Кристиан Жак – Ночь скорпиона (страница 54)

Получив в свое распоряжение магический огонь, Лев обретет могущество, которое и не снилось его противникам…

Обосновавшись в Нехене, Энки приказал чибисам покинуть город. Отныне доступ в него был разрешен только шумерам. Когда все следы грабежей и разгула были ликвидированы, генерал приказал обустроить для обитателей города удобные жилища. И только выбирая дом для Гильгамеша, он понял, что тог пропал.

В ту же секунду офицеры получили приказ срочно разыскать художника, ведь он мог погибнуть в бою или получить тяжелое ранение. Но ведь Гильгамеш не умел сражаться и старался держаться подальше от поля битвы! Невзирая на свое отвращение к войнам, Гильгамеш обладал многими качествами, которые Энки очень ценил.

Когда шумеры уже будут полновластными правителями страны, генерал рассчитывал поручить художнику важную миссию: используя свои таланты, придать Нехену новый облик, воздвигнуть монументы, подобные тем, что были уничтожены наводнением на родной земле. Энки представлял себе новые огромные лестницы и храмы с террасами, построенные из кирпича-сырца. Гильгамеш украсит их фресками и статуями, и его мастерство, наравне с силой шумерского оружия, преобразит эти земли. Жизнь чибисов изменится, они во всем станут руководствоваться шумерскими законами и обычаями…

Только теперь генерал полностью осознал, какое место занимал Гильгамеш в его планах покорения этой страны. Без Гильгамеша Энки останется в памяти людей лишь как талантливый военачальник, одержавший громкую победу.

Офицеры вернулись с докладом.

Гильгамеш пропал бесследно. Удалось выяснить только од-ну удручающую подробность: какой-то копейщик видел молодого художника недалеко от пролома в стене, через который бежал из города клан Быка.

Поскольку тела его не обнаружили, оставалось предположить, что Гильгамеш похищен и теперь в плену. И это пленение наверняка окажется недолговременным. Побежденные как следует помучают его перед смертью, а истерзанный труп бросят стервятникам.

Разозленный Энки решил, что жестоко отомстит покоренным жителям страны за это убийство.

Пока генерал размышлял о том, как ему реагировать на исчезновение Гильгамеша, помощник привел к нему перепуганных Слабака и Прожору.

— Генерал, случилось ужасное несчастье! — воскликнул первый. — Лев и его солдаты перебили наших и сбежали!

— Я это предвидел.

Оба чибиса остолбенели от изумления.

— Я… я не понимаю, — пробормотал Слабак.

— Если бы я хотел помешать Льву бежать, я поручил бы стеречь его шумерам. Я знал, что ваши соплеменники не смогут дать отпор стае львиц. Конечно же я не думал, что у Льва хватит ума смириться и подчиниться мне. Так и получилось: он не внял голосу рассудка, для него важнее всего оказалась независимость. Жалкие остатки его клана умрут от голода и жажды.

Слабак и Прожора вздохнули с облегчением: новый хозяин страны не был настроен карать их за недосмотр.

— Вы — хорошие слуги, — заметил Энки.

— Приказывай, и мы все исполним! — с воодушевлением заявил Прожора.

Генерал посмотрел вдаль.

— Предатель будет предавать снова и снова, — сказал он. — Вы служили Льву, но покинули его, а завтра поднимете чибисов против меня.

— Нет! Клянусь тебе, нет! — вскричал Прожора.

— Вы мне больше не нужны. Вам нет места в новом мире, который построят здесь шумеры.

Чибисы попятились.

— Мы… мы еще пригодимся тебе! — попытался возразить Слабак.

— Нет. Теперь вы мне будете только мешать.

Солдаты схватили несчастных и связали их, а потом, подгоняя пинками, вывели из Нехена.

При виде двух вбитых в землю кольев с заостренными концами Слабак и Прожора разрыдались.

53

— Хватит!

Скорпион отодвинулся от Ирис, нежно массировавшей ему ногу.

Рывком он вскочил и с удовлетворением отметил, что может идти.

— Аистиха сказала, что тебе нужно лежать!

— Мне нужны свежий воздух и движение!

Прихрамывая, он вышел из хижины, в которой две его возлюбленных и пожилая целительница, сменяя друг друга, старательно за ним ухаживали.

Выполняя распоряжения Нармера, члены клана Быка привели заброшенное поселение в порядок. Всем было предписано строго соблюдать правила гигиены, все ели вдоволь, не исключая и шумерского пленника. Скорпион настоял на том, чтобы Гильгамеш оставался привязанным к столбу день и ночь, и бедный художник с ужасом представлял, какие муки и пытки его ждут.

Увидев, что к нему направляется сам Скорпион, юноша задрожал от страха. Он уже почти смирился со своим положением пленника и надеялся, что со временем о нем просто забудут.

Скорпион развязал ему руки и протянул чашу с вином.

— Старик говорит, что оно прекрасное, а он знает толк в вине!

Гильгамеш медленно осушил чашу, любуясь против воли диковатой красотой своего собеседника. Но не кроется ли за этой неожиданной любезностью коварство?

— Что ты умеешь делать, Гильгамеш?

— Рисовать мелом и красками, лепить из глины…

— Владеешь оружием?

— На это я не способен. Я ненавижу войну.

— Но ведь ты — солдат шумерской армии!

— Я не солдат! Я — друг генерала Энки! Когда наводнение разрушило нашу страну, он собрал тех, кто уцелел, и решил перейти через пустыню и завоевать богатые земли, где нет природных бедствий. Путь был очень труден, и многие наши умерли. Только благодаря упорству нашего генерала мы дошли до цели. Сто раз мы хотели бросить в пустыне тяжелый груз, казавшийся бесполезным, — части разборных лодок, которые Энки считал главным нашим богатством. И он оказался прав! Имея лодки, мы можем теперь спокойно плавать по реке, и благодаря им мы захватили Нехен.

— Каковы планы твоего повелителя?

— Он намеревается создать новый Шумер, такой же величественный, как и разрушенный, привить местным наши обычаи, заставить исполнять наши законы. Чибисам первым придется смириться с новыми порядками, и они станут нашими рабами. Вот! Теперь я все сказал!

Скорпион поморщился.

— Честно говоря, не слишком много я от тебя узнал. Зачем кормить бесполезный рот, тем более рот врага?

— Я… я еще кое-что знаю!

— Говори!

Гильгамеш сообщил точное количество лодок и солдат, описал, какое у них есть оружие и какой тактики боя они обычно придерживаются.

— Уже лучше! — заметил Скорпион. — А из какого металла они делают свои мечи?

— Это сплав двух металлов — меди и олова, которые добывают в копях специально обученные рабочие. И этот сплав называется бронза.

— Научи меня вашей письменности!

Для Гильгамеша было удовольствием чертить на песке символы и объяснять их значение человеку, оказавшемуся на удивление одаренным. Несколько уроков — и он овладеет всеми тонкостями клинописи, шумерской письменности.

— У генерала Энки есть жена и дети?

— Они умерли во время наводнения, и это стало для него тяжелым ударом. Теперь он думает только об одном — восстановить былое могущество своего народа и дать ему новые земли.

— У него есть друзья и близкие?

— Скажу не хвалясь: я — единственный, кто может говорить с ним откровенно.

— Что ж, я это учту.

Услышав это, Гильгамеш обрадовался:

— Значит, ты не убьешь меня?

— Какое божество покровительствует Энки?

— Великая Богиня Шумера, ласковая и в то же время жестокая. Она держит на расстоянии его врагов, а самому генералу дает силы победить.