Кристен Эшли – Не рискуй (ЛП) (страница 23)
Я лишь знала, что стейки были особенным блюдом. Мы с Кейси разорялись на них на дни рождения, Рождество и на День Благодарения. Мы копили (или я копила) деньги и спускали их на стейки. Никаких подарков. Просто единство душ, вкусная еда и тост, что мы протянули так долго, и еще один за надежду, что наше будущее позволит нам продолжать делать это.
Но сейчас, мне светило свидание.
С Грейсоном Коди.
И хотя я полагала, будет лишь одно свидание, но ради него я не хотела все испортить.
Но я и понятия не имела, что делала.
Кейси пялился в телевизор, ожидая, когда его девушка закончит работать, и игнорируя меня. Когда он желал затаить обиду, он мог обижаться столь долго, сколько хотел, и делал это, играя в молчанку.
Но, даже, если бы он не дулся, я вряд ли могла спросить его, что нужно делать на свидании.
Когда мы сбежали из дома, ему было семнадцать. К тому времени он был всего лишь на нескольких свиданиях. И с тех пор его свидания заключались в том, чтобы напоить какую-нибудь девушку в баре, затем залезть к ней в трусики либо в его машине, либо, пока я исчезала, он веселился в нашем номере отеля.
Я не думала, что Грейсон Коди водил женщин на такие же свидания.
Мой брат не смог бы мне помочь.
А мне нужна была помощь.
И я знала, кто не только мог бы мне помочь, но и помог бы.
Я просто не знала, смогу ли найти ее.
Но я собиралась попробовать.
Я захлопнула полу-украденную/в основном позаимствованную библиотечную книгу, которую я не читала, но по-прежнему держала открытой у своего лица, кинула ее на покрывало и скатилась с кровати.
Затем я схватила свою куртку, на ходу натягивая ее, шарф – тут же заматывая его, и сумочку – попутно закидывая ее на плечо.
Потом я подошла к двери, пробурчав,
— Скоро вернусь.
Кейси даже не оторвал взгляда от телевизора.
Действительно, он умел по-настоящему обижаться.
Я оставила его обижаться дальше, выскочила из номера и поспешила по холодным послеобеденным тротуарам Мустанга к площади.
Я протолкнулась через двери бара The Rambler и посмотрела прямо в сторону барной стойки.
Она была там.
Она посмотрела на меня, когда я направилась к бару
— Привет, — сказала она, кивнув. — Рано сегодня, — заметила она.
Еще одна дружелюбная попытка. Эта дверь все еще была открыта.
— Да, можно мне диетическую газировку?
Она кивнула, взяла стакан, погрузила его в большой контейнер со льдом и поставила на стойку. Затем наполнила его газировкой из пистолета.
— Слышала, Бад и его дружки доставили тебе хлопот прошлым вечером, — с
любопытством сказала она тихо и осторожно. Она ожидала, что я осажу ее.
Я не стала это делать. Я подняла глаза от стакана и посмотрела на нее.
— Грей знал, что от них будут проблемы, он приглядывал за мной.
Она вздохнула и ответила:
— В этом весь Грей.
Еще больше интриг вокруг этого парня.
Увы, у меня не было времени на интригующую информацию о Грее.
У меня было свидание с ним этим вечером.
— В любом случае, появился полицейский по имени Ленни, и Мэнни услышал потасовку, так что Грей получил подкрепление, и все разрешилось благополучно, — закончила я.
— Лен — хороший человек. А Мэнни не любит проблем в своем отеле. Бад, он мудак. Ему не впервой попадать в неприятности, и Мэнни, или Лен в этом случае, особенно Лен, не раз сталкивались с фирменными неприятностями Бада.
Вот оно что. Бад славился своей придурковатостью на весь Мустанг. Не удивительно.
— Мне не стоило соглашаться на этот спор, — пробубнила я.
— Ты не могла всего предвидеть, подруга, — улыбнулась она. — За пятнадцать минут выиграть пятьсот долларов? Я бы это сделала.
Я выдержала ее взгляд. Затем медленно улыбнулась в ответ.
Она заметила это, восприняла правильно, как откровенность, чем это и было, и сразу же наклонилась вперед.
— Где ты научилась так играть в бильярд? — спросила она, затем, не дожидаясь моего ответа, продолжила. — Серьезно, я глазам не могла поверить. Все говорят об этом.
О, нет. Это было плохо.
Она продолжала говорить.
— Тебе ведь не может быть больше двадцати одного.
— Мне двадцать два, — сказала я ей.
— Ладно, — она снова улыбнулась, — ты не можешь быть старше двадцати двух. Итак, в твоем возрасте, как ты научилась так играть в бильярд?
Я не привыкла к этому. Делиться. Я не знала, как это делать. Я лишь знала, как не делать.
Поэтому, я сказала ей правду.
— Я не училась. Это само пришло. Я просто взяла в руки кий и стала играть. Мой брат вышел из себя. Не могу сказать, что играла тогда также, как играю сейчас, но... — я пожала плечами, — это просто случилось. Это просто то, что я умею делать.
— Здорово, — прошептала она, широко улыбаясь.
Мне понравилось это, разговаривать с ней. Приятные ощущения. Достаточно приятные, чтобы делать это время от времени. Настолько приятные, что вероятно я могла бы разговаривать с ней часами.
Но у меня была цель.
И с этой целью, я ляпнула,
— Что такое ОВИВ?
Она резко наклонила голову на бок и нахмурилась.
Затем она подняла голову, перестала хмуриться и открыто улыбнулась.
— Общество Ветеранов Иностранных Войн, — ответила она
Какого черта?