Кристен Каллихан – Стратегия (страница 38)

Слова ускоряют мое сердца, и оно ударяется о ребра.

- Ненавидишь это?

- Оставлять тебя, - отвечает он, махая рукой в сторону двери. Вздох срывается с его уст. - Знаю, я подтолкнул нас к этим отношениям на расстоянии. Я просил тебя довериться мне, обещал, что все получится. Но мысль о том, что мне придется постоянно тебя оставлять снедает. Я не хочу этого.

Кровать скрипит, когда он поворачивается и встречается со мной взглядом. Его лицо выражает грусть и беспокойство.

- Ненавижу, что тебе здесь больно без меня. Идея о том, что ты в одиночку справляешься с этим дерьмом... - Он прикусывает нижнюю губу, качая головой. - Это охренительно отстойно, Фи.

Небольшая улыбка растягивает мои губы, когда подползаю к нему. Его кожа такая теплая и гладкая, я прижимаюсь своей грудью к его, обнимаю парня за талию и пытаюсь впитать жар его тела.

Декс тут же кладет руку поверх моей, его прикосновение такое нуждающееся.

- Знаю, - говорю я, почти касаясь губами его кожи. - Я тоже не хочу, чтобы ты уезжал.

Он вздрагивает, словно его тело против отъезда и сильнее сжимает мою руку. Но ничего не говорит, просто держит меня.

Грусть проникает до мозга костей, давя на меня.

- Вот... - я откашливаюсь. - Вот поэтому я пыталась держаться от тебя подальше.

Декс замирает, его тело напрягается. Я слышу, как он сглатывает, чувствую, как дрожь бежит по его мышцам.

- Хочешь сказать, что все кончено?

Я не могу дышать. Мои ребра болят, как будто кто-то сдавливает их поверх сердца.

- Ты этого хочешь? - спрашиваю почти шепотом.

Я забыла, каким быстрым может быть Декс. Потому не успеваю даже пикнуть, как меня уже подняли вверх и усадили к нему на колени. Сильные руки обнимают мое тело, прижимая к его широкой, крепкой груди. Мягкие волоски щекочут мой нос.

- Нет, - почти кричит он, пытаясь успокоиться. - Нет, Вишенка. - Осторожно он целует меня в макушку. - Вот почему я не хотел ничего говорить. Я чувствую себя раздраженным эгоистом.

Я улыбаюсь напротив его кожи, сильнее прижимаясь.

- Я тоже себя так немного чувствую. Так что все в порядке, малыш.

Декс фыркает, но его тело немного расслабляется, так что теперь он ласкает меня, а не просто сжимает в объятиях. Его большие мозолистые руки скользят по моей спине.

- С того самого момента, как впервые сыграл в футбол, я мечтал играть в NFL. Боже, как же сильно я этого хотел. Это обещание самому себе помогло мне пройти через все темные времена. - Его рука замедляется, снова возвращаясь к моему затылку. - И вот я здесь... - Он качает головой. - Одинок в своей жизни. Никто из моих коллег никогда бы не признался в подобном.

- Что? - язвлю я. - Разве вы не окружены быстрыми тачками и жаждущими вас девицами? - Девицами, которых я прикончу, если поймаю за тем, что они прикасаются к моему мужчине.

Я почти ощущаю его улыбку и гадаю, знает ли он, в какую сторону занесло мои мысли.

- Если ты хочешь всего одну женщину, то остальные кажутся просто мишурой. - Я награждаю его поцелуем за это, и в ответ его соски напрягаются. Мне так хочется еще немного с ними поиграть, помучить парня. Но его слова останавливают меня.

- Я просто... Я думал, что буду счастлив, когда достигну этой точки, - говорит он. - Почувствую полноту жизни, возможно. - Поднимая голову, я встречаюсь с его обеспокоенным взглядом. Было бы так легко попросить его бросить футбол. Я чувствую это своей кожей. Часть его хочет услышать эту просьбу, хочет, чтобы я дала ему причину.

У меня есть власть над его сердцем. Возможно, мне стоило бы начать беспокоиться о том, что он так просто отдал мне столько власти.

Я могу сделать это, сказать ему все бросить, попробовать заняться чем-то другим и не рисковать каждый раз получить сотрясение мозга и спинномозговую травму. Я могла бы получить его всего, без необходимости конкурировать с футболом.

- Ты любишь играть? - спрашиваю я.

- Всегда любил, - отвечает он без колебаний.

- Тогда, как ты и сказал, оно того стоит. - Я целую его в изгиб шеи, ощущая гладкую, словно атлас, кожу. Он любит, когда касаюсь этого места, и сейчас вздрагивает, прижимаясь щекой к моей макушке.

- Фи, я обещал тебе быть честным. И правда в том, что мое желание быть с тобой ослепило настолько, что я не осознавал эти короткие моменты вместе, все, что есть у нас во время сезона игры. Когда я не играю, то тренируюсь, пересматриваю видео с игр, занимаюсь в зале, ем и сплю. У меня реально нет свободного времени.

Он смотрит на меня сверху вниз, и я вижу боль в его глазах.

- Я хочу дать тебе больше. Но не могу. И не знаю, что с этим делать.

Я всегда знала об этом. Я ожидала именно этого, когда впустила его в свою жизнь. Потому снова целую Декса, вкладывая в этот поцелуй всю свою веру, в него, в нас.

- Воплоти свою мечту, Итан. Мы найдем способ облегчить твое одиночество.

Но даже когда обещаю это, страх, что мы оба обманываем самих себя, грызет меня изнутри. Потому что очевидно, эти отношения не выживут, и несмотря на то, что мы отдадим кусочки себя, они все равно рухнут.

Глава 25

Фиона

НЕКОТОРЫЕ ЛЮДИ НЕНАВИДЯТ Нью-Йорк. Я понимаю: шумное, заполненное, грязное место с хаотичным движением. Но я его люблю. В ту секунду, как ступила на его улицы субботним утром, я почувствовала эту энергетику, мой шаг стал увереннее, а спина держалась ровнее.

Идя вдоль Парк авеню к метро, я почти убеждаю себя в том, что время с Дексом мне просто приснилось.

Вот только мои соски и бедра ноют. Каждый шаг вызывает легкую пульсацию между ног, моя киска болит, как будто меня избили изнутри большим тупым предметом.

Я улыбаюсь, вспоминая длинный толстый член Декса и то, как он в меня вколачивался. Мне почти что хочется остановиться на месте и сжать бедра вместе, словно это поможет растянуть еще ненадолго это блаженство.

Я скучаю по нему. Меньше чем через неделю я стану скучать по звуку его голоса, теплу кожи, хитрой улыбке, когда он меня дразнит. По тому, как дразню его я. И мне бы правда хотелось сейчас вернуться к нему в постель, выводить линии его татуировок, слышать, как он резко втягивает воздух, когда я играю с колечком на его соске.

Все это хорошо. Но он не живет здесь. Мы видимся, лишь когда он прилетает в город. Мне нужно отвлечься, и я стремлюсь сделать это.

Мои шаги становятся быстрее, когда выхожу из метро на Девятой и направляюсь к улице Горацио. К тому времени, как достигаю квартиры Джексона, мне отчаянно нужно найти решение своей проблемы.

Слава богу, Джек быстро меня впускает и ждет, когда поднимаюсь на грузовом лифте на его этаж.

Красивый и подтянутый, он самодовольно усмехается мне.

- Не был в городе один день, и ты уже здесь. Я же говорил тебе, что ты зависима.

Я чмокаю его в небритую щеку.

- Да, да, ты очень умен. А теперь заткнись.

Джексон обнимает меня за плечи.

- Ты только что процитировала фильм "Принцесса-невеста"?

- Раз уж ты спросил, то скажу, что ты того не стоишь, Джек.

Его квартира представляет собой часть отремонтированного большого склада. Аструд Жилберту напевает о девушке из Ипанемы, а насыщенный аромат кофе и свежего хлеба смешивается с запахом стружки и лака.

Джексон впускает меня и кричит:

- Ты не хочешь прекратить проигрывать это дерьмо? А то заведешь нас в клише.

Хел выходит из кухни, держа поднос и надевая очки.

- Ты здесь все заканчивай, а я поеду в Чайнатаун и куплю нам соответствующие шелковые халаты, мудак. - Затем Хел усмехается мне, а его голубые глаза мерцают. - Фи-да-ли, - растягивает он слоги, пока я позволяю себя обнять. - Джек прав, ты зависима.

- Быть может, я прихожу сюда поесть. - Я хватаю круассан и откусываю большой кусок.

Джексон прислоняется к кухонной столешнице.

- Значит, ты не хочешь увидеть свой стол?

- Он готов? - Я говорю с полным ртом еды, хотя уверена, что мои слова прозвучали как "Сон жмотов?"

- Сперва завтрак, - настаивает Хел, наливая мне кофе.

Отчего мы с Джексоном закатываем глаза и направляемся к их мастерской, Хел обзывает нас варварами.

Я знаю Хела и Джексона со второго года учебы в университете, когда моя мать остановилась в их студии, чтобы взглянуть на некоторые обеденные столы. Известные для всего остального мира как "Джексон Хел Дизайнс", пара создает временами самые прекрасные предметы мебели, что я видела.