Кристина Агатова – Это фиаско, ботан (страница 2)

– Наверное, очень аккуратная бабулька живет, – восхитилась девушка. – Как у нее все четко, прямо глаз радуется.

С другой стороны поодаль стояла теплица. Не убогая и полуразрушенная, а совершенно новая, целая, укрытая блестящим на солнце поликарбонатом.

– Внуки постарались, по-любому, – постановила Лена. – Или дети. Не сама же она так выпендрилась… На пенсию, небось, не разбежишься.

И сам участок был раза в два больше чем тот, где нашла свое временное пристанище Лена.

Приглядевшись, Лена увидела, что забор на дальней половине участка немного отличается. Это все объясняло – бабулька выкупила оба участка. Очень удобно – и для газона место есть, и для грядок. И даже, кажется, для клумб.

Лена не была уверена, что это были клумбы, но ей очень хотелось на это надеяться. Ведь так приятно полюбоваться цветами, пусть они и на соседнем участке.

Впрочем, клумбы тоже подчинялись какому-то почти солдатскому порядку. Лене казалось, что они должны быть раскиданы по всему пространству огорода – то тут, то там. Однако здесь им просто выделили угол возле теплицы.

Наконец, вода вскипела, и Лена со вздохом поднялась на ноги.

Распахнув настежь все окна, Лена принялась их мыть.

В первую очередь она затащила тазик на чердак – там было всего одно окно, и начать стоило именно с него, чтобы закусить нелегкую долю капелькой дофамина, который обязательно выделится, как только окно будет отмыто.

Против ожидания, справилась она довольно быстро. Мыть оказалось чуточку сложнее, чем пластиковые профили, но здесь не обязательно было соблюдать осторожность – можно было плескать прямо из тазика ладонью, наблюдая, как грязь сама скатывается вниз на траву.

Заодно, пока было настроение, Лена прошлась мокрой тряпкой по всем горизонтальным поверхностям, смывая застарелую пыль. И под конец, совершенно довольная собой, набрала еще один таз чистой воды и вымыла пол.

На чердаке отчаянно запахло мокрым деревом. Это было точно лучше, чем затхлость и пыль.

Спускаясь с чердака, Лена мыла каждую ступеньку, отмечая, что вода все грязнее и грязнее. Но первые успехи определенно радовали.

Уже в хорошем настроении и почти забыв про усталость, Лена вымыла окна на первом этаже, сняла побитые временем занавески и затолкала их в мусорный пакет, безостановочно чихая от пыли, потом тщательно протерла везде, где смогла дотянуться. Даже в шкафу – каждую полочку, каждый ящичек.

И в самом конце, уже ближе к закату, она домыла пол. Сколько раз ей пришлось бегать к колонке и кипятить воду, она не считала.

Главное, что теперь в доме можно было жить, не рискуя задохнуться.

Она затащила коробку с раскладушкой, распаковала, убедилась, что временное спальное место довольно удобное, застелила чистой простыней, сверху бросила покрывало и небольшую ортопедическую подушку, которую привезла из города. Потому что побег побегом, а спать надо на удобном даже в таких экстремальных условиях.

И только тогда она вспомнила, что последний раз ела еще утром в городе. Пока стояла на вокзале в ожидании своей электрички. И это была не самая сытная и не самая полезная шаурма. Впрочем, и вредного ничего Лена в ней не видела.

Несмотря на все уверения в том, что такой едой питаться нельзя, девушка не могла понять, что именно в шаурме не так. Салат? Ложка соуса? Маленький лавашик? Да, пожалуй, лавашик нельзя назвать правильным питанием. А что тогда можно?

По крайней мере, это вкусно. И в тот момент ей было не до высокой кухни.

Сейчас она не отказалась бы и от шаурмы, и от котлеты с пюре, и от тарелки наваристого борща и даже, на худой конец, от пачки быстрой лапши.

Но ничего съестного она с собой не привезла. Просто не подумала. Не до того было.

Да и дополнительной пары рук, чтобы переть на себе еще и припасы, у нее не было.

И ведь на газовую плитку мозгов хватило, а на то, что на ней готовить – не хватило. Это раздражало сильнее всего. Хотя, голодную Лену раздражало все. Вообще все.

Не было даже чайного пакетика, чтобы заварить хотя бы его. Чтобы хотя бы не пить пустой кипяток.

Потому что пить пустой кипяток даже в ее скверном положении – тупо и грустно.

Внезапно откуда-то с задворок памяти поднялось воспоминание – молоденькие листочки смородины, залитые кипятком, источают волшебный аромат. Таким чаем хорошо запивать пирожки, жаренные в масле.

При мысли о пирожках желудок Лены заурчал. Пирожков не было и, судя по тому, что время было уже к десяти вечера, не предвиделось.

Но листочки смородины могли оказаться где-нибудь на участке. Потому что каждый уважающий себя деревенский житель, по мнению Лены, должен был выращивать смородину.

В сумерках Лена принялась бродить по участку и разглядывать то, что больше всего походило на кусты. Разумеется, первым же кустом оказалась сочная раскидистая крапива.

Вторым, к несчастью, тоже. Продвигаясь вдоль забора Лена только и успевала потирать руки, покрывающиеся волдырями.

Кусты смородины обнаружились в самом дальнем конце участка – за баней.

Баня! О ней Лена совершенно забыла. А ведь к вопросам гигиены она относилась довольно трепетно.

Однако город с рождения приучил ее к тому, что для того, чтобы помыться, нужно всего лишь открыть кран и отрегулировать температуру.

Теперь же она с ужасом смотрела на покосившуюся баню, заросшую пылью, и понимала, что в список дел добавился еще и поиск дров. А также все соответствующие мероприятия по набору и нагреву воды.

Таинственным образом голод отступил. И даже смородиновые листочки в руке уже перестали казаться такими уж нужными. Лена понесла их в дом, попутно вздыхая, как старая бабка.

На ночь стоит помыться. Особенно после такого напряженного трудового дня на жаре. Не ложиться же потной и пыльной в чистую постель.

Но топить баню было совершенно некстати, поэтому она снова взяла кастрюлю и пошла до колонки.

Глава 2

Утро наступило внезапно. Солнечный луч, передвигающийся по комнате, наконец, достиг Лениного лица и принялся безжалостно жарить прямо в глаз. Лена подвинулась, но через несколько минут луч снова достиг своей жертвы. Только стал еще жарче.

Девушка потянулась. Уставшая после вчерашних подвигов, она спала самым крепким сном, который был только возможен в последние дни.

Постоянная тревога, которая в городе не давала ей расслабиться, теперь отступила. Кому она здесь нужна? Да никому. Тут можно спать, можно жить, можно дышать.

И даже, что самое замечательное, можно работать. Просто работать, не отвлекаясь на ерунду. Хотя, ерунды и тут хватало – быт в деревне оказался далек от романтизированных представлений. Но интернет работал бесперебойно, электричество тоже, а тишина и покой дадут возможность даже… написать книгу.

Лена мечтала об этом с самого детства. Литература ее всегда привлекала. Сначала, как читателя-любителя, потом – как профессионала.

Именно поэтому она решила стать журналистом. Слово подчинялось ей. И ей это нравилось.

И нравилось расследовать загадочные дела.

Но то, к чему ее привел пытливый ум и шило в заднице – совсем не нравилось.

Однако, сейчас можно было выдохнуть. Войти в ритм загородной жизни, поймать сельский вайб и ухватить вдохновение за хвост.

Для начала следовало умыться. Лена прошлепала в комнату и включила горелку. Если пойдет такими темпами, то за баллонами придется ходить пару раз в неделю. Или брать сразу побольше.

И с водой следовало что-то решить. Вероятно – купить пару ведер, потому что постоянно носить воду в кастрюле можно целый день.

Еще надо было купить какую-то посуду, потому что та треснутая кружка, которая нашлась в доме, была явно слишком уставшей, чтобы годиться на постоянное применение.

И самое главное – надо было купить еды. Холодильника в доме, конечно, не было. То ли его тут не было никогда, то ли хозяева дома вывезли его, решив, что арендаторам такая бесполезная штуковина ни к чему.

Немного обнадеживало подполье – дверца в полу была как раз за печкой. Но как только Лена представила, что открывает это темное подземное царство, лезет туда и натыкается на полчища крыс или заросли плесени, как ее желание пользоваться этим “сервисом” мгновенно пропало.

В конце концов, существует тушенка, которую можно хранить абсолютно в любом месте. А немного мяса по желанию можно покупать в магазине у станции. Главное – съедать его в течение дня, а не экспериментировать.

Паштеты тоже можно хранить в комнате. Хлеб – тем более.

Питаться бутербродами Лена могла довольно долго. Ее больше заботило само наличие еды, нежели ее качество. Макароны, картошка, крупа – такое тоже вполне вписывалось в жизнь без холодильника.

Деньги пока были. Накопленной подушки безопасности должно было хватить на все лето, даже если не работать совсем. Не на шикарную жизнь, конечно, а на вполне скромную и земную. Но только где здесь эту шикарную жизнь вообще взять?

Лена привела себя в порядок, осмотрела лицо в помутневшее зеркало и осталась вполне довольна собой – для деревни лучше и не придумаешь. Ну, в самом деле, какой макияж? Кому его тут показывать? Да и смывать негде.

Лена надела кеды, отряхнула джинсовые шорты от невидимой пыли и вышла из дома. Знакомая уже дорога до магазинчика заняла не больше пятнадцати минут.

Внутри царила прохлада кондиционера, в противовес уличному зною. Продавщица скучала за прилавком – что-то листала в телефоне и периодически хихикала.