Кристина Агатова – Концы в воду (страница 4)

– Тут и рыба есть? – зачем-то уточнил Тарас.

– Ага, – хмыкнула я. – Форель, тунец и акула.

Тарас потер ладошки.

– Акула, не акула, а карасей на уху натаскаю, а, если повезет, то и щука попадется!

– Емеля, – хихикнула Маринка. – Ладно, место принимается, осталось только притащить сюда мангал, уголь и еду. Благо, идти недалеко. Кстати, нам стоит побыстрее вернуться обратно, пока аборигены не сперли наши пожитки.

Мы развернулись и быстрым шагом пошли к домику – в словах Марины был резон.

Я не думала, что среди оставшихся вещей имелось что-то действительно ценное, но чья-нибудь собака вполне могла добраться до мяса, и тогда весь смысл мероприятия терялся. Приехать за тридевять земель, чтобы полюбоваться на лесное озеро? Простите, но нет. Хотя, оно было выше всяких похвал.

К счастью, никто не сделал попытки посягнуть на наше имущество, поэтому мы собрали все необходимое, и поспешили на облюбованную полянку.

Перед уходом Маринка перетрясла еще раз все постельные принадлежности, утащила их на место и закрыла дом на замок.

– Может, печь затопим? – предложила я напоследок. – Придем в тепленькое. Вечером похолодает, будет неуютно.

Подруга покрутила пальцем у виска.

– С ума сошла? Вернемся на пепелище. Нельзя огонь оставлять без присмотра.

Я пожала плечами. Угодно господам морозить задницы – на здоровье. Я-то с собой предусмотрительно взяла теплые штаны, в отличие от некоторых.

Путь до озера занял совсем немного времени. Всем уже не терпелось приступить к главной части увеселительной программы – поеданию шашлыка. Голод уже ощутимо напоминал о том, что последний раз я ела накануне вечером. Не считать же едой батончик из мюсли?

Пока Тарас с Маринкой суетились вокруг костра, я дошла до мостков. Под ними, как мне показалось, еще оставалось немного льда – солнечный свет не добирался до этого укромного уголка.

Я осторожно ступила на старые подгнившие доски. Рухнуть в ледяную воду не хотелось, но любопытство было сильнее. Рукой я схватилась за ветку и, для надежности, слегка подергала. Прочная.

Я села на край и свесила ноги. Наверное, летом здесь можно купаться. Еще пара недель, и лед окончательно растает, а вода начнет прогреваться.

В Сибири мало кто купается в июне. Традиционно началом купального сезона считается день Ивана Купалы. Терпеть не могу этот праздник – каждый раз боюсь, что буйные невоспитанные дети обольют меня холодной грязной водой, набранной в ближайшем загаженном фонтане или, что еще хуже, в луже.

Некоторые начинают купаться раньше, но я отношусь к той категории людей, которые все время мерзнут, поэтому лишний раз стараюсь не рисковать здоровьем. Но в этом райском местечке я бы попробовала окунуться.

Жаль, что неизвестно, какое тут дно. Если болотистое, что наиболее вероятно, то следует проявить осторожность. А вот если галька или песок, то нам повезло!

За мостками полянка заканчивалась, и начинался лес. Не та непролазная чаща, в которую не стоит соваться, а вполне аккуратный лесок из берез и сосен, какие-то кусты и пара осин. Хорошо бы, чтобы и грибочки тут водились. И чего я отказывалась? Славное место!

Немного побродив по кустам, я не нашла ничего интересного и пошла к ребятам.

Они уже раскочегарили мангал и уложили мясо на решетку.

– Аккуратнее там ходи, – предупредил Тарас. – Клещи уже проснулись, нахватаешь, и что делать будем?

– У меня есть страховка, – легкомысленно отмахнулась я. – Мне ее к ипотечной бонусом суют. А кто от бонусов откажется?

– Хотя бы побрызгайся, – предложила Маринка.

– Не, – завредничала я. – Воняет!

Я не хотела портить мерзким спреем неповторимую атмосферу праздника и шашлыка. Сочное мясо источало такой аромат, что я даже пожалела, что не заставила себя позавтракать. Сейчас бы не приходилось сглатывать слюну и приплясывать вокруг мангала в нетерпении.

Маринка расстелила каремат прямо на земле и уселась, сложив ноги калачиком.

– Жаль, что я медитировать не умею. Сейчас бы улетела в нирвану! Странно, что тут никого нет. Неужели, местные не знают про озеро?

– Судя по костищам – знают, но, может, просто еще рановато для пикников? К вечеру подтянутся, – успокоил Тарас.

Я плюхнулась рядом с Маринкой и возмутилась:

– Нет уж, пусть идут лесом. Домик в конце дороги – наш, значит и озеро – наше!

– Размечталась, – хмыкнула подруга. – Придут, и что ты им сделаешь? Недовольное лицо?

Тарас оставил шашлыки в покое и подошел, чтобы обнять меня.

– Да ладно тебе, ну придут и придут. Места много, всем хватит! Все равно это лучше, чем в душном городе париться, бродить по парку среди толпы или вообще дома все выходные просидеть!

Я вывернулась из объятий. Разве мы ехали сюда не за уединением? Если полянка заполнится шумными пьяными компаниями, то какой же это отдых? Но никто не помешает мне надеяться на лучшее.

На улице стало совсем тепло, даже жарко, поэтому я скинула ветровку.

– Надо было купальник взять, – мечтательно протянула Маринка.

– Совсем того? Ты рукой потрогай, там лед еще плавает!

Марина покосилась на меня, как на дурочку.

– Позагорать. Купаться я сюда и в июле не полезу, еще чего!

– Чего это? Если дно хорошее, то почему нет?

– Да потому что купаться, Витек, надо в теплом морюшке в Таиланде или на Гоа, а плескаться в холодной луже, это не купание, а издевательство над собой.

– Что-то на богатом, – хмыкнула я. – Ну жди еще лет двести, может и доведется попу в море помочить.

Тарас снял решетку с готовым мясом и стал отковыривать прикипевшие кусочки в кастрюлю. Я снова почувствовала, как желудок сворачивается в тугой рулетик, и сглотнула слюну.

– Наконец-то, просто идеальный день! – подвела итог Маринка и хищно облизнулась. – Ничто не сможет испортить эти праздники!

Со стороны дороги раздался шум, я обернулась и невольно сжала кулаки.

– Только не это!

Глава 2

Их было человек сто! На самом деле, конечно, всего восемь, но они так гоготали, что казалось, будто вся полянка была ими заполнена без остатка. Примерно нашего возраста, пятеро парней и трое девушек, аккуратно и стильно одетые, явно приезжие, а не местное население, с пакетами и сумками в руках.

Они предусмотрительно расположились подальше от нас, ближе к мосткам, притащили пару каких-то старых бревен вместо сидений (и где только нашли?) и стали разводить костер, весело переругиваясь.

Я отложила себе пару кусочков шашлыка, отвернулась от них, чтобы хотя бы не видеть, и стала жевать.

– Да расслабься ты, – попыталась успокоить меня Маринка. – Нормально же сидим, они к нам не лезут.

– Вернуться на дачу пока не получится, – подхватил Тарас. – Мангал горячий, угли еще греются. Давай хотя бы мясо дожарим? Нет, ну я могу все потушить, остудить мангал в озере, перетащить все на дачу и еще раз развести огонь, но ты и так голодная.

Это был убойный аргумент. Первой решетки не хватило бы, чтобы насытить нас всех, а ничего кроме мяса и двух лавашей мы сюда не взяли. На даче остались кое-какие продукты, из которых мы планировали приготовить завтрак и обед на следующий день, но на вечер, почему-то, кроме шашлыка ничего не предусмотрели.

– Да сижу я, сижу, – рявкнула я. – Просто орут, как ненормальные! Бесит!

Тарас стал укладывать вторую партию мяса на решетку, а у ребят продолжалась битва за огонь. Я вполглаза стала наблюдать за их тщетными попытками развести костер, немного злорадствуя и втайне надеясь, что они сдадутся и уйдут, несолоно хлебавши.

Наконец, от орущего стада отделилась одна невысокая стройная девушка и, почти вприпрыжку, двинулась в нашу сторону.

– Твою мать, – буркнула я и злобно зыркнула на Марину. – Не лезут, говоришь?

– Ребята, привет! – закричала девушка еще издалека. Я попыталась выдавить из себя подобие улыбки. Тарас и Маринка улыбались гораздо более искренне, поэтому я собрала волю в кулак и постаралась тоже выглядеть дружелюбно.

Она подошла, чуть запыхавшись, и слегка смущенно попросила:

– Выручите жидкостью для розжига, а? Нам капелюшечку надо. Собирались, как в экспедицию, все взяли, а ее – забыли. Теперь шашлыки под угрозой!

Тарас развел руками.

– У нас нет, мы по-старинке разводим, своими силами!

– Серьезно? – удивилась гостья.

Мой мужчина приосанился, и мне это совсем не понравилось. Он гордо посмотрел на творение своих рук – пылающий жаром мангал – и похвастался:

– Я костер с одной спички развожу. Могу и вам помочь. Или, если у вас есть железное ведро, могу туда углей сыпануть. Отнесете, и никакой жидкости не надо!

– Ведра нет. А вы правда можете развести огонь спичками? – захлопала глазами девица. – Будем очень благодарны!

Она посмотрела, почему-то, на Маринку, и извиняющимся тоном произнесла:

– Я украду у вас молодого человека на пять минуточек?

– Вернуть не забудьте, – процедила я, стараясь не спускать улыбку с лица. Вот кукла! Наверняка решила, что Тарас для меня слишком хорош, раз решила отпросить его у Маринки. Тарас не растерялся, быстро обнял меня и чмокнул в щечку, расставив все точки над е.

– Я быстро, помогу парням и прибегу.

Я благосклонно кивнула, разглядывая девушку. Красивая. Ухоженная. Никакого макияжа, лишь уложенные бровки, безупречная кожа, да слегка подкачанные губы. Образ, в целом, сдержанный и приятный. Бархатно-карие слегка вытянутые глаза, высокие скулы, точеный носик.

Носик мне особенно не понравился – в сравнении с моим шнобелем он был даром небес. Везет же некоторым!

Как и я, девушка была шатенкой, но ее колорист постарался на славу – светлые блики выглядели очень естественно. Меня же, в последний раз, покрасили, как старый забор, рваными ржавыми мазками. Я безуспешно пыталась затонировать безобразие фиолетовым шампунем, но не добилась успеха.

Как такое могло случиться с профессионалом, который доверил свои волосы бывшей коллеге? Загадка. И ведь все время, что мы работали бок о бок, ее работа не вызывала у меня никаких нареканий. Девочки вставали с ее кресла настоящими принцессами. Но на мне система дала сбой.

За что она так изуродовала мои волосы? И почему я, наблюдая за тем, что она творит, ни слова против ей не высказала?

Я ее поблагодарила, расплатилась и сделала выводы. В следующий раз буду обходить знакомых колористов стороной, а пойду лишь к тем, кто не знает, что я тоже парикмахер. В чем логика? Не знаю.

Тарас ушел с красоткой демонстрировать свои навыки выживания в дикой природе, а Маринка одарила меня недовольным взглядом.

– Она еще ничего тебе сделать не успела, а ты ее уже сожрала глазами.

– Знаем мы таких!

Я поджала губы и многозначительно замолчала. На мой взгляд, пояснений не требовалось. И так было понятно, каких – таких. Но Маринка не унималась.

– Тарас только на тебя и смотрит, угомонись уже. Нельзя так душить мужиков, они от этого чахнут и дохнут. Лучше бы радовалась – какой у тебя парень отзывчивый!

Я закатила глаза. Отзывчивые парни во все времена были идеальной мишенью для ушлых девок. Я много раз видела, как умело симулировали они полную беспомощность, чтобы захомутать понравившегося самца. А глупые мужики с добрыми сердцами были рады стараться и выслуживались по полной программе, дожидаясь, когда на них уверенной железной рукой накинут поводок.

С другой стороны, в компании уже было пятеро парней, куда им еще и Тарас?

Впрочем, сильно накрутить себя я не успела. Тарас действительно моментально разжег им костер и вернулся.

– Эй, Прометей! – раздался крик со стороны компании. Девушка снова спешила к нам, держа в руках глубокую миску.

Она подошла ближе и протянула ее мне. Я заглянула внутрь – несколько ровных красных помидоров, пара огурцов и большое яблоко.

– От нашего стола – вашему.

Мне стало неловко. Видимо, девушка чувствовала мое напряжение и пыталась таким образом установить контакт.

– Кстати, меня зовут Вероника.

– Виталия, – промямлила я, принимая миску с дарами.

– Марина, – представилась подруга.

– А ты, Прометей?

– Тарас, – широко улыбнулся мой парень. Я снова напряглась.

– Вы просто из города приехали или дачу тут купили? – поинтересовалась Вероника.

– Бабушка оставила домик, будем иногда приезжать, – нехотя ответила я. Отчитываться перед кем попало в мои планы не входило.

Вероника покивала. Наверное, воспитание не позволяло ей оставить нас в покое.

– Плошку, если нетрудно, занесите перед уходом. А домик далеко отсюда?

– Да вот, самый ближний к лесу, – влезла Маринка. – Зеленый с коричневой крышей.

Вероника охнула:

– Бабушки Милы, что ли? Ой, а я и не знала, соболезную! А когда она…

– Да все с ней хорошо, – немного резко прервала ее я. – Она просто уехала к родным в Литву. Старенькая уже стала, тяжело одной, а там дети, внуки, сытая жизнь.

– Слава богу, – выдохнула Вероника. – Хорошая бабуля! А мы тут все с пеленок знакомы. Вы присоединяйтесь к нам, если скучно. Ребята хорошие, веселые. Так-то мы все в городе живем, но летом часто приезжаем, собираемся, как в детстве. Задницы на великах не помещаются, но песни орать до рассвета пока еще можем!

Я представила, как буду горланить “Батарейку” до утра в незнакомой компании, и сморщилась. От Вероники не ускользнула моя гримаса.

– Шумим только там, где никому не помешаем!

– Да ради бога, – отмахнулась я.

– Может, айда к нам прямо сейчас?

Тарас еще раз широко улыбнулся, но непреклонно ответил:

– Спасибо, но в другой раз. Мы пока осматриваемся.

Вероника еще немного понимающе покивала, попрощалась и упорхнула к своим. Они стали о чем-то негромко переговариваться. Видимо, обсуждали нас.

– Вот еще их нам не хватало, – буркнула я.

– С соседями надо дружить, – назидательно заметила Маринка. – Или, по крайне мере, не ссориться. А то спалят домик, забор уронят, грядки потопчут.

– Да и ребята, вроде, неплохие, – поддержал Тарас.

– И девчата симпатичные, – ядовито протянула я.

Он пожал плечами.

– Обычные. Но Маринка права, надо с ними подружиться. Никогда не знаешь, какая помощь потребуется.

Меня уже порядком разозлила вся эта ситуация, активная и красивая Вероника, невероятно любезный Тарас, дружелюбная Марина и веселая компания незнакомых ребят, мешающая мне уединяться с природой, поэтому я излишне резко рявкнула на него:

– Это все – твоя деревенская привычка дружить дворами. А мне и одной неплохо!

Я тут же пожалела о сказанных обидных словах, но признать себя виновной или извиниться было выше моих сил. Поэтому я встала с видом оскорбленной добродетели и пошла вокруг озера, в надежде, что пока меня нет, Тарас успеет забыть о вспышке моего гнева.

Я вовсе не считала его деревенским парнем и не хотела унизить, но во мне смешались ревность, зависть и разочарование от нарушенных планов.

За мной никто не шел. Я тихонько брела вдоль кромки воды, разглядывая свежую травку, пробивающуюся через слой пожухлой.

Наверное, Тарас сейчас думает, что я – дура. Так и есть. Дура, еще и психованная. Теперь он, наверняка, меня бросит.

Если подумать, то что во мне хорошего?

Не красавица – нос на семерых рос, а одной мне достался. Глазенки, как у мыши. Фигура, как у рахитичного подростка – ни груди, ни попы, да и ростом не удалась. Одни только руки у меня красивые.

Да, руки и правда шикарные – длинные тонкие ровные пальцы, как у музыканта. Только вот музыке я не обучена, так что толку от них нет.

Ладно бы к этой страшной обертке прилагалась сладкая конфетка. Так нет же – характер у меня тот еще. Я вечно чем-то недовольна, чаще всего – собой. Могу разозлиться на ровном месте. Завидую всем, кто симпатичнее меня. То есть – всем, буквально.

Еще я страшно ревнивая и неуверенная в себе. Я не общаюсь со своими родственниками, но тут не только моя вина…

Ах да, еще я не люблю брать на себя ответственность. У меня ведь всегда виноват кто-то, а не я. Хотя, я прекрасно знаю, что это не так.

Еще я ленивая. Умная, но ленивая. Так и мама постоянно мне говорила. Права была, конечно. При любой возможности я стараюсь отдыхать. Но, знаете, не очень хочется активничать, когда пашешь на двух работах, чтобы выплачивать ипотеку и кредиты.

И общаться я не люблю. Друзей у меня мало, хотя клиентам я улыбаюсь. Но они платят мне деньги, поэтому мое поведение безупречно в любых ситуациях. Даже когда невесты истерят.

Получается, я еще и меркантильная. И алчная.

Зачем такому красивому, доброму, отзывчивому и положительному со всех сторон Тарасу такая я? Не иначе как, он просто пожалел меня. А теперь точно бросит! И хуже всего, что я его прекрасно понимаю и не осуждаю.

Я прогулялась вдоль озера туда и обратно, стараясь не слишком расстраиваться из-за того, что любовная лодка разбилась о мой невыносимый злобный характер.

Ребята уже дожарили третью партию мяса, порезали принесенные овощи и сейчас негромко беседовали о чем-то, сидя плечом к плечу на каремате.

Я подошла ближе, и Тарас сразу же вскочил.

– Садись давай, помидорки поешь. Вкусные, ароматные! Что ж мы сами не догадались взять овощей?

Судя по всему, бросать меня он пока не собирался. Маринка тоже делала вид, что ничего не произошло.

– Что с той стороны?

– Ничего, просто лес.

Я махнула рукой как-то неопределенно, показывая, что вокруг ничего кроме леса нет и, неожиданно для самой себя, выдала:

– Ладно. Вы правы. Попробуем подружиться с соседями. Только давайте не сегодня, а? Утром побродим по поселку, зайдем к этой Веронике, поболтаем.

– Нам еще тарелку отдать надо, – напомнил Тарас.

Я нахмурилась. Ребята к нам всей душой, а я к ним? Дурацкий характер.

– Ладно, подойдем вернуть миску и познакомимся. Но потом – сразу домой, сидеть с ними не будем.

Тарас отошел куда-то за деревья, видимо, по естественной потребности, а Маринка многозначительно покосилась в сторону наших соседей и прошептала:

– Зря ты так на Веронику крысилась. Она вон с парнем обжимается.

– Я не крысилась!

– Ага. Мысленно ее в пруду утопила!

– А чего она?

– Ничего она! Просто попросила помочь, проявила вежливость, ответила любезностью. Нормальная, вроде, деваха. Я не призываю тебя с ней гулять до утра и делиться тайнами, но можно же здороваться при встрече и интересоваться, как дела?

Тарас вышел из кустов, и я просто молча кивнула, чтобы замять разговор.

Солнце клонилось к закату, стало холодать. Мангал уже совсем прогорел и даже остыл. Я накинула на плечи ветровку.

– Может, пойдем уже?

Тарас высыпал остатки золы в старое кострище, а Маринка стала собирать вещи. Мясо и лаваши мы уже съели, остался только каремат, решетка да пара тарелок, поэтому уже через пять минут мы подошли к соседям с опустевшей плошкой.

Ребята смотрели на нас настороженно, но совсем не враждебно. Скорее, это был интерес. Как в зоопарке посетители смотрят на забавных сурикатов, так и на нас сейчас смотрели местные. Про себя я решила называть их именно так.

– Спасибо за угощение, – поблагодарил Тарас. Думаю, он был послан мне, чтобы вести переговоры с миром, потому что сейчас он улыбался за нас троих, сражая наповал всех присутствующих.

– И тебе спасибо, Прометей, – хохотнул невысокий светловолосый парень с короткой стрижкой. Наметившееся брюшко намекало на то, что ему уже за тридцать, но обаятельная улыбка меняла многое – молодой человек чертовски располагал к себе Он встал и протянул руку Тарасу:

– Артем. Это – моя сестра Настя.

Девушка, на которую он указал, куталась в большую куртку. Вещь явно принадлежала парню, сидящему с ней рядом. Настя, по всей видимости, тоже принадлежала ему, потому что он нежно обнимал ее, но, когда Тарас протянул ему руку, тоже встал, чуть не опрокинув Анастасию в костер.

– Роман!

Роман был красив, на мой взгляд. Чем-то он походил на Тараса – ростом, комплекцией и даже прической. Светлые слегка волнистые волосы делали его милым до слащавости, но мне это нравилось. Я всегда западала на симпатичные мордашки.

– Ярослав, – представился его сосед.

А вот Ярослав красотой не отличался. Бритая “под ноль” голова венчала слишком приземистое тело, лишний вес сосредоточился в районе объемного пуза, а слишком широкая нижняя челюсть делала его похожим на бульдога. Я даже немного пожалела нелепого мужика.

– Николай, – протянул руку следующий. Именно с ним и “обжималась” Вероника.

Этот был полной противоположностью Ярику. Высокий, подтянутый, с царственной осанкой. Даже через клетчатую рубашку было видно, какие у него красивые сильные руки. Жгучий брюнет с пронзительно-синими глазами и секусальной щетиной просто излучал страсть одним своим видом. Если бы мое сердце было свободно, то он непременно разбил бы его своей белозубой улыбкой.

Да, ревновала я напрасно. Вряд ли Веронике был интересен Тарас. Нет, мой парень тоже был невероятно хорош собой, но это был совсем другой тип обаяния.

– Денис, – представился последний молодой человек, маленького роста с очень пышной темной кудрявой шевелюрой. Во всей его внешности сквозило что-то цыганское. Отчего-то он мне сразу не понравился, хотя я редко судила людей по внешности. Его быстрые карие глаза бегали по нам, словно изучая, с какой стороны лучше откусить. Это напрягало.

Коротконогая полная девушка поднялась со своего места, обошла костер, подошла слишком близко, на мой взгляд, к Тарасу, и, глядя прямо ему в глаза, представилась:

– Евгения.

Видимо, только с Тарасом ей хотелось познакомиться, а мы не были достойны ее внимания. Если бы она была красива, как Вероника или блондинистая Анастасия с грудью “возьми-меня-прямо-тут” размера, то я, не задумываясь, бросила бы ее в костер.

Но она была всего лишь рыхлой серой мышкой, которой даже я могла дать фору. Поэтому я совершенно спокойно улыбнулась всем, кроме нее, и тоже представилась:

– Виталия.

– Красивое имя, – заметил кто-то из парней. Я формально поблагодарила в пространство и позволила выступить Маринке. Та одарила своим фирменным игривым взглядом парней и подмигнула девушкам, сразу же завоевав всеобщую симпатию.

Мы вежливо раскланялись с соседями, извинились за то, что не можем остаться и отправились домой.

На улице быстро темнело и холодало, а нам еще предстояло растопить печь, чтобы не превратиться в куски льда за ночь. Да и баньку стоило подтопить, чтобы немного освежиться перед сном.

– А если бы послушались меня, то пришли бы в тепленький дом, – зудела я по дороге.

– Или вызывали бы вертолет тушить лесной пожар. А сами прятались бы в озере от бушующего пламени.

– Зато вода прогрелась бы, – хмыкнул Тарас. – Как представлю, какая она холодная, аж яйца сжимаются. Ой, простите, девочки!

Маринка засмеялась, а я неодобрительно посмотрела на него. Яйца у него, видите ли, сжимаются! Пошел бы, Веронике своей рассказал об этом!