Кристи Бромберг – Трудно удержать (страница 9)

Она подходит, все еще оценивая меня взглядом, и в тот момент, когда я думаю, что ей хватит наглости потребовать поцелуй, который я более чем готов подарить, она тянется за лежащим рядом со мной полотенцем.

Незнакомка вскидывает бровь и смеется, смотря мне в глаза, потому что прекрасно знает, о чем я подумал.

Мне нравится эта женщина. Просто и понятно.

Мы стоим в футе друг от друга: она держит в руках полотенце, на коже все еще блестят капельки воды, а я впервые замечаю россыпь веснушек на ее щеках. Милая черта для женщины, которая олицетворяет собой слово «сексуальность».

– Леннокс Кинкейд, – представляется она, и я еще больше заинтригован, чем несколько секунд назад. Имя мне знакомо, поскольку я уже встречался с двумя ее сестрами.

Вопрос лишь в том, почему я никогда раньше не видел Леннокс?

– Раш Маккензи.

– Как я и предполагала, – говорит она, наклоняясь и проводя полотенцем по длинным ногам, демонстрируя каждую из них.

Да, я любуюсь, дорогая. Только глупец бы не стал.

– Не знала, что вы с Джонни знакомы, – замечает Леннокс.

– Джонни много кого знает.

– Верно.

– Я познакомился с ним на Суперкубке много лет назад. Я был в ложе Стэнсов, – говорю я, упоминая компанию родителей Джонни «Стэнс Спорт», – мы сразу же нашли общий язык. С тех пор мы время от времени встречаемся. Он предложил мне сбежать от воцарившегося хаоса. Я согласился.

Леннокс кривит губы и прикладывает руку ко лбу, чтобы укрыться от солнца и еще раз взглянуть на меня.

– Ты что-то недоговариваешь, приятель, – с усмешкой передразнивает она мой английский акцент.

– Мы не любим демонстрировать сразу все наши таланты.

– Получается, только чтобы произвести первое впечатление.

– Господи, – хохочу я.

Но когда она пытается пройти мимо, хватаю ее за запястье и разворачиваю к себе лицом. На этот раз я успеваю разглядеть светло-голубое кольцо вокруг ее зрачков, прежде чем оно темнеет. Уникальные глаза.

– Кажется, у тебя и так полно проблем, Маккензи. Не думаю, что стоит добавлять в их список еще и меня.

– Это предупреждение или угроза?

– Возможно, приглашение, – усмехается она. – Потому что, поверь мне, прямо сейчас я могу прибегнуть сразу к трем вариантам.

Не сказав больше ни слова, Леннокс Кинкейд заходит в дом, оставляя меня наблюдать за покачиванием ее потрясающих бедер, изгибом ее задницы и лопаток.

А я-то думал, что в США мне будет скучно.

Кажется, я только что нашел то, что поможет скоротать время.

Черт возьми, раз уж меня и так обвиняют в создании проблем, стоит получить от этого хоть какое-то удовольствие.

Глава 6. Леннокс

– И это все? Ты приехала на секретную встречу, о которой не можешь говорить? – спрашивает Джонни, глядя поверх стакана. Мы снаружи. Он растянулся на диване, и пламя костра, горящего между нами, играет в его светлых волосах.

– По сути, это не секрет. – Я задаюсь вопросом, почему не рассказываю Джонни о предложении Кэннона, ведь Финну о нем уже было известно. – Просто… все еще не точно. – Я бросаю взгляд на дом, где Раш готовит себе смузи: он измельчает зелень в блендере с такой самоотдачей, какой я не могу похвастаться.

Это объясняет наличие протеиновой пудры и пищевых добавок на столешнице.

– Да-а? – протягивает Джонни, пока я не поворачиваюсь к нему и не замечаю вскинутые брови.

– Что, да?

– Да как знак того, что тебе не стоит туда смотреть. У него и так полно проблем.

– Это ты забыл предупредить меня, что он здесь.

– Я предупредил, но винить во всем стоит плохую телефонную связь. Ты просто не расслышала.

– Тебе стоило и его предупредить. То есть кто вообще разгуливает по чужому дому голышом?

– Судя по всему, мужчина, которому плевать, что о нем подумают, – отвечает Джонни и бросает взгляд на Раша.

С чего бы ему переживать об этом? Как футболист, Раш обладает феноменальным телосложением. Его стройное, подтянутое тело – доказательство многолетнего упорного труда и самодисциплины.

Рассматривая это тело теперь, я вспоминаю, каким невероятным – совершенно обнаженным – оно выглядело в футе от меня.

– Не смей так на него смотреть, Лен. Последнее, что ему нужно, – это добавить тебя в список проблем.

– Меня? – бормочу я. – А что со мной не так?

– Ради всего святого, его обвинили в интрижке с женой товарища по команде. Учитывая, что та известная певица, слухи распространяются со скоростью лесного пожара. Кто вообще так поступает?

– Не то чтобы я поддерживала измены, но разве подобная ерунда не происходит в Голливуде чуть ли не каждый день? Почему тебя так волнует его случай, если ты не осуждаешь остальных, кто делает то же самое?

– Меня волнует все, что я слышу или вижу в Лос-Анджелесе, но Рашу сложнее, потому что все случилось, как раз когда ему нужно обновлять контракт. Весь клуб теперь решает, что с ним делать. Как, думаешь, поступит руководство? Перепродаст его, чтобы сохранить мир, или же оставит в команде, чтобы все остальные игроки опасались, не переспит ли он и с их женами?

– Ерунда. Они не станут продавать такого сильного игрока.

– Но Сет – капитан команды.

– Он вот-вот завершит карьеру. К тому же его не назовешь таким же популярным и надежным, как Раш. На первое место выступает желание выиграть еще один чемпионат.

– Не стоит забывать о том, что только подливает масла в огонь. Поговаривают, что в следующем году Раш должен быть назначен капитаном. Выходит, он увел не только жену Сета, но и его положение в команде. – Бросив взгляд на Раша, Джонни многозначительно присвистывает. – Слышал, там царит полнейший бардак. Парни спорят о том, чью сторону принять, а руководство все ищет способ, как все уладить. Хотя разбираться с личной жизнью игроков не входит в их обязанности.

– Похоже на настоящий хаос, – бормочу я, но припоминаю то, что слышала о Сете. Его считают не слишком хорошим человеком. – Так Раш приехал сюда, чтобы спрятаться, пока все не утихнет?

– Или пока какой-нибудь другой скандал не побудит всех забыть об этом.

– Хм, – протягиваю я, понимая, что мой взгляд снова прикован к Рашу.

– И после этого ты все еще сидишь здесь и пялишься на него?

– Ты просто завидуешь, что я не пялюсь на тебя, – швыряю я в него подставку для стакана. – И фу. Это было бы отвратительно, потому что для меня ты как брат, которого у меня никогда не было.

– Верно, – усмехается Джонни, но поднимает на меня глаза. – И все же, разве мой рассказ о том, что Раш натворил, не побуждает тебя перестать строить глазки?

– Я не строю ему глазки. – Я тлею. Тлею при взгляде на него, потому что даже с такого расстояния меня тянет к нему с невероятной силой. – Так он это сделал? – спрашиваю я.

– Что значит: «Так он это сделал?» – Джонни смотрит на меня так, словно я с ума сошла, раз задаю подобные вопросы. Однако перед его возвращением я покопалась в телефоне и не нашла ни одного поста или статьи, в которой Раш сказал бы что-то, кроме «никаких комментариев».

Зачем я искала? Почему пыталась как-то оправдать его действия? Почему меня это вообще волнует?

Потому что Раш Маккензи не кажется мне таким человеком. Человеком, которому глубоко плевать на урон, который нанесла его интрижка с женой товарища по команде. Мне встречалось немало плохих людей, как и измен в жизни спортсменов, чьи интересы я представляла. Пусть Раш дерзкий и высокомерный, но я не чувствую в нем… той же подлости, с которой уже не раз сталкивалась.

И если говорить начистоту, не думаю, что Джонни позволил бы ему оставаться в своем доме, если бы тоже верил слухам. Это одна из причин, почему мы так крепко дружим.

– Ну кто-нибудь поинтересовался, действительно ли он так поступил? – спрашиваю я. – То есть… да, он держится уверенно и обладает такой улыбкой, которая может очаровать любую, даже поп-звезду, но…

– Уж извини, но я ничего такого не заметил, – закатывает глаза Джонни.

– И ты завидуешь, потому что не можешь купить подобного даже на все деньги, что стопками лежат в этом доме, – подразниваю я.

– Ты та еще заноза в заднице. – Его улыбка становится шире.

– Но ты не хочешь, чтобы я менялась.

– Верно, но даже крошечная часть тебя производит фурор, – подмигивает Джонни. – Вопрос лишь в том, почему я позволил тебе остаться, когда ты так безжалостно издеваешься надо мной?