Кристен Хард – Сопрано для Мафиози (страница 7)
Вместо учебы Анжело начал ходить на свидания, вместо работы отдавал предпочтение прогулкам.
Ему снесло крышу очень быстро, это было прямо видно. Анжело впервые в жизни начал бунтовать, он тут же захотел жениться, иметь свой дом, тогда как ему самому тогда едва исполнилось чуть за двадцать.
У него было ни опыта, ни мудрости, ни влияния еще толком, но чисто по-человечески я его понимала. Если Вито легче пережил потерю матери, то Анжело не отпустил это и он искал себе то тепло, которое недополучил. Анжело хотел семью, свадьба была не за горами.
Да, я помню ту девушку. Ее звали Элиза. Молоденькая и симпатичная, конечно, она крутила Анжело, как сама того хотела. Актриса, что тут скажешь, она ни разу не была серьезной, словно все время играла роль. Она напоминала мне бабочку, которая летает среди цветов, выискивая лучший.
Я ничего не говорила, тогда бы Анжело мне открутил голову, даже несмотря на то, что я его воспитала. Он никого не видел и не слушал. Он хотел себе эту Элизу, и она вроде как, отвечала ему взаимностью, хотя и была довольно холодной.
Просто Анжело, не привыкший вообще ни к какой женской ласке, даже это воспринимал как тепло.
Он тянулся к ней, хотя я не могу даже назвать это любовью. Скорее, это была одержимость. Эта Элиза вскружила парню голову настолько, что Анжело едва не вылетел из учебы, и тут уже Пабло вступил в игру. Ему не нравились, что он теряет контроль, но все равно, Пабло разрешил этот союз. Анжело был счастлив.
И начались приготовления к свадьбе. Я еще никогда не видела Анжело таким искрящимся радостью. Он все покупал за свои деньги, позвал всех наших родственников и друзей.
Это был тот случай, когда мужчина любит, а женщина принимает, и отчасти мне было жаль Анжело. Он просто хотел быть счастливым.
Оторванный от родителей и даже от своего брата-близнеца, он хотел семью, хотел заполнить эту пустоту женитьбой.
А потом невеста пропала. Она пропала тогда, когда приглашения уже были уже розданы, платье куплено, а гости стояли на пороге.
Сбежала, просто унесла отсюда ноги. Я думала, Анжело тогда сойдет с ума. Не столько от позора, от негодования, сколько от боли.
Второй раз в жизни его бросила женщина, только на этот раз не родная мать, а любимая девушка. Он не ел, не спал, не выходил из своей комнаты. Деталей я не знаю, мне только известно, что та Элиза выбрала другого мужчину и уехала с ним, она сбежала. Без пояснений, без извинений, она просто его предала.
Это был огромный удар по еще такому молодому Анжело, он горевал, он полностью погрузился в работу. Потом вскорости узнал, что та Элиза уже замужем. Прошло каких-то пару месяцев, как она поклялась в любви другому.
Анжело был разбит, это уже позже я узнала, что та чертовка Элиза еще и родила ребенка от другого. Она смогла в итоге создать семью, тогда как Анжело не смог.
Конечно, он предпринимал еще попытки, встречался, у него было достаточно женщин, но я больше никогда не видела у него таких горящих глаз.
Тогда Анжело словно потух, он закрылся в себе, а еще он вынашивал ту ненависть и месть годами.
Так началась партия между Анжело и Лукой, и никто не собирался уступать первым. Однако, если Лука отобрал у Анжело любимую женщину, то второй отобрал у него все остальное.
Время прошло, но ничего не изменишь. Анжело был бы прекрасным мужем и отцом, но он сознательно от всего отказался. Он поставил после Элизы на себе крест и просто служил Пабло, ведь по-другому я просто не могу назвать тот уровень преданности и благодарности Анжело, которое он показывал дяде.
Пабло был доволен, а мне было больно смотреть на Анжело, ведь я знала прекрасно, что он умеет любить, но больше себе такую роскошь не позволяет.
Глава 7
Падение. Я слишком часто вижу этот сон, один и тот же. Наш замок находится на горе. Внизу пропасть и тот, кто падает туда, никогда больше не возвращается.
С таким преимуществом нам даже пытки устраивать не обязательно. Пабло поступает обычно именно так, потому будет, как он сказал, или…пропасть.
Помню, когда впервые увидел, как мой дядя избавляется от неугодных. Сначала это меня шокировало, а после я привык, адаптировался, и вскоре уже не видел ничего ужасного в том, чтобы казнить таким образом тех, кто этого заслуживал.
Да, методы у нас специфичные, но ведь и власть так просто не дается никому.
Моему дяде удалось не только удержать власть, но и приумножить ее, создать настоящий клан, и вскоре сильнее нас уже не было никого рядом.
Но чтобы этот организм мог дышать и функционировать, мы должны были быть очень честными друг с другом, так что от Пабло у меня нет секретов. Он знает обо мне все, я обязан ему всем, что имею, и я благодарен.
За все, особенно за то, что он оставил в живых мою нерадивую мать, которая сбежала в другую страну с моими братом-близнецом. По-хорошему, Пабло мог ее убить, но он ее не тронул.
Кроме брата-близнеца Эдуардо, который погиб, у меня есть еще один младший брат: Алехандро. Он тоже родной мне, но мы с ним особо не общались. Алекс вырос в другой стране, и я уже не чувствовал с ним такой связи, какую ощущал со своим близнецом Эдуардом.
Я всегда ощущал это: одиночество. Даже среди кучи родственников чувствовал себя чужим. Пожалуй, ближе всех мне был брат Вито, хоть мы и разные. Мы просто росли вместе, так вышло, точно над брошенным всеми щенком, Пабло взял надо мной опеку.
И все закрутилось. Визуально я практически не помню мать, хотя ее образ часто мне сниться. И Элиза тоже. Обе меня предали, обоих я ненавижу одинаково.
И снова падение. В черную яму без дна.
На этот раз мне кажется, будто я сам туда лечу. Падаю, и не могу ни за что ухватиться. Словно это сам Пабло меня сбросил в яму из горы. За то, что я его предал. Пожалуй, это самое страшное для меня: быть снова непринятым, брошенным всеми, ненавижу такие ночи, они самые честные.
Открываю глаза в холодном поту, дышать сложно, я лежу на полу в кабинете. Рядом пустая бутылка бурбона, он все же был дерьмовым, чтобы там Лео не говорил.
Смотрю на часы. Двенадцать дня, я проспал все на свете.
Как картинки перед глазами воспоминания либо просто пьяный бред. Приснилось, что Элиза моя в темнице. И что я ее сам там насильно держу.
И она дрожала так сильно, боялась меня, боялась моих прикосновений. Лживая актриса, ненавижу, это просто не может быть правдой. Сколько раз я придумывал, чтобы бы сделал и сказал ей сейчас, имея двадцатилетний уж опыт.
Тогда я даже не смог высказать все то, что она во мне внутри разворотила. Боль была такой сильной, а молодость глупа. Сейчас я бы действовал совершенно иначе, и темница тоже пригодилась бы, кстати.
Поднимаюсь, рубашка почему-то расстегнута, вообще не помню, как оказался здесь.
Элиза…Элиза.
Я даже не был ни разу на ее могиле. Не смог, сам себе не разрешал. Видел только фотографии надгробия, даже цветы не носил туда. Специально. Потому что больно, потому что она еще раньше убила меня, так что мы квиты.
Смотрю на свои руки. На правом запястье жжет свежая царапина. Провожу по ней пальцем. Ногтем подрали и нет, никакая Элиза это сделать не смогла бы из постороннего мира.
Белла. Та девчонка, дочь ее. И Луки тоже. Ей уже двадцать лет. Все вообще должно было быть по-другому.
Наконец, до меня доходит, что это не был сон, все было реальностью, вот только я думал, что пошел к Элизе, а на самом деле это была Бель.
Встаю, торопливо, быстро даже. Распахиваю дверь, выхожу в коридор. Шаг, еще быстрее, чтобы добраться до темницы и увидеть открытую нараспашку дверь.
В жилах тут же стынет кровь, сбежала, ушла чертовка, я ведь сам ее не закрывал, до того пьяным был, что даже не помню.
Почему я так себя повел, отчего контроль утратил? Мне казалось, я всегда все контролирую, но вчера что-то пошло не так. Я просто напился, алкоголь развязывает руки и дурманит мозг. В двадцать я мог бы спиться и сдохнуть на любой из вечеринок, но Пабло вовремя мне сделал прививку от такого. Мы работали, а не тратили наше время зря.
Почему-то внутри неспокойно. Я тупо забыл ее закрыть, она сбежала. Осмотрюсь. Крови нет, ничего такого, я был пьян, он не до такой же степени, чтобы ее убить.
Тронул ли я дочь Элизы? Эту птичку певчую, на которую смотреть спокойно не могу.
Нет, я бы не смог или все же… смог?
Сглатываю, я помню, что ее платье порвалось. Это я сделал. И лапал ее думая, что это Элиза. Она пищала, просила остановиться. Это была не Элиза, это была ее дочь.
Телефон. Энди. Сразу отвечаю:
– Алло.
– Анжело, куда ты пропал, ты в замке?
– Да.
– Выходи. Мы Давида взяли. Пабло тебя только ждет, один не хочет, все же ты его выловил.
– Хорошо. Я буду.
Очередная казнь, на этот раз торговец живым товаром. Мы с такими даже диалог не ведем, и им одна дорога с Ламенто: полетать вокруг нашего замка без крыльев. У нас упитанные стервятники, как раз время обеда.
Белла. Она не могла выйти за пределы территории. Здесь где-то прячется, найду после казни, не денется она никуда.
Главное, чтобы она оставалась внутри здания. Как бы это смешно не звучало, снаружи замка еще опаснее, чем внутри, так как он весь окольцован ямой, и если упадешь туда, то сам даже дьявол уже не достанет.
***
Я, честно, даже не верю своей удаче. Мало того, что этот мафиози забыл закрыть дверь, так еще я и выбираюсь совершенно без препятствий!