Кристиан Монтаг – Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу (страница 50)
Начнем с того, что подготовка научной работы делится на несколько этапов. Сначала идет планирование, в ходе которого ученый обдумывает предмет исследования. Учитывая уже имеющиеся знания по заданной теме, он определяет круг неизученных вопросов и разрабатывает структуру исследования, чтобы заполнить существующие пробелы. Затем – в идеальной ситуации – ученый регистрирует свое исследование в онлайн-репозитории, таком как Open Science Framework, подробно описывая исследовательский вопрос, гипотезы и структуру работы в соответствии с последними рекомендациями. Позже заинтересованные читатели научной работы и прежде всего рецензенты смогут просмотреть представленные в онлайн-репозитории данные. Поскольку изменить однажды опубликованную там информацию уже невозможно, будет легко проверить, придерживался ли ученый своего проекта как при сборе данных, так и при их анализе. Затем ученый пишет статью, в которой излагает свои выводы, и представляет ее в научный журнал. При этом редактор сначала проверяет, соответствует ли данная работа теме научного журнала и, следовательно, представляет ли она потенциальный интерес для читателей. После преодоления первого барьера редактор журнала обычно направляет научную статью как минимум двум рецензентам для проверки. Среди прочего, они обращают внимание на то, насколько сбалансированно, по их мнению, сделан обзор литературы, нет ли ошибок в структуре исследования, корректны ли статистический анализ и интерпретация данных. Затем рецензенты сообщают редактору свои мнения, независимо друг от друга. Статья вполне может быть отклонена (например, из-за грубых нарушений) или отправлена на доработку, косметическую или фундаментальную. Иногда все этапы процесса приходится проходить по несколько раз, прежде чем редактор примет окончательное решение о публикации.
Описанный здесь процесс требует невероятных затрат ресурсов и времени. Рецензенты работают бесплатно. Я сам уже не смогу сосчитать, какую часть жизни потратил на просмотр статей по выходным и после работы. Это своего рода волонтерство. Как ученый вы берете на себя эту почетную обязанность, потому что сами подаете статьи в журналы и кто-то, в свою очередь, рецензирует их, тратя собственное время и силы[590].
В целом, этот процесс всегда вызывал споры среди ученых. Наверное, каждый сталкивался с тем, что его статью оценили несправедливо: либо потому, что рецензент толком не ознакомился с ее содержанием, либо по каким-то иным причинам. Иногда этот процесс не вполне обезличен: хотя рецензенты сохраняют анонимность при оценке работ, в отдельных журналах можно легко понять, кто именно писал рецензию. А если некоторые рабочие коллективы ученых не расположены друг к другу, может возникнуть конфликт интересов… В общем, без человеческих слабостей не обходится, но по своему опыту могу сказать, что в подавляющем большинстве случаев мои работы только выигрывали от вдумчивых и хороших рецензий. Я имею в виду, что всегда полезно получить отзыв со стороны. То же самое, конечно, относится и к публикациям вне академических кругов, не так ли?
На самом деле сложную систему экспертной оценки в науке вряд ли возможно воспроизвести в других сферах. Тем не менее мне все же интересно, можно ли хотя бы частично позаимствовать элементы рецензирования для оценки других форм выражения мнения в СМИ. Например, ежедневные газеты могли бы при публикации важных текстов в дополнение к автору указывать и журналиста-фактчекера, который все проверил и готов поручиться своим добрым именем за достоверность представленной информации. В некоторых журналах, например в серии
Кстати: хороший пример очень успешной платформы мирового масштаба, где дезинформацию чаще всего оперативно удаляют, – это Википедия. Слово «wiki» возвращает нас на Гавайи: на местном наречии оно означает «быстрый», то есть Википедия – буквально «быстрая энциклопедия». Она начала свою работу немногим больше 20 лет назад (в январе 2001 года). Каждое изменение в статье проверяется добровольным модератором контента. Удивительно, что, несмотря на невероятное количество материалов – более 53 миллионов страниц к 2020 году[592], [593], – объем правдивой информации на этом сайте держится на очень высоком уровне. Как сообщается в авторитетном научном журнале
Вот еще одна идея, как бороться с дезинформацией в социальных сетях: можно настроить алгоритмы таким образом, чтобы широкое распространение (например, более чем в десяти новостных лентах) получали только новости, получившие пометку о достоверности не менее чем от трех человек с хорошей репутацией[595] за пределами собственного узкого круга общения. В любом случае важно снизить масштаб распространения фейковых новостей. И здесь нам тоже может помочь простая процедура рецензирования.
Есть расхожая байка, что зрителей кинотеатров в 1950-х годах соблазняли покупать колу и попкорн при помощи рекламы, воздействуя на их подсознание. Говорят, что посетителям показывали сообщение «Ешь попкорн и пей кока-колу!», оказывая на них сублиминальное, то есть подсознательное воздействие. Послание якобы мелькало на экране кинотеатра настолько быстро, что зрители воспринимали его неосознанно. Из экспериментов с праймингом[596] в психологии хорошо известно, что мозг реципиента может обрабатывать сублиминально представленные сообщения, например в том же кинотеатре. Но неужели кто-то и в самом деле пойдет покупать попкорн? Скорее всего, нет[597]. После того как пошли слухи о подобной рекламе в кино и стали появляться новости о соответствующих психологических экспериментах, многих охватила паника: если человека действительно можно подсознательно заставить купить колу, страшно представить, что будет дальше. Потребители боятся манипуляций. Они боятся, что ими воспользуются и заставят сделать то, чего они, возможно, не хотели бы.
А как обстоит дело с манипулированием человеческим сознанием сегодня, 60 лет спустя, в цифровую эпоху? В эпоху, когда технологические компании проглатывают нас целиком – в виде массивов данных? Раз вы дочитали до этого места, значит, вам знакомо уже множество тревожных примеров (но не будем поддаваться панике). На данный момент исследования показывают, что по крайней мере некоторые человеческие качества можно относительно точно оценить на основе цифровых следов. Вполне логично предположить, что существует определенный риск злоупотребления этими данными. Особенно опасной выглядит перспектива прицельного воздействия на конкретные группы людей. Как я уже упоминал в главе 4, мы пока не знаем, как сильно микротаргетинг влияет на пользователей, – возможности независимых исследователей оценить это эмпирически весьма ограниченны.
Все это подводит меня к вопросу об ответственности представителей широкого круга профессий – от маркетологов до программистов. Хотелось бы задать им несколько вопросов, например: приемлемо ли вообще рекламировать определенные продукты (сигареты или, скажем, праворадикальную партию)? Уместна ли с моральной точки зрения попытка таргетировать детскую аудиторию (через Facebook Kids[598] или Instagram Kids[599])? По каким каналам проходит реклама и можно ли гарантировать, что потенциальный потребитель сможет отличить рекламное сообщение от обычного поста?
Разоблачитель Кристофер Уайли предложил в своей книге «Mindf*ck» неплохую аналогию для ответа на вопрос об ответственности, которую несут разработчики приложений соцсетей. Он пишет, что к ним стоит предъявлять такие же требования, как к архитектору и спроектированному им зданию. Если дом рушится, за недочеты в проектировании отвечает архитектор. А кто будет нести ответственность, если рухнет «здание» социальных сетей? Иными словами, речь идет о профессиональной этике упомянутых выше специалистов. Этика – в первую очередь научная дисциплина, предметом изучения которой являются правильные действия. Нужно ли закреплять в профессиональном «кодексе» разработчиков приложений принципы этичного дизайна? Думаю, да. К слову, уже высказываются дельные предложения, которые следует принять во внимание разработчикам.
Пирамида на рисунке 9.5 показывает, насколько важно учитывать базовые права пользователей при разработке приложений. Технологии должны работать таким образом, чтобы сглаживать социальное неравенство и уважать права индивида. Кроме того, необходимо помнить, что время – это бесценный ресурс, а значит, приложения не должны воровать его у нас; напротив, их дизайн должен быть функциональным, практичным и надежным. А уважение к пользователю заключается, в конце концов, еще и в том, чтобы ему самому было приятно пользоваться приложением. Если мы взглянем на большинство современных социальных сетей или приложений с freemium-играми и применим к ним отраженные в пирамиде критерии, то поймем, что там есть что улучшать.