Криста Ритчи – Тепличный цветок (ЛП) (страница 98)

— Ты думаешь… думаешь, я изменила тебе?

Ло выглядит сраженный горем.

— Я не знаю, Лил, — шепчет он. — Ты держала дистанцию, потом не поехала со мной в Париж, так что какое-то время ты была предоставлена сама себе… Я просто не… Я не знаю.

— Я не изменяла тебе, — говорит она так чертовски уверенно. — Ты должен верить мне, — она заглядывает ему в глаза.

Я выдыхаю. Мой брат выдыхает еще с большим облегчением, чем я.

— Я верю, Лил, — он касается ее щеки. — Но ты должна рассказать мне, что на хрен происходит.

— Я была расстроена… ошеломлена. И хотела сделать вещи и просто думала… что это поможет, — она бросает взгляд на лейку душа и затем на свои наколенники, снова закрываясь в себе.

— Просто скажи уже это, — настаивает Ло. — Что бы это ни было. Просто выпусти это из себя прямо сейчас, любимая.

Теперь ее очередь смотреть на их руки.

— Я не знаю, как сказать тебе… Я думала, пока ты был в Париже, я найду способ рассказать об этом, но не… Я не думаю, что это хороший способ. И я просто продолжаю держать это внутри, думая, что завтра будет подходящий день, — она быстро вытирает глаза и глубоко вдыхает, а затем говорит: — Я на восьмой неделе беременности, — она едва ли смотрит на Ло.

Мои руки падают вниз. Что? Я ломаю голову, размышляя над признаками ее беременности, но не думаю, что что-либо было в Лили необычно — она вела себя как всегда. Возможно, ее грудь стала больше? Она такая скромная и, кажется, стесняется и хранит все в себе, пока вы серьезно не поговорите с ней о том, как сложно замечать все, о чем она умалчивает.

Сейчас я осознаю, как долго она держала в тайне свою сексуальную зависимость.

Ло ошеломленно молчит. Мы все ошеломлены… за исключением. Я бросаю взгляд на Роуз и Коннора, и они выглядят довольными. Они знали. К черту их.

— Ты не можешь быть… — наконец-то говорит Ло. Он поднимает ее мокрую рубашку, и я фокусируюсь на ее животе. Думаю, мы все думали, что она просто разумно прибавила в весе, но сейчас в ответ на данный вопрос, могу сказать, что чертовы пару килограмм достались ей не от поглощения еды.

Все охуенно по-настоящему.

Ло поворачивает голову и встречается взглядом с Роуз.

— Ты беременна.

— Мы обе, вообще-то, — говорит Роуз нежно.

— Это невозможно.

— Вероятность ничтожна, но это возможно, — отвечает Коннор, засунув руки в карманы слаксов. — Их циклы синхронны с тех пор, как девочки стали жить вместе. Я не использовал защиту с Роуз, и уверен, ты тоже с Лили.

— Я забывала принять контрацептивы в течение нескольких дней, — выдыхает Лили. — Я не осознавала этого… — она смолкает и продолжает смотреть на их чертовы руки. Я могу понять, почему она держала эту новость в себе. Моему брату стало лучше во время нашего путешествия, но он до этого он был в ужасном состоянии. И он так решительно заявлял свое мнение по поводу нежелания иметь детей.

Я не хочу в это верить, но думаю, данная новость не может изменить его на корню — нельзя просто взять и броситься в омут с головой. Никто не может знать наверняка, но очевидно, что это рулетка, в которую Лили готовилась сыграть. Я не уверен, как бы сам отреагировал будь я на месте брата.

— Ты могла бы рассказать мне раньше, — говорит Ло тихо, но его брови хмурятся, когда он пытается проанализировать этот временной отрезок. Вероятно, осознавая все тоже, что и я.

— Я знаю, ты не хочешь иметь детей, и я не хотела нервировать тебя со всем этим… прости, — она всхлипывает громче, со всех сил пытаясь не заплакать.

— Шшшш, — он крепче обнимает ее. — Все в порядке, Лил.

— Нет, не в порядке, — говорит она, вытирая свои слезы еще быстрее. Она слегка отталкивает его так, чтобы заглянуть в его янтарные глаза. — Ты не хочешь ребенка.

— Это больше не имеет значения, — он шумно выдыхает и касается своей груди. — Мы зависимы. Ты и я, — он указывает на нее и себя, словно они разделяют один и тот же любимый цвет. — Возможно, нам бы не следовало иметь детей, но мы попытаемся воспитать ее или его хорошо.

— И у вас есть мы, — говорит Роуз. Она смотрит на меня.

И я киваю брату.

— У вас есть мы, Ло. Мы здесь с вами обоими, — у Роуз, Коннора и меня есть та уверенность, которой так недостает Ло, и мы поддержим его на все долбанные сто процентов. Я не дам моему брату споткнуться и упасть.

Лили и Ло выглядят ошеломленными. Мой брат кивает мне в ответ, словно хочет сказать спасибо. И затем он шепчет Лили:

— Мы сделали это вместе. Это не твоя вина, любимая. Мы справимся с этим.

— Я облажалась, — говорит она.

— Думаю, я налажал больше твоего за последнее несколько месяцев, — бормочет он. — Ты была рядом со мной, поддерживала, а я был таким охуенно глупым.

— Нет, — говорит она с полными слез глазами. — Ты был по-настоящему сильным, — и затем они одновременно обнимают друг друга. Их как по волшебству тянет друг к другу, руки сплетаются, предоставляя друг другу такой душевный комфорт, что я даже не могу на это смотреть.

Мы даем ребятам личное пространство, но Роуз намеренно оставляет дверь открытой, словно, чтобы они осознавали, что не одни в доме. Моя голова идет кругом, когда мы заходим на кухню.

— Как она вообще не забеременела, когда трахалась с кучей разных парней каждый день? — спрашиваю я в неверии.

— Она говорит, что была более осторожна. Тогда это была ее единственная забота, — говорит мне Роуз.

Сейчас, когда мы знаем, что Лили не порезала себе вены или что-то в этом роде, Роуз прислоняется к кухонной столешнице так расслабленно, словно сейчас полдень воскресенья.

— Итак, вы знали о ее беременности все это чертово время, — предполагаю я. — И не подумали сказать об этом Ло?

— Это не мое дело, Рик, — говорит Роуз.

Я бросаю взгляд на Коннора.

— А ты что скажешь? Ты никогда не сдерживал себя, чтобы не лезть в чужое дело.

— Думаю, ты путаешь меня с самим собой, — говорит он легкомысленно, — и если хочешь честный ответ, то нет, я не хотел рассказать об этом Ло. Я не думал, что он сможет с этим справиться. Радуйся, что ты не должен был тоже принимать это решение, потому что оно было пиздец каким непростым.

Я знаю, что солгал бы брату в лицо, если бы думал, что он не в силах справиться с чем-то. Как было во время нашего знакомства, когда я представился не своим именем.

Я не завидую тому, что Роуз и Коннор знали о беременности Лили. Я бы не хотел быть на их месте.

Я осматриваю кухню, гранитные столешницы, ожидая, что на одной из них будет сидеть моя эмоциональная девочка, размахивая своими длинными ногами. Но ее нет поблизости, так что я иду через арочный проем в пустую гостиную, ища Дэйзи, но ее нет и здесь.

Я останавливаюсь на месте, кое-что осознавая… она собиралась рассказать сестрам о том, что произошло несколько месяцев назад. Она собиралась наконец поведать им эти ужасные детали, которые сводили ее с ума в течение многих недель.

И конечно, проблемы Лили всплыли именно сегодня, оттолкнув Дэйзи на задний план. Я могу представить, как она себя чувствует — словно ее проблемы незначительны, словно они не важны в этом огромном плане построения мира. Ей снова придется заткнуться, заползти обратно в свою нору, туда, где она прячет свои чувства, заслоняясь шутками и сарказмом.

Мое сердце подскакивает к горлу.

— Дэйзи! — кричу я, мои нервы воспаляются. Какого хрена я вообще пошел помогать Лили? Я никогда, никогда не хочу ставить Лили выше Дэйзи. Просто из-за того, что Лили громче плачет. Просто из-за того, что она сильнее кричит. Я не собирался ранить Дэйзи еще больше.

Я бегу обратно через кухню, и Коннор с Роуз спрашивают у меня, что не так. Я качаю головой, проверяя ванную.

На подсознательном уровне у меня появляется очень нехорошее предчувствие.

Я бросаюсь в гараж, параллельно с тем доставая свой телефон и набирая номер охраны у главных ворот. Хватаю ключи от своего мотоцикла из кармана.

— Дэйзи уезжала? — спрашиваю я, когда на том конце берут трубку. Мой черный Ducati одиноко стоит посреди гаража, его красная соседка отсутствует.

— Пятнадцать минут назад, — говорит охранник.

Черт. Я кладу трубку.

— РИК! — кричит Роуз на все легкие, чтобы привлечь мое внимание. — Что происходит? — она заходит в гараж, ворота которого уже почти что открыты, поскрипывая, они ползут вверх.

— Я позабочусь об этом, — говорю я Роуз, надевая шлем на голову. Я завожу чертов мотоцикл, переключаю передачу и затем мчусь на полной скорости прочь, до того как у Роуз появится шанс сказать еще хоть слово.

Я так злюсь на самого себя.

Но больше всего, надеюсь, что с Дэйзи все в порядке.

Надеюсь, что найду ее до того, как она совершит что-то охуенно безумное.

ГЛАВА 64

ДЭЙЗИ КЭЛЛОУЭЙ

Мне необходим воздух. Тот, что посылает импульс в ваши легкие. Тот, что дает сигнал всему вашему телу прийти в движение с новой силой, энергией и положительным зарядом.