Кристен Каллихан – На крючке (страница 40)

Он смеется, и от этого его губы прижимаются к моей коже.

- В любом случае, - добавляю я, немного задыхаясь, - ты ошибаешься.

- Как так? - но по его тону, кажется, что Дрю знает ответ на свой вопрос. Его просто это не волнует.

- Ты всегда нападаешь на меня со своими спорами, когда я в таком расслабленном состоянии.

Я понимаю, что права, потому что он снова усмехается.

- Я люблю соперничество. Так что чего ты от меня ожидала?

- Ну, точно не того, что ты уткнешься лицом мне в задницу, - бормочу я. Но от его внимания и заботы я ощущаю себя так чертовски хорошо, что не хочу, чтобы это заканчивалось. Никогда. Я хочу лежать здесь и разрешить Дрю делать со мной все, что он пожелает, пока я окончательно не забуду свое имя. Или его имя. Поэтому вдвойне глупо то, что я сейчас напрягаюсь.

- Расслабься, Джонс, - шепчет Дрю, пока его пальцы легонько щекочут мою кожу. - Ты способна справится с этим.

- Легко сказать. Это же не твою задницу разглядывают с такого близкого расстояния.

У меня за спиной раздается еще один смешок.

- Ты тоже можешь исследовать мою задницу. Я не против.

- Бэйлор... - предупреждаю я.

- Джонс... - смеется он. А затем его язык проходится по изгибу моей ягодицы.

С моих уст срывается жалкое хныканье, а голова ударяется о матрас. На что Дрю еще сильнее смеется, хрипло и самодовольно.

- Если ты не в силах с этим справиться, то можешь считать это отплатой, - предлагает он, несильно щипая меня.

- Отплатой? - мой голос больше похож на писк.

- Ага, - его теплое дыхание касается моей кожи. - Как награда за то, что ты терпишь мою задницу у себя дома, а не выгоняешь под проливной дождь.

- Ох, поняла, - мое дыхание замирает, когда Дрю затрагивает особо чувствительное место. - Так это что-то вроде рутины?

- Никогда не говори так, - он утыкается носом, черт, он нюхает мою попку. - Я сказал, что ты можешь рассматривать для себя мое исследование твоей попки в таком свете, если это поможет тебе почувствовать себя лучше. Что касается меня? То я был бы здесь каждый день, если бы ты мне позволила.

Я не попадусь на это. Но все же не могу и не улыбнуться.

- А какая отплата ожидает меня в следующий раз, когда я приглашу тебя?

Он еще раз нежно целует меня.

- Да все, что пожелаешь.

То, как быстро он ответил, то что не размышлял над моим вопросом, заставляет меня волноваться. Он мог бы дать задний ход или поставить какие-то условия, но нет, его ответ - это обещание. Я поворачиваю голову к плечу и утыкаюсь в него губами.

- Осторожно, Бэйлор, ты можешь пожалеть об этом.

Он издает рокочущий звук. Будто сдерживает смех.

- Возможно. Но что-то мне подсказывается, что я тоже буду этим наслаждаться, - едва касаясь, он проводит пальцами по моим бедрам, вызывая мурашки.

- Что, если я тебя заставлю сделать мне часовой массаж ног?

- Может, я в тайне фетиширую по ногам, - знаю, он улыбается. Я могу чувствовать, как изгибаются его губы, прижимаясь к моей коже. - Может, я мечтаю о том, чтобы массажировать твои ноги.

Я немного смеюсь.

- Если ты думаешь, что этим испугаешь меня, то нет, - вероятно, он отлично умеет массажировать ноги. У него такие сильные пальцы. Он так внимателен. Теперь мне хочется умолять его об этом массаже.

- Черт, - его дыхание щекочет мою спину. - Что еще? - еще один поцелуй. - Давай, огорошь меня.

Я наклоняю голову и зарываюсь лицом в ладони.

- А что если я заставлю тебя отредактировать мои задания по нескольким предметам?

Какое-то время он молчит, и я могу услышать свое собственное сердцебиение, а затем Дрю опускает свою голову на мою попку, прижимаясь щекой к ягодице. Мне хочется извиваться, но его руки проскальзывают под мое тело, надежно фиксируя на месте.

- Редактировать? - его голос посылает вибрации по моей коже.

Рассеяно я киваю.

- Ммм. Знаешь, судя по твоим замечаниям на занятиях, ты не лишен логического мышления. И хотя мне ненавистно это признавать, но твои суждения чаще верны, чем наоборот. Так что не удивляйся, что я считаю тебя умным.

Я практически лепечу, но в ответ его руки сильнее сжимают меня, одновременно с тем, как Дрю резко вздыхает.

Простыни шуршат, когда я поворачиваю шею, пытаясь взглянуть на него. Мне виден лишь его профиль, золотистый беспорядок его волос на макушке и темно-каштановый ежик на висках, ровную линию его носа и густые изгибы ресниц на его щеках. Опираясь на мою попку, его тело полулежит на кровати, такое чертовски стройное и высокое. Худое, но сильное, мускулистое, но изящное. Я могла бы смотреть на него вечность. Но замечаю, как напряжены его плечи, каждое сухожилье выпирает.

- Ты не считаешь себя умным? - раздается мой голос в тишине.

Его ответ простой, но в голосе парня слышен намек на горький смех.

- Ох, я знаю, что умен, - он поднимает взгляд, и когда наши глаза встречаются, то этот его взгляд знакомо и сладко мучительно поражает меня прямо в сердце. Его глаза такие темные и блестящие при данном освещении. - Просто за исключением ребят из моей команды, не многих интересует умен я или нет.

Да уж, большинство людей больше волнуют его руки. Одна из них прямо сейчас еще сильнее сжимает мою талию, будто Дрю хочет притянуть меня еще немного ближе. А его вторая рука, нежно прижата к низу моего живота, от чего по моему телу распространяется жар.

Я хочу запомнить этот момент. Сохранить его словно секрет. Но Дрю не мой, даже при том, что люди ранят его, воспринимая столь поверхностно, ему нравится эта жизнь. А почему бы и нет? Он нереально талантлив и работает, не покладая рук. Я не хочу менять это. Потому что таким образом изменю его самого.

Глядя на меня, его черты лица приобретают выражение волнения и боли.

- Я подловил одного из преподавателей за тем, что тот завышал мои отметки, - он почти задыхается, говоря это, будто само признание его убивает. - Не знаю, сколько раз он это делал без моего ведома, или может все преподаватели поступали так со мной.

Он так сдерживается, но я все равно явно ощущаю его боль и унижение.

- К черту его, Дрю, - я никогда никого так сильно не хотела ударить, как сейчас хочу врезать его преподавателю. - К черту всех, кто так поступает.

Щека Дрю сильнее вжимается в мою плоть.

- Я знаю. Мне просто не нравится думать, что вся моя учеба была ложью, - его голос стихает до уровня шепота. - Она что-то значит для меня.

Мои пальцы цепляются за предплечье так сильно, что остается полосатый узор.

- Ты работал и получил знания. Никто не может теперь отнять их у тебя, - я сглатываю ком в горле. - И даже если бы ты не ходил ни на одно занятия, то все равно бы остался одним из самых умных людей, которых я знаю. Одним из самых преданных.

Мое заявление встречает полнейшая тишина, лишь мягкое дыхание Дрю по-прежнему ласкает мою кожу. Когда он наконец-то говорит, его голос хриплый.

- Тебе всегда удается улучшить мое самочувствие. Дать почувствовать себя снова самим собой.

Боль пронзает мое сердце, одновременно приятно и мучительно. Дрю не улучшает мое самочувствие. Он позволяет мне почувствовать себя лучше, чем я есть на самом деле. Так, словно он находит и исправляет сломленные и потерянные части меня, словно он собирает их и возвращает на место. Мысль о том, что он покинет меня, уйдет в этот холодный и мокрый сумрак улицы, буквально душит. Я начинаю отчаянно слишком сильно нуждаться в нем.

И потому что Дрю умен и знает меня довольно хорошо, знает мои дурацкие страхи, он неожиданно ослабляет свой захват. Одна его рука скользит к моей груди, тогда как вторая опускается вниз. Его длинные огрубелые пальцы двигаются между моих ног, и я закрываю глаза, мои мышцы напрягаются в предвкушении наслаждения, от чего чувствую себя будто наркоман, желая просить о большем. Еще большем.

- Снова? - спрашиваю я, изображая раздраженность. Но на самом деле я благодарна, а мое сердце дарит еще один свой уголок во владение Дрю. И это меня пугает.

Но Бэйлор не дает мне погрузиться в пучину страха. Он переворачивает мое тело, и его губы следуют за рукой.

- Я лишь доказываю свою точку зрения на счет твоей неотразимости, - бормочет он напротив моей кожи.

Я закрываю глаза. Не думаю. Просто чувствую. И он позволяет мне это, потому что мы оба сейчас отъявленные лжецы.

Глава 16

БУДУЧИ КВОТЕРБЕКОМ, Я направляю свою команду. Я задаю тон игре, даю под зад своим парням или позволяю им впасть в апатию, если я не в настроении. Данная ответственность никогда не давила на меня, потому что мне не нравится отсиживаться на скамье запасных, не нравится подчиняться в игре. Я люблю быть лидером в своей команде. Но это несет за собой некоторые обязательства.

Защита, нападение, боковые, задние и передовые игроки формируют собственные подгруппки. Они могут обговаривать свою стратегию и технику игры, часто проводя время вместе. А квотербеки? Я не привык обниматься или общаться по душам с запасными квотербеками. Лишь один из нас реально играет на поле, пока другие греют дерево скамейки запасных, ожидая своего шанса.