Кристиан Жак – Закон пустыни (страница 23)

— Негостеприимный я хозяин. Не хотите попробовать мои пирожные в форме пирамидок с начинкой из фиников?

— Я не люблю сладкого.

— Но вы же любите жизнь, вы принимаете ее во всей полноте! Мы были бы великолепной парой. Пазаир вас не стоит, вы это знаете; он недолго пробудет старшим судьей, и вы снова впадете в бедность.

— Разве богатство необходимо?

— Бедный врач не может быть успешным.

— Но ведь ваши деньги не избавляют вас от страданий?

— У меня опухоль в груди.

— Это можно вылечить. Чтобы успокоить боль, я советую примочки из сока смоковницы, взятого в начале весны, до плодоношения.

— Прекрасный рецепт. Вы искусный врачеватель.

— Но операции не избежать. Я бы сделала надрез с помощью заостренного тростника, сняла опухоль теплом и прижгла рану ланцетом.

— Это было бы правильно, если бы мой организм смог выдержать хирургическое вмешательство.

— Вы до такой степени ослабели?

— Мои дни сочтены. Поэтому я отослал близких и слуг. Все меня раздражают. Какая, должно быть, неразбериха царит во дворце. В мое отсутствие никто не способен проявить инициативу. Глупцы, которые смотрят на меня, открыв рот, и совершенно теряются в мое отсутствие. Какая жалкая комедия… Ваше появление скрасит мою агонию.

— Могу я прослушать вас?

— Если вас это развлечет.

Она слышала голос его сердца, слабый и неритмичный. Небамон не лгал. Он был тяжело болен. Он лежал тихо, вдыхая запах духов Нефрет, ощущая нежное прикосновение ее руки на своей коже и ее уха на своей груди. Он отдал бы целую вечность, лишь бы продлить эти мгновения. Увы, у него в запасе не было вечности; наступал час последнего суда: на его пороге стояла смерть.

Нефрет отстранилась:

— Кто лечил вас?

— Я сам, знаменитый старший лекарь египетского царства!

— Каким образом?

— Не презирайте меня. Я ненавижу сам себя, потому что неспособен внушить вам любовь. Мое существование было скучной чередой успехов, лжи и мерзостей, и в нем не было вас, вашего лица, не было страсти, которая бы нас сблизила. Я умираю без вас.

— Я не могу вас так оставить.

— Отбросьте сомнения, используйте этот шанс! Если я поднимусь, то превращусь в хищника, буду преследовать Пазаира и попытаюсь завладеть вами.

— Больному надо помочь.

— Вы берете на себя эту роль?

— В Мемфисе много отличных практикующих врачей.

— Нет. Вы и никто другой.

— Не будьте ребенком.

— Если бы не Пазаир, вы полюбили бы меня?

— Вы знаете ответ.

— Солгите, умоляю вас!

— Сегодня же вечером вернутся ваши слуги. Я пропишу вам легкое меню.

Небамон поднялся:

— Клянусь, что я не участвовал ни в каких заговорах, которые так волнуют вашего мужа. Мне ничего не известно ни об убийстве Беранира, ни о смерти ветеранов, ни о происках Ашера. Единственной моей целью было отправить Пазаира на каторгу и вынудить вас выйти за меня замуж. Другая жена мне не нужна.

— Не следует ли вам отказаться от того, что получить невозможно?

— Обстоятельства еще переменятся, уверяю вас.

16

Пантера ласкала грудь Сути и таяла от счастья. Они только что предавались любви; ее любовник был напорист, как мощный паводок, и нетерпелив, как валы, которые он бросает на скалы.

— Почему ты такой мрачный?

— Да так, мелкие неприятности.

— Ходят разные слухи.

— О чем?

— О Рамсесе Великом. Некоторые утверждают, что счастье отвернулось от него. В прошлом месяце был пожар в порту; произошло несколько несчастных случаев на реке; молния расщепила пополам большую акацию.

— Это глупости.

— Для многих твоих соотечественников — нет. Они уверены, что магическая сила фараона истощается.

— Подумаешь, важность! Он устроит праздник возрождения, и народ станет вопить от радости.

— Чего он ждет?

— Рамсес умеет совершать нужные действия в нужный момент.

— А твои неприятности?

— Говорю тебе, пустяки.

— Женщина.

— Я веду следствие.

— Чего она хочет?

— Я вынужден…

— Законный брак, со всеми вытекающими последствиями! Иначе говоря, ты меня бросаешь!

В гневе светловолосая ливийка разбила несколько глиняных кружек и разодрала на части соломенный стул.

— Какая она из себя? Высокая, низенькая, молодая, старая?

— Маленькая, черноволосая, не такая красивая, как ты.

— Богатая?

— Конечно.

— Я тебя больше не устраиваю, у меня нет денег! Твоя шлюха-блондинка больше тебя не забавляет, тебе захотелось иметь добропорядочную и богатую жену-брюнетку!

— Мне необходимо узнать у нее кое-что очень важное.

— И ты вынужден жениться?

— Это же простая формальность.

— А я?