Кристи Бромберг – Разрушенные (страница 61)

Смеюсь вместе с ней, все это время тихо улыбаясь ее словам и глядя в сторону двери, желая — нуждаясь до невозможности — чтобы он вернулся.

— Как у него дела? — спрашивает она после того, как смех с оттенком слез медленно стихает.

Пожимаю плечами.

— На самом деле он не говорит о… ребенке. — Я борюсь даже с тем, чтобы произнести это слово, и зажмуриваюсь, пытаясь прогнать слезы. Она сжимает мою руку. — Он этого не говорит, но он винит себя. Я знаю, он думает, что если бы он не оставил меня в доме одну, отец Зандера там бы не появился. Не ударил бы меня, и я бы не…. — И это правда глупо, что я не могу произнести слова «выкидыш» или «потеря ребенка», потому что после всего этого времени, думаешь, что губы должны были бы уже привыкнуть говорить такое. Но каждый раз, когда я думаю об этом… произношу это, я чувствую, словно делаю это впервые.

Она кивает и смотрит на меня, прежде чем перевести взгляд на наши соединенные руки. Жду, когда она скажет один из своих Хэддизмов и заставит меня рассмеяться, но когда она поднимает глаза, на них наворачиваются слезы.

— Ты напугала меня до смерти, Рай. Когда он позвонил мне… если бы ты могла слышать, как он говорил… У меня не осталось сомнений в том, что он к тебе испытывает.

И из-за нее в моих глазах, конечно же, появляются слезы, поэтому она встает и садится на кровать рядом со мной, притягивая к себе и крепко сжимая — та же поза, в которой мы проводили часы после того, как я потеряла Макса и нашего ребенка. По крайней мере, на этот раз бремя, лежащее на моем сердце, немного легче.

ГЛАВА 32

Чувствую себя как на параде, когда Колтон толкает мое инвалидное кресло к выходу из больницы. Мне не нужна инвалидная коляска, но медсестра говорит, что таковы правила. Мама тихо болтает с Хэдди, а папа с полуулыбкой на лице их слушает, потому что даже он не застрахован от очарования Хэдди. Бэкс подгоняет Колтону Range Rover, а Сэмми стоит у входа в больницу, опасаясь прессы, которая, к счастью, не пронюхала об этой истории. Пока.

Колтон молча толкает мою коляску, однако, он молчит уже почти два дня. Если бы это был кто-то другой, я бы списала его отстраненность на неожиданную встречу с родителями. Я имею в виду, встреча с родителями твоей второй половинки — огромный шаг в любых отношениях, не говоря уже о ком-то вроде Колтона, у которого нет опыта в такого рода вещах. Добавьте к этому встречу с родителями девушки после выкидыша, и того, что она даже и не подозревала о существовании ребенка.

Но к Колтону это не относится — нет — здесь что-то другое. И как бы я ни любила своих родителей за то, что они примчались сюда, Хэдди с ее неугомонным юмором, Бэкса с его неожиданной смекалкой, и каждого, кто пришел пожелать мне всего хорошего, все, чего я хочу — это побыть наедине с Колтоном. Когда мы останемся вдвоем, он не сможет прятаться от меня и игнорировать то, что у него на уме. Тишина медленно нас душит, а мне нужно, чтобы мы могли дышать. Нужно, чтобы мы могли вопить, кричать, плакать и злиться — чтобы все вышло наружу — не на глазах наших семей, следящих за тем, чтобы мы не сломались.

Потому что нам нужно сломаться. Только тогда мы сможем собрать друг друга по кусочкам и вновь сделаться целыми.

Оглядываюсь и украдкой бросаю взгляд на Колтона и его спокойное лицо. Я не могу не задаваться вопросом, что, если бы отца Зандера не было? Что, если бы я по-прежнему была беременна? Что бы тогда с нами было?

Не зацикливайся на этом, говорю я себе, хотя все, о чем я могу думать — это о своей беременности. Она кажется такой реальной возможностью, даже осязаемой, что постоянно мелькает у меня в голове. Колтон останавливает кресло, когда мы выходим из дверей больницы, обходит меня и встает впереди. Его глаза встречаются с моими, в них нежность и сила, которую я замечала в них последние несколько дней. На его губах появляется улыбка. Смогу ли я когда-нибудь уйти от этого человека, потому что хочу ребенка, а он нет? Готова ли я оставить единственного мужчину, без которого не могу жить, из-за единственной вещи, ради которой я когда-то была готова на все?

Нет. Ответ прост. Этот мужчина — сломленный, красивый, идущий на поправку — слишком много значит, чтобы я когда-либо смогла от него уйти.

Колтон наклоняется и нежно целует меня в губы, чувствую, как меня охватывает чувство вины из-за подобных мыслей.

— Ты в порядке?

Протягиваю руку, ласково прикасаюсь ладонью к его щеке и улыбаюсь, слегка кивая головой.

— Да, а ты?

Улыбка озаряет его лицо, потому что он знает, я спрашиваю о взглядах, которыми, мы оба это заметили, мой отец одарил его, выясняя, достаточно ли этот мужчина хорош для его маленькой девочки.

— Ничего такого, с чем бы я не справился, — подмигивает он, качает головой и встает, не сводя с меня глаз, улыбка все еще согревает мое сердце. — Ты сомневаешься в моих способностях?

— Нет, в них я уж точно не сомневаюсь. — Я смеюсь и замолкаю, когда он наклоняет голову набок и смотрит на меня. — Что?

— Просто приятно видеть, как ты улыбаешься, — тихо говорит он, прежде чем его глаза затуманиваются, и он обращает свое внимание на что-то за моим плечом. Когда он переводит взгляд на меня, его глаза ясны, а выражение лица более нежное. — Готова?

Колтон поддерживает меня за один локоть, а мама за другой, я встаю, чтобы убедиться, что я в порядке, хотя в этом нет необходимости.

— Я в порядке, правда, — говорю я им.

Мама обнимает меня и прижимает к себе чуть дольше, чем обычно.

— Если хочешь, мы можем остаться в городе еще на день. Убедиться, что с тобой все хорошо, прежде чем вернуться домой.

— Она не поедет домой. — Клянусь, все головы поворачиваются к Колтону, включая мою. Несмотря на все взгляды, устремленные на него, он смотрит только на меня. — Ты остаешься со мной. Это не обсуждается.

И с этим решением Колтон обходит ухмыляющегося Бэккета, довольную Хэдди и моих ошеломленных родителей. Он закрывает багажник Ровера и подходит к моим родителям.

— Буду более чем рад видеть вас у себя в гостях. В доме полно места. — Он поднимает брови, готовый принять любые возражения, которые могут последовать.

— Нет. Все в порядке, — говорит отец, принимая протянутую руку Колтона. — Уверен, ты хорошо о ней позаботишься.

Вот так просто. Безмолвная связь между отцом и мужчиной, которого любит его дочь, проходит между ними. Мужчина мужчине. Защитник защитнику. Колтон крепко сжимает руку отца и кивает в знак согласия оказанному ему доверию. За меня теперь отвечает Колтон. Они еще мгновение держатся за руки и смотрят друг другу в глаза. У меня в горле застревают эмоции, перевожу взгляд на маму, наблюдающую за их безмолвным общением, в ее глазах стоят слезы.

Мы обе смотрим на них, прежде чем мама помогает мне сесть в машину. Она протягивает ремень безопасности через мои колени и смотрит на меня, держа обеими руками за щеки.

— Ты как-то сказала мне, что не уверена в том, что между тобой и Колтоном. — Она убирает непослушный локон с моего лица. — Этот мужчина по уши влюблен в тебя, дорогая. — Она мягко улыбается и кивает головой, я машинально начинаю преуменьшать ее слова. — Я твоя мама, это для меня очевидно, Рай. Мужчины никогда не видят этого, не принимают этого, не хотят, пока не спотыкаются и не падают в это лицом. Повезло, что у тебя в жизни появился второй шанс обрести мужчину, готового отправиться в путь, сделать шаг в бездну. Даже когда он все испортит, — она поднимает руку, когда я начинаю его защищать, закатывая глаза, прежде чем продолжить. — Давай посмотрим правде в глаза, он мужчина, он что-нибудь да испортит… потерпи немного, потому что он любит тебя так же сильно, как ты любишь его. Слова, которые он не может произнести, написаны на его прекрасном лице.

Я лишь киваю, закусив нижнюю губу, чтобы остановить бесконечный поток слез.

— Я знаю. — Мой голос так тих, меня переполняют счастье и печаль.

Она наклоняется и сжимает мои руки, лежащие на коленях.

— Если ребенку суждено родиться, Рай, это случится. Знаю, тебе не становится легче от моих слов, но посреди ночи, когда тебе будет грустно, ты сможешь услышать мой голос, говорящий тебе это. Помни, что жизнь — это не то, как ты переживаешь шторм, а то, как ты танцуешь под дождем. — Она наклоняется и целует меня в щеку. — Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, мама, — протягиваю руки и обнимаю ее, мудрость ее слов витает в моей голове. — Спасибо.

Быстро прощаюсь со всеми остальными, так как автомобиль находится в зоне посадки. Бэккет прощается последним. Он протискивается внутрь салона и быстро обнимает меня, пока Колтон о чем-то разговаривает с Сэмми рядом с машиной. Он начинает закрывать дверцу, потом останавливается и смотрит на меня, качая головой.

— Эта штука со спасательным кругом работает в обе стороны, понимаешь? Воспользуйся этим. Используй его. Он не сломается, если ты это сделаешь… но можешь сломаться ты, если не сделаешь.

— Спасибо, Бэкс. Ты действительно для него хороший друг.

— Засранец подходит больше! — говорит Колтон, садясь рядом со мной. — Он был бы еще лучшим другом, если бы убрал руки от моей девушки и позволил мне отвезти ее домой.

— Кстати, о нашем приятеле с приятными манерами, — смеется Бэкс, сжимая мою руку. — Я тоже тебя люблю, Вуд!