Кристен Тайч – Пламя надежды (страница 2)

Такси заворачивает и паркуется возле продолжительно широких и вычурных каменных ворот.

Мне кажется или водитель правда слегка опешил от вида данного дома? Взглянув на особняк, а потом на нас, он не говорит ничего, а лишь желает приятного вечера, незаметно усмехаясь себе в руку.

– Боже, мы похожи на проституток, – утверждаю – или всё-таки вопрошаю? – я, заходя в уже приоткрытую дверь ворот.

– Если девушка ухожена и красиво одета, это ещё не значит то, что она проститутка, – огрызается подруга, параллельно размахивая рукой в приветствии своих университетских знакомых. – Успокойся и наслаждайся вечером, побубнить ты и дома успеешь.

Последнее она бросает особо предостерегающе, ведя меня под руку вглубь, что ни на есть настоящего разверзнувшегося Ада.

Кругом долбит музыка, а она именно долбит на всю мощность, что вибрация от басов бегает по земле и уже даже по мне самой, сотрясая сердце в такт музыке. Я достаю телефон из сумки, и он показывает 22:38. У них есть время до 23:00, хотя что-то подсказывает, что плевать они хотели на законы, и музыка будет литься из этих массивных колонок до утра, и им слова никто не скажет. По периметру широкого участка моргают проекторы со светомузыкой, попадая в такт битам. Играет какой-то очень знакомый ритмичный трек, название которого в этой суматохе я вспомнить не в состоянии, но настроение от него неожиданно повышается.

Только пройдя половину пути от ворот до самого дома, я обращаю на него внимание. Пока шла сюда, всю концентрацию отдала на разноцветные огни, мерцающие на фоне звонкой музыки, высокие освещённые навесы, под которыми стояла пара качель-гнёзд, и уйму выпивки, что будет течь во всех этих гостях, если не сейчас, то через пару часов уж точно. Как бы я ни хотела сейчас осмотреться и подольше полюбоваться всей этой роскошью огромного зелёного участка и вычурным двухэтажным домом с плоской крышей, подруга уже втягивает внутрь и громко, пытаясь перекричать всю эту суматоху, зовёт:

– Дакс! Мы здесь!

Загорелый парень в белых широких штанах и такого же цвета футболке, стоящий у барной стойки и активно флиртующий с гостями женского пола, оборачивается на своё имя. Она же ещё возбуждённее машет рукой и отпускает меня, чтобы поприветствовать знакомого.

– Моллс! Я думал, вы потерялись, уже начал переживать.

Дакс крепко обнимает её за талию, и подруга слегка похлопывает по его внушительно большой спине.

– У этих девиц ты, видимо, про нас спрашивал, я права? – Говоря, девушка косится на молоденьких девочек в коротких юбках. Кажется, те даже ещё короче моего платья, хотя думала, что таких просто не производят. Да и девушки не похожи на выпускниц, скорее просто приглашённые дамочки с курса так первого.

– Ты всегда права, малыш.

Подмигивая ей, парень улыбается. Моллс сразу хочет дать ему шуточный подзатыльник, но тот быстро уворачивается и отправляет мою подругу себе на плечо одним резким движением чересчур мускулистой руки. Смеясь, она пытается придержать своё тёмно-красное платье, которое не намного длиннее того, что сейчас на мне, за счёт высокого разреза сбоку бедра. Однокурсник видит это и возвращает её на землю, переводя взгляд уже на меня, и дыхание тут же спирает.

– Так ты представишь нас со своей подругой или мне придётся сделать это по-своему?

Его взгляд противно пошло начинает блестеть. А я уже непроизвольно закатываю глаза и хочу поднять повыше тот лоскут ткани, что служит верхом у этого платья. Но если сделаю это, то он выйдет победителем из данной ситуации, лишь подтвердив, что я вновь застеснялась от его слов, чего допустить никак не могу. Этот гнусный извращенец либо опять издевается, либо правда не понимает, кто перед ним.

Поэтому выпрямляю спину, лишь ещё больше подчеркнув пусть и не глубокое, но всё же декольте, и, слегка вздёрнув подбородок, начинаю проходить мимо, в ту же секунду метнув на него скучающий взгляд.

Уходя, всем своим нутром ощущаю на себе недоумевающие и даже где-то сердитые глаза, отчего улыбка на лице появляется впервые, как села в такси. Чувство уверенности возрастает в разы, и теперь даже начинаю ощущать себя ни гадким утёнком или проституткой, как до этого мне думалось, а вполне себе привлекательной и даже сексуальной девушкой.

Я почти подхожу к длинной барной стойке, находящейся правее на первом этаже, как кто-то подхватывает меня под руку, отчего тут же нервно вздрагиваю.

– Ты чего? – Молли удивляется и сжимает руку выше локтя ещё крепче.

– Прости, мне до сих пор некомфортно, и чувствую себя не в своей тарелке, – признаюсь, стараясь унять бешеное сердцебиение.

– Ты подумала, что я – это Дакс?

В её голосе больше звучит утверждение, чем вопрос.

– В одном он действительно не соврал, сказав, что ты всегда права, – я усмехаюсь, но в смехе этом нет ни капли веселья.

– Мне не нравится твой настрой. Его нужно срочно поправлять! – Подруга дёргает меня в сторону бара, по пути распихивая всех и вся. – Мы не сдвинемся с места, пока ты не освежишь рецепторы и не поднимешь себе настроение хоть на градус!

Усадив меня на барный стул среди остальных выпускников, она поворачивается к бармену и что-то ему быстро перечисляет. Мне хочется сразу остановить её, но позади кто-то шепчет на ухо:

– Привет, Хьюз.

Затем резко, но не сильно дует в него, что начинаю улыбаться даже прежде, чем обернуться.

– Лефу!

Я пытаюсь говорить так, чтобы меня было слышно, только, кажется, сегодня это здесь что-то запредельное. Не успев встать с высокого стула, он слегка обнимает меня и плюхается на освободившееся место рядом.

– Шикарно выглядишь, впрочем, как и всегда.

Его искренняя улыбка на лице выводит из оцепившей неловкости и паники.

Ох уж эта кучерявая голова, с которой мы просидели на парах почти четыре года вместе с Моллс. Если бы не его поддержка и даже некая опека, кто знает, где бы я оказалась сейчас.

Друг же выглядит, как обычно, в светлых рваных джинсах и оверсайз футболке с ярким принтом, но это не делает его менее подходящим под статус этого мероприятия. Мне даже кажется, что он вписывается своим образом лучше, чем кто-либо из всех гостей, в том числе и меня.

Уже бежит с другого конца бара и подруга, неся два разных бокала с напитками.

– О, Лефу! – Молли ставит коктейли и тоже горячо обнимает его, поскольку мы не виделись с ним почти месяц. – Лефу, – возмущённо смотрит уже на меня, хотя разговаривает всё ещё с ним, – скажи хоть ты ей, что на вечеринках с похоронными лицами не сидят.

Теперь она ищет в его глазах поддержку и – конечно же – находит то, что искала, а я наигранно закатываю глаза на его усмешку.

– Прости, Агнесс, – он пожимает плечами, – но сегодня я ставлю на тёмную лошадку.

Друг начинает надрывать живот со смеху, видя победные искорки в глазах Молли, протягивающей мне один из коктейлей непонятного цвета. Больше похоже на цвет детской неожиданности, нежели на действительно вкусный напиток. От этой мысли начинаю морщиться, и Молли старается оправдать коктейль быстрее, чем я смогу отказаться от него.

– Это «Пина Колада»! Прекрати морщить нос, пей уже и пошли веселиться! – кричит подруга, чуть ли не вливая мне его силком.

Не успела я и бокал рассмотреть поближе, как сама она уже наполовину опустошила свой и стоит, пританцовывая под громыхающую музыку.

– Ты не будешь себе ничего заказывать? – спрашиваю я у друга, от чего он лишь усмехается и мотает головой.

– Я не пью. И тем более, кто будет присматривать за вами, а особенно за ней? – кивком указав на Молли, танцующую уже среди остальных приглашённых гостей, парень выгибает светло-рыжую бровь: – Сколько она выпила?

Теперь усмехаюсь уже я.

– Не поверишь, алкоголь тут ни при чём. Но, вроде, это первый её бокал.

Я всматриваюсь вглубь толпы, пытаясь разглядеть свою подругу, которая уже танцует с каким-то высоким шатеном в обнимку.

– Хотя, знаешь, я уже не уверена…

Он опять посмеивается и откидывается на невысокую спинку барного стула, выглядывая Молли.

Наблюдая, как все опустошают свои бокалы в этой уже душноватой обстановке, я сглатываю. Тут и у меня просыпается жажда. Обхватив губами широкую коктейльную трубочку, начинаю понемногу цедить содержимое.

Во рту разливается яркий, сладковатый, тропический вкус, медленно перетекающий от кокоса к ананасу. На удивление, алкоголь совсем не чувствуется, и уже начинаю пить, словно это обычный сок. Из-за жаркой атмосферы от чрезмерного потока людей, коктейль заканчивается за несколько хороших глотков, и я отдаю бокал на стойку.

– Повторить? – спрашивает сразу бармен, забирая его.

Я не отвечаю, а лишь, едва улыбаясь, мотаю головой из стороны в сторону.

Слишком быстро весь первый этаж наполняется спёртым воздухом, что на спине проступает влага. Сгребая уложенные лаком назад волосы с одной стороны, я пытаюсь вздохнуть. Но это тяжело. Платье давит в районе груди, и полноценного вдоха не получается. Оглядываясь в надежде найти уборную или какое-то уединённое место, чтобы продышаться, всё оказывается тщетным. Передо мной в темноте пляшут огни, сменяющиеся раз сто в минуту, по голове ударяет оглушающий мотив, и снуёт толпа уже натоптанной дорогой от бара к центру холла на танцпол, которых освещают только эти самые пёстрые лучи.

В районе солнечного сплетения нарастает тревога и паника в ускоренном режиме.