Кристи Кострова – Встреча выпускников магической академии (страница 4)
Я пронеслась по холлу с высокими колоннами и купольным потолком, остановилась ненадолго у подножия лестницы и протерла запотевшие очки. В этот момент рядом, едва не задев лицо, пролетело что-то легкое и небольшое. Водрузив очки на нос, я присмотрелась: у ног лежал смятый в ком лист, вырванный из тетради. Чуть выше, на первом из пролетов круговой лестницы, стояла компания Дилана и горячо что-то обсуждала. Меня они не заметили.
Поколебавшись, я неуверенно расправила смятый лист с чужой контрольной по алхимии. Кое-где чернила расплылись, будто их пытались вытравить магией, но я все равно прочитала фамилию Дилана и разглядела оценку с припиской нашей преподавательницы: «Три балла из десяти, Норк. Займитесь учебой, мое терпение не безгранично».
Я вновь вскинула голову и прищурилась. Дилан, стоящий у витых перил, скрестил руки на груди и мрачно глядел куда-то в даль. Широкие плечи поникли, а мужественная челюсть, которой восхищалась половина академии (половина ее женской части, во всяком случае) напряглась. Его дружки, которых и я, и другие за глаза называли, подпевалами, что-то оживленно ему втолковывали.
Я перекинула сумку с учебниками с одного плеча на другое, и, держа в ладони лист с контрольной, принялась подниматься по высоким ступеням. Мне навстречу неслись студенты, и этот поток напоминал стадо буйволов, бегущих на водопой. Приходилось лавировать в этом хаосе, поэтому до Дилана и его компании я добралась не сразу. Сначала до меня донеслись голоса его дружков:
— Да эта мымра исключит тебя, к пророку не ходи!
— Дилан, бро, тебе надо что-то делать.
— Реально! Экзамен уже через два месяца.
На слове «экзамен» я замедлила шаг и позволила обогнать себя паре первокурсников (их легко было вычислить по форме, необходимость носить которую более взрослые студенты игнорировали). Что-то, возможно, надежда, шевельнулась в душе и заставила призадуматься. Мысли в панике замелькали, быстро сменяя одна другую. Прежде чем я успела все обдумать, ноги сами принесли меня к перилам, возле которых стояла компания Дилана.
— Чего тебе, Хоуп? — раздраженно бросил Энтони, самый задиристый из всех них. – Перепутала нас с кем-то?
Мы с Энтони учились в одной группе, так что мое имя он знал. А вот Дилан, хоть и был с нами на одном факультете, но выбрал другую специализацию, потому мы виделись с ним лишь на общих парах, таких как алхимия.
— Я бы сказал с друзьями, — фыркнул второй подпевала, Марк. Он тряхнул фиолетовой челкой, томно падающей ему на глаза, и добавил: — А, погоди, у нее и друзей-то нет, не с кем перепутать!
Взрыв мужского смеха почти оглушил и заставил втянуть голову в плечи. Но на чистом упрямстве я протянула Дилану подобранный лист с контрольной.
— Это твое, — негромко проговорила я.
Дилан, молчавший все это время и даже проигнорировавший выпад своих дружков, забрал у меня смятый ком бумаги. Его пальцы коснулись моих, и по спине пробежала мурашки, а в животе будто бабочки запорхали.
— Да зачем он мне, — буркнул Дилан. — Зря подобрала.
Замахнувшись, он хотел снова отправить в полет письменное свидетельство его неудачи, но не успел.
— Я могу помочь.
Дилан резко обернулся. Его вытянутая рука все еще сжимала бумажный ком, так и не доведя пасс до конца.
— Ты?
На мне скрестились четыре шокированных мужских взгляда. Я торопливо, будто слова жгли язык, выпалила:
— Мой средний балл по алхимии — девять с половиной. Я одна из лучших на курсе. Дилан переглянулся с дружками. Повисла короткая пауза, которую прервал Энтони:
— Ну, вообще-то, эта мышь говорит правду.
Я радостно кивнула. Сумка с учебниками соскользнула с плеча и упала. По каменному полу рассыпались цветные ручки, тетрадки, стикеры и шоколадные батончики. Краска бросилась в лицо (наверняка сделав мои прыщи еще более заметными). Я присела на корточки и принялась собирать свои вещи. Почти сразу на мое запястье легли теплые мужские пальцы. Такие изящные, что я сразу догадалась, кто их обладатель.
— Правда, поможешь? Натаскаешь меня по алхимии, чтобы я не завалил экзамен?
Дилан, тоже опустившийся на корточки, впервые в жизни смотрел на меня, а не сквозь меня. От его близости (или, возможно, аромата его духов) кружилась голова. Сердце застучало, как бешеное. С трудом веря в свое счастье, я снова кивнула.
Красивое лицо Дилана с идеально очерченными скулами осветила искренняя улыбка, посланная мне одной:
— Ты спасла меня, Хоуп. Я твой должник.
Глава 4.1
Да это же Эви… Моя Эви!
Мое сердце забилось быстрее, а взгляд прилип к ее стройной фигуре. В этом зеленом платье и на каблуках Эви выглядела невероятно обольстительно. На ключицах переливались узоры: они то спускались в ложбинку декольте, то поднимались выше, привлекая внимание к длинной шее.
Движения Эви были плавными и соблазнительными, от подростковой угловатости не осталось и следа. Поглоти меня тьма, она шагала так, что все присутствующие в зале торжеств мужчины сворачивали головы. Стоит ей поманить пальцем, выстроится очередь из желающих позвать на свидание.
Волосы Эви гордо сияли красным, и я улыбнулся. Никогда не сомневался, что она добьется своего. Теперь от Эви веяло уверенностью, но я все еще видел в ней ту девчонку, с которой мы дружили все шесть курсов. Или надеялся на это?
— Какая красивая! — выдохнул Тео, успевший подойти к нашему столу.
Держа в руках бокал с бурбоном, он растянул губы в улыбке. Кэсси, сидящая на другой стороне стола, фыркнула и сложила руки на груди. Несколько фиолетовых прядей выбилось из ее хвоста на затылке, и она раздраженно заправила их за ухо.
Тео выгнул бровь.
— Ревнуешь?
— Отвали, — огрызнулась Кэсси.
Их перепалка набирала обороты, но меня отвлек прокатившийся по залу шепот.
— Кто эта девушка?
— Может, она не с нашего курса? — предположил Кевин.
Я обернулся к приятелю, не веря своим ушам. Неужели они действительно не узнали Эви? Ну да, сейчас она выглядела куда ярче. Но фактически все изменения затронули цвет волос, макияж и одежду. Сюзи, что сидела за другим столом, например, переделала нос, но что-то я не заметил, чтобы ее не узнавали.
— Это Эви. Эви Хоуп, — не выдержал я.
На мгновение повисла тишина, а потом шепотки разнесли мои слова от одного стола к другому.
— Ничего себе! — присвистнул здоровяк, имени которого я не помнил. — Я бы за ней приударил.
Эта мысль пришла в голову не только ему. К тому моменту, когда я направился к Эви, к ней навстречу ручейком стекались мужчины. В моей душе вспыхнула ревность, чему я изрядно удивился. У меня не было никакого права ревновать Эви. Да у меня вообще никаких прав не осталось!
Как бы я не торопился, отвлекшись на Тео и Кэсси с их семейной драмой, я потерял время. Впереди всех оказался Дилан Норк — первый красавчик нашего курса. Странно, что скрип моих зубов не заглушил играющую в зале музыку.
Дилан первым протянул Эви руку, и та, немного поколебавшись, вложила свою ладонь. От этой картинки в груди стало тесно, а в крови пробудилась магия. Вот ведь… козлоухий жабоед. Он весь последний курс пудрил Эви мозги, и теперь снова взялся за старое?
— Эви? — Дилан окинул Эви оценивающим взглядом и улыбнулся.
В общежитии мы с Диланом жили на одном этаже — слава Свету, не в одной комнате! Я не раз замечал, как очередная девчонка, которой он утром улыбнулся в столовой, прокрадывалась в его спальню. Десять лет прошло, а у него все те же методы?
Я уже шагнул вперед, как вдруг Эви сказала:
— Теперь я предпочитаю Эвелин. Эвелин Беккер.
От ее слов внутри что-то оборвалось, и мое тело окаменело. Все эти годы мне не приходило в голову, что Эви могла выйти замуж. Когда мы говорили о будущем, она всегда мечтала о головокружительной карьере. Никакого мужа и детей в ее планах не было.
Или?..
Глава 4.2
Призывная улыбка Дилана нисколько не побледнела, будто это обстоятельство его не волновало. Второй ладонью он зачесал назад слегка поредевшие волосы, как я со злорадством отметил, и спросил:
— Ты вышла замуж, Эви? Надеюсь, этот счастливчик понимает, какой бриллиант ему достался?
Кажется, его вопрос застал Эви врасплох. Она слегка нахмурилась и не без усилия выдернулся руку из хватки Дилана.
— Нет, я просто сменила фамилию.
Облегчение, которое я испытал, оказалось таким сильным, что я не удержался от вздоха. Эви замерла напротив Дилана, и я снова двинулся вперед. Это выражение лица мне было знакомо. Точно такая же смесь досады и неловкости плескалась на дне глаз Эви, когда мы сталкивались с нашей пожилой преподавательницей магоботаники.
Та почему-то искренне считала, что Эви создана для этой науки и частенько просила ее помочь с растениями. Не раз и не два мы бок о бок удобряли землю или пропалывали орискусы. Эти чрезвычайно полезные, но отвратительно пахнущие растения каждый день выпускали новые побеги. Пропустишь хоть один — и через неделю вся оранжерея будет ими забита.
Однако прежде чем я успел вмешаться, музыка заиграла громче, и Дилан вновь протянул Эви руку.
— Потанцуем?
Я почти с ненавистью уставился в его спину. Да как он смеет? После всего, что он сделал с Эви? Больше не церемонясь, я растолкал стоящих впереди людей и… опоздал.
Эви нахмурилась, но потом все же кивнула. Обернувшись к сопровождавшей ее подруге, в которой я узнал Майли Адамс с нашего курса, она позволила Дилану увлечь себя к остальным танцующим.