Кристен Чиккарелли – Непокорная ведьма (страница 9)

В отличие от Сорена.

Неожиданно ее озарило.

Сорен уже повернулся к двери. Они находились в его поместье. В королевстве его отца. Более того, Крессиде отчаянно нужна была его армия.

Руна не могла попросить его спасти человека, который пытался ее убыть, но Сорену и не нужно было спасать Гидеона. Достаточно было увести от Гидеона Крессиду.

– Двери и стража меня не обезопасят, – выпалила Руна.

Сорен повернулся, окинул ее долгим взглядом. Растрепанный вид от него, разумеется, не укрылся. Руна прекрасно знает, как выглядит: лицо залито слезами, вся взъерошенная, настоящая жертва. Однако за гневом (как смеет другой мужчина прикасаться к его невесте!) скрывалось другое чувство, и этот взгляд Руне был хорошо знаком.

В нем сквозила жажда.

Он жаждал ее.

Обычно, столкнувшись с подобным, Руна чувствовала себя животным, загнанным в угол. Сегодня же она могла обернуть все себе на пользу.

Она потянула Сорена к кровати. Отодвинув полог, Руна положила руки на плечи жениху, слегка толкнула его, вынуждая сесть в изножье кровати. Начищенные до блеска ботинки с глухим звуком коснулись пола.

– Я никогда не буду в безопасности, пока Крессида не вернет себе трон, – начала она, глядя Сорену прямо в глаза. Задрав платье до самых бедер, Руна вскарабкалась Сорену на колени, оседлала его, обвила руками шею. – Я всегда буду в опасности, пока Крессида не убьет всех охотников на ведьм, а поможет ей в этом только твоя армия.

Руна ощущала заметную выпуклость в штанах принца, но проигнорировала ее. Если бы она так не переживала за Гидеона, ее бы наверняка переполнило отвращение. Однако сейчас ее мысли занимало другое, она будто разрывалась между спальней и уборной.

Пришла пора проявить себя в том, что удавалось Руне лучше всего, – соблазнении, обмане. Она плела паутину лжи, заманивая добычу.

– Должна признаться, – прошептала она, уткнувшись в гладко выбритую щеку. – До сегодняшнего вечера я не была уверена насчет помолвки. Думала, ты хочешь жениться на мне, только чтобы похвастаться перед остальными, выставить меня напоказ как интересное произведение искусства.

Она взяла Сорена за руку, положила его ладонь себе на бедро.

Взгляд Сорена скользнул с золотистого платья, сбившегося в кучу вокруг талии Руны, к бледной коже бедер.

– А теперь? – Казалось, он едва дышал.

Руна поерзала, устраиваясь поудобнее.

– Теперь? Кажется, в день нашей встречи в опере в дело вступила сама судьба. Думаю, она хотела, чтобы ты защитил меня.

Сорен хмыкнул и принялся целовать шею Руны.

Она склонила голову, чтобы ему было удобнее. Обычно его поцелуи не вызывали ничего, кроме отвращения, но сейчас она вообще ничего не чувствовала. Она играла в эту игру сотни раз – именно так ей удалось спасти столько ведьм.

Этим вечером Руна казалось чужой сама себе. Будто вовсе не она сидела у Сорена на коленях, не ее руки зарывались в его волосы. Эта девушка казалась ей призраком, пришедшим на смену Руне, пока она настоящая – ведьма из плоти и крови – находится в другом месте.

«Ты соткала паутину, – напомнила она себе. – Пора заманить жертву».

Каждая минута, потерянная с Сореном, для Гидеона была минутой пыток Крессиды.

– Помнишь, я обещала тебе сюрприз? – Зубы Сорена царапнули Руне горло, и она притворно ахнула.

– Как я мог о таком забыть? – пробормотал он, не отрываясь от ее кожи.

– Я хотела, чтобы мы поехали отдохнуть. Только ты и я, выходные вдвоем в Кэлисе. Я уже все устроила. Распорядилась насчет ужинов, билетов на балет, насчет номера в отеле…

Услышав про отель, Сорен отстранился. Голубые глаза потемнели, зрачки расширились. Вероятно, он уже представлял, чем они займутся, оставшись наедине в номере отеля.

И Руне тоже пришлось представить.

Однажды мне придется каждую ночь проводить в его постели.

Совсем скоро выходными будет не ограничиться. Как только они поженятся, такой станет вся ее жизнь.

У Руны мурашки побежали по коже.

Руки Сорена начали свободно скользить по ее телу, вверх по бедрам. Хозяйничали под платьем.

«Зато знаю Багрового Мотылька. И таких, как она, в клетке не удержишь, – вспомнила Руна шепот Гидеона. – Мне жаль мужчину, который подрежет ей крылышки».

Руна схватила Сорена за руки, не давая ему двинуться дальше.

– Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал.

Сорен тяжело, прерывисто дышал.

– Слушаю.

– Заключи союз с Крессидой сегодня вечером. И тогда завтра мы сможем отпраздновать это в Кэлисе.

Сорен обхватил ее лицо обеими руками.

– Хорошо, – согласился он, явно намереваясь получить очередной поцелуй. – Я разыщу ее, как только…

– Нет. – Руна прижалась к нему всем телом. – Разыщи ее сейчас. И не слушай отказов.

– Ладно-ладно. – Сорен тихо рассмеялся, неверно истолковав ее мотивы, и слегка сжал бедро Руны. – Считай, все уже сделано, дорогая моя.

С трудом оторвавшись от Руны, он одарил ее напоследок еще одним жадным взглядом и встал с кровати. На выходе он приказал стражам не отходить от двери ни на шаг.

А потом в замке повернулся ключ.

Глава 6

Гидеон

Кому же мне причинить боль, чтобы ты покорился?

Крессида повернулась лицом к Гидеону, и ее изящная фигурка оказалась всего в нескольких дюймах от него. Ава так и стояла у раковины, правда, теперь от макияжа она перешла к прическе и поправляла выбившиеся пряди.

– Кого-нибудь из слуг? – продолжала Крессида, не дождавшись ответа. – Кого-нибудь из их детей? – Она на мгновение замолчала, будто обдумывая подобную перспективу. Потом руки ее скользнули по обнаженному торсу Гидеона, коснулись пуговиц на брюках. – А может, Руну Уинтерс?

Должно быть, она неверно истолковала его выражение лица, потому что слова полились потоком.

– Все, что я с тобой делала, с легкостью можно применить и к Багровому Мотыльку. На самом деле… – Она улыбнулась и начала расстегивать Гидеону брюки. – Можешь даже понаблюдать, как я расправлюсь с ней. Как тебе идея?

Тело Гидеона напряглось подобно тетиве.

– Думаю, будет очень увлекательно…

Крессида начала было расстегивать вторую пуговицу на брюках, когда их прервал стук в дверь.

Оглянувшись через плечо, Крессида сощурилась. Ава оторвалась наконец от раковины, чтобы посмотреть, кто пришел.

– Кто бы там ни был, вели им убраться, – приказала Крессида.

Не успела она договорить, как дверь распахнулась.

Ава замерла. На пороге стоял принц Сорен, и темно-синий фрак придавал ему поистине королевский облик. Тем не менее он был не в силах скрыть некоторое волнение. Крессида резко повернулась, намереваясь отчитать незваного гостя, но при виде принца сумела обуздать свой гнев.

– Милорд. – Говорила она сдержанно и нарочито бодро. – Прошу прощения за невзгоды, что мы навлекли на Ларкмонт. Как только…

Сорен махнул рукой, прерывая ее. Он не сводил глаз с Гидеона.

– Это та самая скотина, напавшая на мисс Уинтерс?

– Совершенно верно, – кивнула Крессида. – Я связала его заклинанием. Он не сможет вам навредить, пока его держат мои путы.

Сорен сделал несколько шагов вперед и остановился прямо напротив Гидеона. Расправил плечи, заложил руки за спину, и Гидеон внезапно вспомнил, что перед ним не просто принц, но в прошлом еще и адмирал. Они были одного возраста, но море закалило Сорена, отчего он казался старше.

Зато Гидеон был немного выше, так что Сорену приходилось смотреть на него снизу вверх, хотя принцу явно очень хотелось бы, чтобы все было наоборот.

Глядя на принца, Гидеон мог думать лишь о том, как этот человек распускал руки в отношении Руны. Как Руна, напившись, плакала у этой самой раковины.