Кристи Голден – По ту сторону Темного Портала (страница 8)

- Спасибо, спасибо Вам! Великолепно. Мы подготовимся в один миг. И затем мы можем, наконец, заняться еще и той небольшой противной проблемкой с подземными водами. Гном соскользнул со стула, протянул вверх руку, и с трудом достав до руки Туралиона, начал энергично ее трясти.

- Поговорите с Арамайлом, - сказал Туралион, имея в виду бывшего охранника крепости, который теперь служил ему помощником во всех невоенных делах. - Он примет все необходимые меры.

Туралион смотрел вслед гному, пока тот не скрылся, и потом вернулся к своей корреспонденции. Множество писем от многих людей, и все чего-то желали от него. Он провел рукой по коротким светлым волосам и вздохнул. Ему нужно было прогуляться, чтобы освежить голову.

Воздух снаружи был чист и свеж, хотя в небе низко висели пасмурные облака. Он шел вдоль канала, иногда поглядывая на свое отражение в кристально чистой воде. Туралион никогда не бывал в Штормграде до того дня, как он и его люди вошли в город два года назад, и потому он не знал, как выглядела столица до падения. Но тогда город выглядел душераздирающе. А эти каналы были полностью забиты – камнями, поломанными досками, грязью... и трупами. Мертвые были похоронены по всем правилам, мусор убран, и теперь вода вновь свободно бежала по каналам, соединяя различные части города. Туралион посмотрел на белый камень, который казался серым в тускнеющем свете, и красные крыши. В районе Дворфов разместился трудолюбивый народ Бронзобородых, прибывших вместе с Меккатореом, а за этой зоной расположился собор.

Когда Туралион приблизился к храму, прогремел гром. Он залюбовался великолепным зданием, которое было отстроено полностью одним из первых. Орки сильно его повредили, но даже во время войны это место оставалось безопасным - враг так и не узнал о существовании обширных комнат и катакомб под собором. Десятки людей укрылись там, в то время как над ними бушевал хаос. Это было также одно из немногих достаточно больших зданий, служивших беженцам жилищем на первоначальных этапах реконструкции города, но и теперь люди приходили сюда, когда были больны или ранены, или чтобы почтить Свет.

Что и собирался сделать Туралион.

- Уф! - Он настолько глубоко ушел в свои мысли, что не заметил пары бегущих детей, пока те не налетели на него.

- Простите, господин! - крикнул мальчик. Девочка пристально посмотрела на него темно-карими глазами. Туралион улыбнулся и погладил её волосы, а потом обратился к мальчишке.

- С такой атакой из тебя однажды получится замечательный солдат, - сказал он.

- Так точно, сэр, надеюсь, так и будет, сэр! Как Вы думаете, а орки уже все поумирают к тому времени, когда я вырасту достаточно большим, чтобы убивать их? -

Улыбка Туралиона дрогнула. - Я уверен, что ты будешь хорошо служить Альянсу, - сказал он, уклоняясь от ответа на вопрос. Месть. Ярость и гнев, которые сжигают сердце… они отняли у Туралиона людей, которых он любил. Он никогда не сказал бы ничего, что могло бы разжечь расовую ненависть в ребенке. Положив руку на голову девочки, он тихо прошептал молитву. Свет окутал его руку, и в течение краткого мгновения ребенок был окружен сиянием. Туралион поднял другую руку и так же благословил мальчика. Благоговение отразилось в двух парах глаз, смотрящих на него.

- Свет благословляет вас обоих. А теперь вам двоим лучше возвращаться домой. Похоже, собирается дождь.

Мальчик кивнул и схватил свою сестру за руку.

- Спасибо, господин паладин! - И дети побежали к своему дому. Только он, как оказалось, находился не так далеко отсюда; Туралион понял, что они жили в смежном с собором здании. В приюте.

Сирот было очень много. Было потеряно очень много жизней.

Вновь прогрохотал гром, и начался сильный дождь. Туралион вздохнул, закутался в плащ и торопливым шагом пошел к собору, но он все равно успел промокнуть до нитки. Запах ладана и тихий, едва слышимый звук пения, идущий из глубины здания, быстро успокоили его. Он привык отдавать приказы, вести бои, покрываться кровью, как своей, так и орчьей. Было так приятно вновь вернуться в церковь и вспомнить, как он был простым священником.

Слабая улыбка появилась на его лице, ибо он созерцал своих товарищей, своих братьев, Рыцарей Серебряной Длани, исполняющих свои обязанности здесь также рьяно, как и на поле битвы. Архиепископ Алонсус Фаол создал их орден три года назад, и, в соответствии с его наставлениями, паладины теперь верно служили пастве, которая была сильно измучена войной. Озираясь по сторонам, Туралион заметил своего старого друга Утера, которого он сам одарил титулом - Светоносный. Туралион привык видеть этого сильного человека в цельной броне, размахивающего своим смертоносным оружием, чьи глаза цвета океана пылали рвением, когда Свет приходил к нему для поддержки в мощной атаке. Но сейчас Утер был одет в простую одежду. Он помогал женщине, которая выглядела совершенно истощенной, одной рукой нежно протирая ей лоб влажной тканью и покачивая что-то в другой.

Когда Туралион подошел ближе, он увидел, что столь осторожно Утер держал новорожденного, кожа которого еще не успела обсохнуть. Мать устало улыбнулась и потянулась к своему ребенку. Его громкий здоровый вопль прозвучал как пронзительная, радостная песнь надежды. Утер передал женщине дитя и благословил их, как недавно Туралион благословил сироток. Туралион понял, что хотя Утер чувствовал себя как дома на поле битвы, используя Свет для отнятия жизни у врагов, которые пытались погубить тех, кого он защищал, - он был так же дома и здесь, в соборе, помогая явиться в этот мир маленькой новой жизни. Такова была природа всех паладинов: они были и воинами, и целителями. Утер оглянулся и улыбнулся, поднимаясь на ноги, чтобы поприветствовать своего друга.

- Туралион, - сказал он глубоким, грубоватым голосом. Паладины пожали друг другу руки. - Рад тебя видеть. Нашел-таки время, чтобы заглянуть, - Утер хлопнул по плечу своего младшего соратника.

- Ты прав, - согласился Туралион, тихо рассмеявшись. - Здесь я чувствую себя хорошо. Здесь так легко забыть обо всех проблемах, с которыми нужно разобраться, но которым нет конца. Например, с крысами.

- А?

- Расскажу попозже. А сейчас - я могу чем-нибудь помочь? - именно это имело значение, подумалось ему, а не просиживание в крепости и перебирание бумажек.

Утер слегка прищурился, заглядывая за плечо Туралиона. - Похоже, у тебя и так есть срочное незавершенное дело, - сообщил он.

- М-да? - небрежно сказал Туралион, оборачиваясь.

Он словно увидел призрак прошлого, и на мгновенье он перенесся из этого места и времени назад, в те дни. Она стояла перед ним, промокшая насквозь, а ее изумрудные очи смотрели прямо ему в глаза. Ее застал врасплох дождь, совсем как той ночью два года тому назад, когда она пришла к нему, как сейчас…

Глаза Ветрокрылой сузились, будто она тоже вспомнила ту ночь, и, похоже, она считала те воспоминания неприятными. Туралион почувствовал, как холод пробирает его, и это не имело ничего общего с намокшей одеждой.

Она сухо поклонилась, сначала Утеру, затем ему.

- Светоносный. Генерал.

Ах. Так вот какую игру она затеяла?

- Следопыт. Он сам был удивлен тем, как спокойно он это сказал. Он немного подождал, чтобы справиться с эмоциями. - Что привело Вас сюда?

- Новости, - сообщила она, - из категории наихудших. Ее взгляд переметнулся с Туралиона на Утера. - И более ничего.

Туралион почувствовал, как подергивается мускул на его щеке, и сжал челюсти.

- Тогда, прошу Вас, огласите сию весть.

Эльфийка высокомерно оглянулась по сторонам.

- Интересно, а в правильное ли место я прибыла, чтобы просить помощи? Я не ожидала найти генералов, рыцарей и святых воинов, убаюкивающих младенцев в церкви.

Туралион не препятствовал гневу: тот развеял его подавленность.

- Мы служим там, где мы нужны, Аллерия. Все мы. Я уверен, что Вы явились сюда не для того, чтобы оскорбить нас. Говорите.

Аллерия вздохнула.

- Недавно я встретилась с Кадгаром и некоторыми лидерами Альянса, в том числе и с вашим королем. Похоже, там, где ранее стоял Темный Портал, осталась межпространственная трещина. Кадгар полагает, что очень скоро орки - а, возможно, и вторая Орда - снова проникнут сюда, в наш мир. Он сразу же отправил меня к Вам, чтобы сообщить эту весть.

Теперь оба паладина внимательно слушали, как Аллерия повторяла все то, что узнала в крепости Стражей Пустоты. Не в первый раз после смерти Льва Азерота Туралиону стало жаль, что Андуина Лотара не было рядом. Его не хватало, когда приходилось принимать трудное решение, или когда надвигался ответственный бой, или когда ему просто хотелось с кем-нибудь поговорить. Лотар ответил бы незамедлительно, что делать, спокойно, но решительно; ему не нужно было помогать, нужно было лишь следовать за ним. С тех пор как ветераны войны начали называть себя Сынами Лотара, Туралион - лейтенант Лотара - стал чувствовать себя не в своей тарелке. Ему казалось, что он не достоин называться сыном великого человека, хотя он и защищал бы идеалы Лотара до последнего вздоха и последней капли крови. Он еще все размышлял, когда Аллерия закончила свой рассказ и с ожиданием посмотрела на него.

- Итак? - потребовала она ответа.