Кристианна Капли – Особенности межмирных отношений (страница 50)

— Порезался по неосторожности. Еще утром. Забей. Скоро заживет.

Сорша осторожно подула на порез (так всегда в детстве делала ей бабушка), а потом нежно коснулась его губами, чувствуя, исходящий от его кожи цветочный запах мыла. Поцелуй для скорейшего заживления. Эта была личная, только их с Дрейком традиция.

— Я звонила тебе, но ты не брал трубку.

— Был занят. Мы с Элис разрисовали стену. Смотри, — он указал в сторону, и Сорша, проследив за жестом, увидела в противоположном конце рисунок углем. Мужской силуэт, выполненный резкими штрихами. Он стоял, а с его рук срывалось такое же темное, как и он сам, пламя.

— Пыльнорук? — ей почему-то сразу пришел на ум персонаж книги «Чернильное Сердце». Это был любимый герой Дрейка.

— Да.

— Здорово вышло. Вы молодцы.

— Спасибо, — и довольный похвалой Князюшка зарылся лицом в мягкие волосы Сорши. — Так и о чем ты хотела со мной поговорить? Или просто так зашла? — промурлыкал, и девушка почувствовала, как ловкие пальцы Дрейка медленно расстегивают молнию платья на спине.

— Вообще-то поговорить, — и соскочила с его колен.

Если так дело пойдет дальше, то серьезный разговор вряд ли состоится. Сорша отошла на шаг, поправила волосы, Дрейк же с интересом на нее посмотрел.

— Что за тема?

— Помнишь, я подавала заявку на конкурс, который устраивал французский университет?

— Ну, что-то припоминаю… — пожал плечами Князюшка. — Какая разница? Это же давно было. Лучше иди сюда. Без одежды ты выглядишь намного лучше…

— Дрейк, я выиграла конкурс. И у меня есть возможность уехать на город в Париж. Учиться.

Он глянул на нее, из темных глаз пропали задорные искорки.

— Но ты же собираешься остаться в Мирте, не так ли?

Тут-то Сорша и помедлила с ответом.

— Не совсем, чтобы мне очень этого хотелось.

— Что? — словно бы не веря своим ушам, переспросил внук Князя. — Ты хочешь уехать? Не ты ли мне тогда сказала, что это просто-напросто попытка проверить себя на знание французского?

— Не кричи, пожалуйста. Да я так сказала. И я так думала, пока… — сделала неопределенный жест рукой, — пока не выиграла. Мне хочется в Париж. Очень хочется.

— Здорово, — он тоже вскочил на ноги, скрестил руки на груди. — Просто здорово. Ты с самого начала надеялась на победу, не надо делать вид, будто удивлена, — потер лицо. — И сколько будет длиться твоя «неожиданная» учеба?

— Год.

— Год?! — он выглядел совсем растерянным. — Что тебя дома не устраивает? У нас французов дофига приезжает отдыхать. Потрынди с ними. А если хочешь попробовать лягушачьи лапки, то могу отвести тебя во французский ресторан. Какой еще год? Ты с ума сошла?

— Я так и знала, что будет именно такая реакция…

— А какой она еще должна быть, черт побери?! — всплеснул руками Дрейк. На смену растерянности пришли обида и негодование. — Сначала ты говоришь, что победа для тебя неважна, ты хочешь просто участвовать. А внезапно я узнаю, что моя девушка дьявольски хочет свалить в чужой мир на годик-другой. Может ты что-то еще хочешь мне сказать, Сорша? А?

— Я не собираюсь уезжать на всю жизнь, Дрейк, — холодно отчеканила Сорша. — Это всего лишь год. Я приеду и все станет как прежде.

— Всего лишь год, — передразнил Дрейк Соршу, и та дернулась от его резкого тона, как от пощечины. — Мне ты нужна здесь. Сейчас. В этом городе, в этом мире. Ты могла бы еще перед самым отъездом сказать! Ой, Дрейк, знаешь, а я тут в Париж на год уезжаю. Пока, милый. Не скучай.

— Посмотри на себя со стороны. Всякая охота делиться новостями отпадает.

Дрейк опустился на свое место. Стал нетерпеливо постукивать пальцами по деревянной поверхности ящика.

В какой-то момент Сорша почувствовала стыд. Все-таки правда есть в его словах. Она говорила, что участвует не ради победы… А просто так, ради самого участия. И обманула. И его, и себя заодно.

— Это всего лишь год, Дрейк. Время пролетит незаметно.

Он не стал смотреть на нее, разглядывая свою татуировку на руке. Потом же как-то странно усмехнулся.

— Для тебя может и просто год… Тебе так надоел наш город, Сорша? Тебя так надоел я, что ты решила смотаться куда подальше?

— Ты же знаешь, что нет. Не надоел. Мне просто надо сменить обстановку… Увидеть еще что-то, кроме Мирте. Дрейк, мы будем списываться, созваниваться. Я не пропаду. Буду приезжать на каникулы.

Его такая идея не особо воодушевила.

— Этого мало, Сорша… Ты думаешь, наши отношения выдержат год на расстоянии?

Вопрос выбил ее из колеи. Такого она никак не ожидала.

— Конечно. А ты так не думаешь?

Он ничего не ответил. Только неопределенно пожал плечами. Потом достал из кармана телефон и принялся рассеянно вертеть его в руках.

— Хочешь, езжай, — отмахнулся. — Хоть на Антарктиду, учить пингвинов грамоте. Мое мнение судя по всему никакого значения не имеют, как и я сам. Так, что спасибо, что хотя бы сообщила. А теперь извини, мне надо закончить работу, — и когда Сорша не сдвинулась с места, — добавил. — В одиночестве.

Сейчас намек дошел. Она подобрала сброшенную на пол сумочку, перекинула ремешок через плечо. И направилась к выходу. Как-то раз остановилась, обернулась, хотела было что-то сказать, но передумала.

**************

Ровно без десяти шесть я зашла в «Комедию». По сути ведь, Демиан сказал правду, мы давно не выбирались в свет. Жуткий (чего уж тут стесняться) быт затянул нас с клыкастым, прямо, как трясина. Для такого особого случая я приоделась в свое любимое зеленое платье и даже попыталась уложить волосы. В общем, красота неземная.

Зашла в кафе, медленно прошла к стойке, за которой стоял мой милый. Улыбнулась клыкастому, опустилась на привычное место … И поймала на себе тяжелый взгляд Демиана, протирающего влажной тряпкой поверхность стола.

— Какой ты мрачный, — тогда я подумала, что он устал на работе и все клиенты сидят у Деми уже в печенках. — Работы выдалось много?

— Нет, не очень много, — он отложил тряпку и остановился напротив меня. — Лена, когда мы вчера поссорились, ты ведь сразу поехала к родителям, так?

Под его испытывающим взглядом я медленно кивнула. Так, что-то мне не нравится такой поворот. Очень не нравится.

— И ни к кому больше не заезжала?

— Демиан, к чему этот допрос?

Он неопределенно повел плечами.

— Да вот, как-то не складывается… Если ты сразу поехала к предкам, то почему Том попросил передать тебе шарф, который ты вчера, якобы забыла у него в квартире? — и с этими словами выложил и доказательство — мой шелковый платочек, который Марк привез сестре в подарок из Италии.

Черт.

Я не могла его найти сегодня и подумала, что Сорша или мама забрали его. У обеих идиотская привычка брать чужие вещи без спроса. А оказывается, я посеяла его у Томаса…

Вместо того, чтобы объясниться, я ляпнула.

— Том заходил сегодня?

Судя по выражению лица Демиан ожидал моих оправданий, но уж никак не распросов.

— Да. Буквально пару часов назад. Поинтересовался также, как ты вчера добралась? А то, цитирую, из моего района отходит всего два автобуса в такое позднее время.

Томас… Вот удружил…

Я молчала.

Демиан с несвойственным ему терпением ждал ответа. И знаете, это было самое худшее. Это же клыкастый, он должен кричать, топать ногами, обижаться … Но не спокойно переставлять стаканы с места на место, поглядывая на меня краем глаза.

— Да. Я была у Тома, но недолго. Всего час, может полтора. Мы поговорили, а потом я поехала к родителям. Вот и вся история. Тебе не сказала, потому что знаю, чем это может закончится.

— И чем же?

От холодного тона Демиана мне буквально сделалось дурно. Не к добру все это. Совершенно не узнаю клыкастого.

— Скандалом. Дракой. Чем угодно. В прошлый раз все именно так и было.

При упоминании драки с Томом Деми поджал губы. Он опустил глаза, разглядывая что-то. Потом же проговорил.