Кристи Кострова – Оживший мертвец (страница 18)

Я бы очень хотела поплакать.

– Свадьба будет утром? – оторвавшись от Мэйсона, запереживала Элизабет. – А мои родители будут на празднике?

– Обязательно, – кивнул Адам. – Присядь, пожалуйста, в кресло. Сейчас твой жених наложит на тебя пару заклинаний. Для того, чтобы свадьба прошла как можно лучше, конечно.

– Я готова!

Обернувшись к Мэйсону, Адам уже тише добавил:

– Сможешь разобраться, как ее упокоить? У нас таких несколько, и неизвестно сколько еще на подходе.

Мэйсон размял кисти рук и встал перед креслом.

– Идет, а вы пока рассказывайте, что случилось.

Слово взял Адам, а я, словно заколдованная, наблюдала за действиями Мэйсона. Память привычно молчала, но мне казалось, что прежде я не работала с некромантами. Пепельно-серебристые плетения завораживали, пусть я видела их не так отчетливо, как магию Адама, а скорее, угадывала по блеску нитей.

Если заклинание Адама просто окутывало Элизабет, то магия Мэйсона прошивала ее тело насквозь, словно нитка с иголкой. От этого зрелища даже стало не по себе.

Через несколько минут Элизабет обмякла, ее глаза закатились, а голова упала на спинку кресла.

– Она уснула или упокоилась? – с опаской спросила я.

Мэйсон повернулся, и его взгляд полоснул по мне не хуже бритвы. Я даже закашлялась – его магия ощущалась на физическом уровне. Меня как будто придавило камнем!

– Ни то ни другое, – покачал головой Мэйсон. – Я нашел лазейку в ее сознании и на время отключил. Экземпляр, конечно, удивительный.

От его вкрадчивого голоса у меня по спине пробежали мурашки. Все-таки не зря в народе считается, что из всех магов некроманты самые странные.

– Не то слово, – выдохнул Адам. – Что думаешь о Рональде и его энергии?

Мэйсон сплел последнее заклинание, тонкой вуалью опустившееся на лицо Элизабет, и впервые за весь вечер искренне улыбнулся.

– Я всегда знал, что положительная энергия существует. Еще в студенчестве я находил этому несколько косвенных свидетельств, но Элизабет… Она прямое доказательство. Один из моих артефактов, вероятно, сможет измерить если не уровень магии Рональда, то ее способность влиять на мир… Очень увлекательно!

– Я рад, – сдержанно отозвался Адам и сложил руки на груди. – Может быть, ты знаешь способ упокоить этих бедолаг? Другие некроманты с этим не справятся, я аккуратно навел справки.

– Вернее всего было бы просто сжечь, – без заминки ответил Мэйсон.

Я поперхнулась воздухом и посмотрела на Адама.

– Миссис Найджел на это не пойдет.

– Тогда все немного сложнее, – вздохнул Мэйсон. – Я могу попробовать провести ритуал упокоения… Возможно, он даже сработает.

– То есть может не сработать? – осипшим голосом уточнила я.

– Если при жизни мертвецы владели хоть толикой дара, то… сложно предугадать, как они отреагируют на ритуал. Обычно ритуал упокоения высчитывается по многим параметрам: отсутствие или наличие дара, отзывчивость на чужую магию и контакт со стихиями… Вплоть до боязни огня или неумении плавать. Некромантия – тонкая наука. О вашей же Элизабет мы ничего не знаем. Вы хоть в курсе, от чего она умерла?

– Кажется, скончалась от тяжелой болезни, – поморщилась я. – Затяжная пневмония или что-то в этом роде.

– Об этом я и говорю, – кивнул Мэйсон, а потом задумчиво добавил: – Хотя будь у Элизабет дар, вероятнее всего, она сразу поднялась бы умертвием. Магия не даст своему хозяину просто лежать в земле. Во время похорон храмовники накладывают специальные знаки Заступницы, но они точно не предусматривают влияние положительной энергии.

Час от часу не легче. Я поежилась, представив, что на кладбище меня могла встретить не мечтающая о замужестве Элизабет, а ее злобный и голодный двойник. Теоретически смерть мне не грозила, но на практике проверять не хотелось.

– А что насчет?..

Договорить Адам не успел, в дверь резко постучали. Настолько сильно, будто дверь чем-то насолила этому прохожему.

– Ждете гостей? – поднял бровь Мэйсон.

– Вообще-то нет, – насторожился Адам.

Малыш, который, казалось, дремал под потолком, тут же перелетел на шкаф. Кажется, он считал своим долгом встречать всех посетителей.

Адам направился к выходу, а я, не удержавшись, последовала за ним и зависла за его спиной. Когда Адам распахнул дверь, я удивленно выдохнула – на пороге стоял мальчишка лет двенадцати.

– Это вы мистер Блейк? – неожиданно сварливо поинтересовался он.

Адам кивнул.

– Вам послание от мистера Горфрива, – буркнул мальчишка и сунул Адаму в руку клочок бумаги. А затем, не попрощавшись, развернулся на пятках и сбежал по ступенькам крыльца.

– Что это с ним? – пробормотал Адам, разворачивая записку.

Причина дурного настроения мальчика выяснилась быстро. В нескольких футах от крыльца стоял уже знакомый мне дворник-шости. На его словно высеченном из камня лице царило уныние.

– Кажется, я знаю, в чем дело. – усмехнулась я и, повысив голос, сказала: – Мистер, не стойте там, заходите.

Адам с сомнением посмотрел на меня.

– Кэти, не думаю, что сейчас подходящее время… У нас нет времени на новые заказы.

– О, поверь, – многообещающе протянула я. – Это напрямую связано с нашим делом.

Энергия шости, а следом и целительный сон от Ронни воздействовали на Адама сильнее, чем я думала. Он словно вовсе не помнил происшествия в таверне.

Адам улыбнулся краешком рта и поднял руки вверх.

– Что ж, спорить не буду. Это ты у нас детектив.

У меня перехватило дыхание. Магический свиток сделал Адама моим хозяином, и прямой приказ я бы нарушить не смогла. Но Адам и не думал приказывать, напротив, он отдал инициативу в мои руки.

Тем временем шости быстро поднялся по ступенькам крыльца, но оказавшись у двери, замялся.

– Проходите, – заверила его я.

На ощерившегося было Малыша я цыкнула, и он нехотя исчез, затерявшись среди потолочных балок. Мэйсон встретил нас недоуменным взглядом, но вопросов задавать не стал. Вместо этого с удобством устроился возле камина, дав понять, что станет зрителем.

– Присаживайтесь, – я кивком указала шости на стул, что стоял в самом дальнем углу гостиной.

Обычно мы не сажали гостей здесь, и я украдкой смахнула паутину с полинявших обоев. Сегодня ситуация исключительная – я могу находиться рядом с шости, а вот Адаму и Мэйсону лучше держаться от него подальше. Неизвестно, как их плохое настроение отразится на нашем расследовании. А если они оба уснут, как Адам у Ронни, что я буду делать?

Притащив второй стул, я поставила его подле шости и села рядом, по обыкновению зависнув в дюйме над обивкой. Адам удивленно приподнял бровь, но я одними губами прошептала ему, что так надо.

Шости окинул всю нашу компанию странным взглядом, задержавшись на лежащей в кресле Элизабет.

– Так что привело вас к нам? – кашлянула я, переключая его внимание на себя.

Шости глубоко вздохнул, отчего стул под ним задрожал, и медленно заговорил:

– Меня зовут Драннис Темзотих. И у меня есть проблема. Понимаете, я высасываю радость из всех существ, что оказываются поблизости.

Я глупо моргнула – не ожидала, что он так быстро перейдет сути. Думала, что это мне придется правдами и неправдами выяснять, почему он так странно влияет на все живое.

– Именно это и произошло сегодня в таверне? – уточнила я. – Стоило вам появиться, как настроение всех посетителей испортилось. Кроме меня, но я и не принадлежу к миру живых.

– Да, – низко опустил голову Драннис. – Я бы и не стал заходить, но подавальщица терпеть меня не может. Она никогда не выходит ко мне сама, чтобы там не говорил хозяин таверны.

Я кивнула, послав ему сочувствующий взгляд.

Драннис насупился.

– Я слышал, что ваше агентство занимается странными делами. Может быть, вы и мое возьмете? Я меняю работу и съемное жилье каждые полгода, но горожане все равно гонят меня прочь. Дымки – последний район Стокахма, больше мне идти некуда, только уезжать из города. Но здесь у меня семья – родители, братишки и сестренки…

Только в этот момент я поняла, что вообще-то Драннис довольно молод. Его серая кожа лица, отсутствие волос на голове и вечно хмурое выражение лица сбили меня с толку. Но как тут не быть хмурым, когда все от тебя шарахаются.

– Мистер Темзотих, вы знаете, откуда у вас эта странная… особенность?