Кристен Эшли – Не сдавайся (страница 58)

После развода он оставил дом, в котором они жили, Мие, и теперь понимал, что какая-то часть его оставалась на месте, потому что он ожидал, что вернется обратно.

Именно поэтому он, накопив деньги на первый взнос за квартиру, потратил их на Харлей. Во второй раз он купил скоростную лодку. А затем таймшер во Флориде.

Он продолжал жить сегодняшним днем.

Беря от нее как можно больше — ел, что хотел, пил, когда хотел, трахал, кого желал, да и вообще жил, как считал нужным.

После той ночи, когда в их отца выпустили пять пуль из пистолета напарника, а мать пытал и убил тот самый напарник, Гаррет, как и его сестра Рокки, жили с отравляющими мыслями, что жизнь рано или поздно изменится.

Их счастливая семья: мама — красивая, энергичная женщина, отец — хороший человек, любящий свою жену и при любом случае демонстрирующий это, Рождества, дни рождения, какая-то часть каждого дня, наполненная всем тем, что должно быть в настоящей семье, — все это в одну ночь… исчезло.

Поэтому он жил сегодняшним днем. Он избавился от единственного человека в своей жизни, который бы не принял все как отец и Рокки. Она была тем человеком, которому было бы куда хуже, случись с ним что-то. После Вегаса он сделал так, чтобы Миа никогда этого не ощутила, даже наступи такой день, а он обязательно наступит, говорили его ядовитые мысли.

Он не представлял, как преодолеет этот момент с Шер и ее сыном. Если с ним случится что-то страшное на работе или просто в жизни все пойдет кувырком, она заслуживала этого еще меньше, если окажется с ним в серьезных отношениях.

И сейчас он прекрасно знал о существовании этого яда в своей крови, а такая женщина, как Мия, не могла помочь ему справиться с этим.

А вот у Шер это получилось.

Он разберется, но это было меньшим из его проблем.

Ему нужно было не только рассказать Шер о происходящем, но и поговорить с Мией.

Она все испортила с тех пор, как он ушел.

А он испортил все, бросив ее. Мия любила его. И очевидно, что чувства до сих пор никуда не делись. Он причинил ей боль тогда, и в своем роде продолжал это делать сейчас.

Он должен был все объяснить и извиниться, чтобы они оба могли двигаться дальше.

После возвращения Майка, они просмотрели свои дела, решили, с чего начнут работу сегодня, и уже готовились выйти за дверь, когда по задней лестнице поднялись Салли с Колтом.

— Мерри, — выдохнул Колт, как только вошел в комнату. — В допросную.

Не говоря больше ни слова, Колт направился в боковой коридор, где находились комнаты для допросов.

Гаррет почувствовал, что у него отвисла челюсть, и посмотрел на своего напарника.

Глаза Майка были устремлены в ту сторону, где исчез Колт. Он почувствовал взгляд Гаррета и посмотрел на него.

— Думаю, он слышал о «Суонке», — заметил Майк, изгибая губы.

— Вижу, тебе не очень понравилось такое обращение, — обратился Салли к Мерри. — Но мой тебе совет: иди туда, иначе вас обоих отстранят за драку в отделе.

Не обрадовавшись этому, но зная, что Салли не ошибся, Гаррет встал и пошел в комнату.

Дверь в первую допросную была открыта, Колт ждал внутри, прислонившись к столу и прижав ладони к столешнице рядом со своими бедрами. Гаррет не стал входить, а остановился в дверях, прислонившись плечом к косяку, сделав тем самым молчаливое заявление.

Затем он проговорил:

— Не очень люблю, когда мне приказывают, — тихо сказал он.

— Шер уже обзвонила девчонок, — отрезал Колт. — Все они готовятся принести тонну платьев в «Джей и Джей», чтобы сегодня вечером она могла бы выбрать что-то для завтрашнего свидания с тобой в «Суонке».

Черт, ему нужно было позвонить, чтобы заказать столик.

Гаррет сделала мысленную пометку, одновременно ощущая, как изгибаются его губы при мысли о том, чем занимается Шер.

— Вижу, это тебя радует, — заметил Колт, не выглядя довольным, и Гаррет снова сосредоточился на нем. — Наверное, тебя порадует еще больше вот что — она договорилась насчет ночевки своего сына у Мими среди недели. Так что отдохни как следует, потому что в твоем распоряжении будет вся ночь, и ты сможешь хорошенько развлечься, брат.

Его тон был резким. А слова провоцирующими.

Оттолкнувшись от двери, Гаррет поборол разгорающийся внутри пожар.

— Будь аккуратен в выражениях, Колт.

Брови Колта взлетели вверх.

— Ты играешь с моей подругой и говоришь об аккуратности мне?

— Нет, я приглашаю свою девушку на ужин и предупреждаю тебя, зная о твоих мыслях, что тебе следует аккуратно подбирать слова, когда о ней говоришь.

Взгляд Колта стал настороженным.

— Свою девушку? — поинтересовался он.

— Я кое-чему у нее научился — это не твое дело, пока она не решит обратное. Вы двое крепко связаны. Мы с тобой близки. Ваши отношения для нее важны. Поэтому она сама решит, когда поделиться с тобой. От меня ты получишь одно — уважение к тебе, как к другу, как к человеку, которому на нее не наплевать. Можешь волноваться за другое.

— Я же говорил тебе…

— Папаша ее сына и его дамочка подумывают о том, чтобы заполучить ее мальчика, — оборвал его Гаррет. — Я выяснил все это для того, чтобы Шер могла все прекратить.

— Она рассказала мне, но…

— Сегодня утром к ее двери подошел мужчина и предложил тысячу долларов за разговор о Лоу.

Это заставило Колта подняться из-за стола.

— Я разобрался и с этим, — сказал ему Гаррет. — Это не игра. Не просто перепихон. Мия здесь ни при чем. Это касается меня и женщины, к которой я испытываю чувства, и мы исследуем то, что между нами происходит. Ей пора начать новую жизнь после того, как Лоу поставил ее на паузу. И она делает это со мной.

Гаррет скрестил руки на груди, выдержал взгляд Колта и продолжил:

— Я понятия не имею, как все будет происходить. И мне нужно с этим разобраться.

Ей тоже. Но сейчас мы хотим сделать все это вместе. Мы можем справиться, я вижу хорошие перспективы. Если же нет, то нет. Но это наше дело. И даже не твое, хотя ты и стремишься уберечь ее от любых ударов, которые может нанести жизнь. Это никого не касается. Я дал ей время, потому что мне самому оно требовалось. Мне надо было определиться со своим положением, прежде чем идти дальше. Она должна была понять, что я дал время ей и ее ребенку. Я хочу сделать все правильно, и это касается и Шер, и Итана. Я все сказал, Колт, поэтому сейчас тебе надо отступить в сторону. Если не ради меня, желая мне лучшего в жизни, то ради нее.

— Тебе лучше… — продолжал допытываться Колт.

Но Гаррету уже осточертел этот разговор.

— Больше ничего не говори. Не угрожай мне. Не предупреждай меня. Ни хрена не делай, Колт, — снова перебил его Гаррет. — Ничего такого, о чем ты мог бы пожалеть. Ты должен понимать, что я поделился этой информацией только потому, что мне известно, что она для тебя значит. Если ты не отойдешь в сторону, у нас возникнут проблемы. И скажу откровенно, мне не нужны с тобой проблемы, мое внимание должно быть направлено на то, чтобы разобраться со своим дерьмом и сделать хорошую женщину счастливой.

Гаррет понял, что окончательно добил Колта, когда увидел, как глаза друга сузились, и он спросил:

— Какой-то мудак подошел к ее двери, чтобы поговорить о Лоу?

Гаррет кивнул.

— Она говорит, что такое случается нечасто, но бывает.

— Он звонил вначале?

— Звонил. Шер не отвечала на его звонки, поэтому он решил встретиться с ней лицом к лицу.

— Черт, — прошипел Колт.

— Уже пошли слухи, поскольку у этого парня наверняка есть список жертв, и Шер стала первой. Райкер уже знает. — Лицо Колта застыло, но Гаррет продолжал говорить. — Ты знаешь, как Райкер заботится о жителях этого городка, так что, думаю, Уолтер Джонс скоро почувствует побуждение найти дорогу из города.

— Черт, Шер так и не научилась: если возникает проблема, то она станет еще больше, если ничего никому не рассказать. Она могла бы рассказать мне о звонках, а я

бы поболтал с этим придурком по телефону и убедил его, что поездка в Бург — пустая трата времени. Вместо этого она не отвечала на его звонки, а ты оказался на месте, когда он сделал свой следующий шаг, и теперь я не знаю, что хуже: то, что Райкер собирается предпринять, чтобы «убедить» этого парня убраться восвояси, или то, что ты оказался большим психом, чем Райкер, потому что зная, какой он, ты все равно натравил его на этого идиота.

— И как бы ты со всем разобрался? — спросил Гаррет.

— Это останется при мне, — ответил Колт.

И именно поэтому Колт и Феб больше не сталкивались с этим дерьмом.

— Да, и разразится скандал. Капитан, каждый из твоих сослуживцев, любой мужчина и женщина в этом округе, да каждый судья в здании суда поняли бы тебя, поскольку поступили бы точно так же. Лоу десятилетиями существовал ради того, чтобы разрушить твою жизнь. И ему почти удалось. Тебя бы поняли. А вот меня, кто даже не пригласил эту женщину на свидание, не думаю.