеты.
— Живее, детка, — крикнул один.
Их лица скрывали черные маски с вырезами для глаз и рта. Один только вид этих шапочек вызывал недоверие и страх. Малька поднялась по лестнице, строя догадки: что же с ней будут делать.
Крупный парень с силой толкнул ее на пол. Грязно. Доски гнилые. Малька упала и ударилась подбородком, не успев вовремя защититься руками от возможных последствий падения.
— Не ушиблась? — раздался насмешливый голос и щелкнул курок пистолета.
— Что вам от меня надо? — Малька развернулась на полу и смотрела на них снизу верх, медленно отползая назад.
— Сейчас тебе представится возможность услышать голос своей ненаглядной маменьки. Ты будешь хорошей девочкой и скажешь ей слово в слово то, что я тебе скажу. Поняла? Запоминай:
Думаю, этого будет достаточно. Все остальное я разъясню ей сам. — Добавил он и швырнул Мальке ее телефон.
Малька разревелась. Она даже не знала, чего боится больше. Умирать молодой точно не хотелось. Но и расстраивать маму подобными просьбами тоже. Но выхода у нее не было. Нужно было подчиняться. Дрожащей рукой она разблокировала телефон, выбрала нужный контакт и нажала кнопку вызова. Те двое приставили ей к обоим вискам пистолеты и стояли над душой, широко расставив ноги.
Гудки сменились на взволнованное «алло».
— Мама, — Малька запнулась, всхлипывая.
— Малька, где ты? Я всю ночь не спала…
— Они хотят миллион. Если до двенадцати не будет денег, они побреют меня налысо, — она плакала.
В трубке раздался голос Валерия:
— Малька? Малька? Миллион? Миллион чего?
Громила ударил Мальку по лицу, недовольно шипя.
— Миллион гривен до полудня. Иначе они побреют меня налысо. Если не получат миллион до часу, отрубят мизинец. А если до двух — руку. А если вы не найдете миллион до трех — вы больше никогда не увидите меня живой. Спасите меня, — умоляла она.
Громила выхвалил телефон:
— Алло, папаша. Сверим часы. На моих 07:24. Даю тебе четыре часа на сбор деньжат. В 11:30 я сообщу о месте встречи. Девчонка пока в целости и сохранности, но если ты не поторопишься, я за ее жизнь не отвечаю. И без глупостей, папаша. Не вздумай сообщить в милицию. — Он сбросил вызов и отключил телефон, не дожидаясь ответа.
— Миллион за эту дуру — это много! — процедил сквозь зубы тот, что ниже ростом, и противно засмеялся.
— Этот заплатит. Он ее мамашу полжизни искал. И вот нашел, наконец-то!
Тут Малька сообразила, в чем дело. Кто-то знает, что Валерий Сафонов не бедный родственник и его доходами можно поживиться. «Но кто этот кто-то? Валерий совсем недавно появился в городе, а о его жизни уже знают, чуть ли не всю подноготную. Емельян? Он мог навести о нем справки еще в Тель-Авиве. Он мог и настаивать на свадьбе только из-за денег Валерия. А что если он и предложение мне сделал только с одной целью? Нет. Это бред. О существовании моего отца никто и не подозревал. Для всех он был погибшим летчиком-испытателем» — Малька вытерла слезы.
— Спешу тебя порадовать, принцесса. Можешь вздремнуть пока на софе. Она, конечно, не царская, но все ж лучше, чем валяться в сыром подвале на грязном полу. Поднимайся. Отведу тебя в номер «он клюзив»!
Громила помог Мальке встать и втроем они вышли из серого коридора в светлую опрятную комнатку.
На стенах обои в цветочек, проводка поверху, с потолка свисала лампочка на длинном шнуре, полы деревянные крашенные, из мебели только софа и два старинных кресла. В комнате имелось окно, но оно было забито досками снаружи. «Старая изба какой-нибудь одинокой старушки, у которой при жизни непременно был огромный огород» — подумала Малька.