Криста Ритчи – Тепличный цветок (ЛП) (страница 38)

Она улыбается, словно я угадал направление ее мыслей.

— Тогда это будет не так весело, — она снова бросает взгляд на моего брата, который встает, держа набор с туалетными принадлежностями. — Контрацепция? — спрашивает она.

— Передний карман моей сумки, — я делаю пару шагов от нее и хватаю со столика меню для доставки в номер.

Мой брат оставляет дверь ванной открытой, пока чистит зубы, а Дэйзи расстегивает мою сумку. Коннор наблюдает за ней, выглядывая из-за монитора своего ноутбука, пока Дэйзи стоит на коленях на полу.

Прежде чем он успевает задать вопрос, она говорит:

— Кто будет спать в кровати?

— Ты, — отвечает Коннор.

— Это глупо. Рик и Ло могут спать в одной постели, а я займу сегодня кресло.

— Нет, — говорю я одновременно с братом, выглядывающим из ванной.

— Я не хочу занимать всю постель.

Коннор добавляет:

— Рик может разделить постель с тобой. Проблема решена, — он очень быстро стучит по клавиатуре, а его взгляд не отрывается от экрана. — Какой же я талантливый.

Ло выглядывает через дверной проем, у него во рту зубная щетка.

— Ты что, выкурил в самолете косяк? Потому что, должно быть, черт возьми, под кайфом, раз предлагаешь положить моего брата с ней в постель, пока мы с тобой находимся в этой же комнате.

— Я же не говорил ничего о сексе, — он перестает стучать по клавиатуре. — Я не хочу увидеть ничего подобного так же сильно, как и ты.

Щеки Дэйзи заливаются румянцем. Чертовски охуенно. Я и забыл, что она видела порно с Коннором. Я закрываю меню. Там нет ничего, что я бы хотел заказать.

Пробегая рукой по волосам, говорю:

— Я буду спать на полу. В этом нет ничего страшного.

— Конечно. Ты, вероятно, чувствуешь себя как дома, лежа на земле, — говорит Коннор, широко улыбаясь.

Ло никогда не заступается за меня перед нападками и стебом Коннора. Возможно, это должно мне о чем-то сказать. Но я просто собираюсь сам ответить на это поддразнивание.

— Иди на хуй, — говорю я Коннору, даже не желая тратить время на нормальный ответ.

На это Коннор просто еще больше злорадствует.

Ло возвращается в ванную, включая кран.

Я наблюдаю за Дэйзи. Она держит руки в кармане чертовой сумки и единственный раз достает ее оттуда лишь для того, чтобы незаметно засунуть таблетку в рот. Затем девушка быстро застегивает молнию и встает.

Коннор замечает ее движения и подозрительно смотрит то на меня, то на нее.

— Что ты только что взяла? — спрашивает он у нее, его голос тихий, что означает, что Коннор, как минимум, не хочет поставить в известность моего брата.

— Адвиел, — легко лжет она. — У меня судороги, — она забирается в кровать, не говоря больше и слова. Я могу сказать, что Коннор ей не поверил. Если кто и может читать Дэйзи так же хорошо, как я, так это Коннор. Но сейчас он возвращается к своей работе, не раздувая больше данный вопрос. Что касается моего брата, я наблюдаю за тем, как он чуть дольше задерживается в ванной.

Найдя Амбиен в ящике прикроватной тумбочки, я достаю две таблетки и передаю их Дэйзи. Она смотрит на Коннора, но он слишком занят собой, больше не интересуясь нашими делами.

Я подаю ей бутылку воды, и она неуверенно принимает ее. Ее параноидальный взгляд бросается к балконной двери.

— Я закрою ее, — шепчу я так, чтоб Коннор не слышал. — Но ты должна довериться мне в том, что никто не скрывается в ванной, — сейчас я ничего не могу поделать с той дверью.

Она кивает.

— Хорошо, — полулежа, отперевшись на свои локти, Дэйзи смотрит на мои губы.

Я не могу поцеловать ее прямо сейчас. Потому что знаю, этот поцелуй не закончится одним чертовым разом. Он будет длиться как минимум пять минут, а мы не можем позволить, чтобы мой брат увидел нас.

Так что вместо этого я удивляю ее, медленно пробегая ладонью по ее бедру к ребрам и груди, останавливаясь чуть выше линии ее топа. Мои мышцы напрягаются, когда она изгибается от возбуждения, особенно, когда я потираю большим пальцем ее твердый сосок.

Я так долго подавлял в себе желания чего-то подобного. Это гребаный разворот на 180 градусов в наших отношениях. Адреналин затуманивает мою долбанную голову. Я смотрю на ее стройное тело на кровати, извивающееся от прикосновений моей руки. От этого образа мой член твердеет, как никогда раньше.

Но я представляю моего брата.

Бьющего меня кулаком в лицо.

Это помогает. Немного. Еще я представляю ее с другим парнем. И этот образ вынуждает меня прекратить думать, что это так неправильно. Отвернись сейчас же, Рик.

Но я даже не могу отвернуться.

Все ее тело для меня. И я хочу поработать над ним так чертовски хорошо, как только могу.

Ее рот приоткрывается, а из уст вырывается тяжелый вздох. А затем Дэйзи охренительно ярко улыбается.

Я убираю свою руку от нее, как только чувствую, что мой брат возвращается в комнату. Дэйзи настолько румяная, что зарывается лицом в подушку, чтобы успокоиться.

Я люблю наблюдать за тем, как она переживает подобные чувства, тем более после того, как узнал о том, что она их никогда не испытывала. Я хочу довести ее до состояния эйфории сильнее, чем что-либо.

Оставляя Дэйз, я иду закрыть балконную дверь. Замок ничтожный, просто поворотная защелка. Сейчас меня не удивляет то, что она не могла, бля, спать. После этого направляюсь к выходу, закрывая номер на засов и цепочку. Когда оборачиваюсь, глаза Коннора сверкают на меня из-за монитора.

— Не знаю, слышал ли ты, но Сара снова мутит воду, — говорит Коннор.

— Моя мама уже стала причиной одного цунами, так что, что бы она там сейчас ни делала, я реально не хочу об этом знать.

Коннор протягивает мне свой телефон, не позволяя игнорировать эту новость. Я хватаю чертову штуковину с его руки. Заголовок статьи гласит: Скоро откровенное интервью Сары Хейл длительностью в 60 минут.

— Ты, должно быть, разыгрываешь меня, — говорю я, глядя на фото моей матери, сидящей со скрещенными ногами в кресле на фоне темно-синего задника. У меня такие же темные волосы, как у отца, в отличие от нее. Благодаря ее золотисто-каштановым локонам и торчащему носику, ее сравнивают с Джулией Робертс. Она родом из бедного городка в Нью-Джерси, города бойцов, как она любила его называть во время громких споров с моим папашей по телефону.

— Ты знаешь, откуда я родом? — усмехалась она. — Я не вышла из ниоткуда, думаешь, я не могу здесь остаться и защитить своего сына от тебя? Я боец. Я сделаю все, чтобы удержаться на плаву. Если ты в это не веришь, тогда подумай снова, Джонатан. Обдумай все еще раз!

Она — женщина, которая не может забыть о своей гребаной обиде.

Я разглядываю мелкий шрифт статьи, посвященной отрывкам из интервью.

Сара рассказывает о своих проблемах в браке с Джонатаном Хейлом, своем недавнем конфликте с сыном, Риком Мэдоуз и попытках возобновить с ним отношения. Так же она обсуждает утверждения, касающиеся Лорена Хейла, а в анонсирующем ролике есть ее слова: "В течение 12 лет, которые я была с Джонатоном, он постоянно оскорблял меня словесно и жестоко относился. Травма, которую мой родной сын пережил из-за его отца… Я никогда не прощу Джонатана за то, что он сделал."

— Не сломай мой телефон, пожалуйста, — говорит Коннор спокойным голосом. — Это спасательный трос для моей жены.

Я сжимаю его телефон так сильно, что чуть не трескается экран. Когда отдаю аппарат обратно, мои мышцы горят.

— Сейчас они думают, что Джонатан травмировал меня, — говорю я, качая головой. Как все это может быть моей жизнью?

Коннор прячет телефон в карман.

— Может, статья вырывает из контекста ее реплику. Это всего лишь фрагмент. Не расстраивайся до того, пока не просмотришь все интервью.

Я качаю головой.

— Без разницы.

Несколько раз вдыхаю, чтобы успокоиться, и мое дыхание становится нормальным. Но вообще-то я бы с удовольствием вышел прямо сейчас на улицу и врезал бы кому-нибудь. Мне нужно в спортзал, чтобы просто вылить излишки энергии и сбросить эту тяжесть, что так давит мне на грудь.

Я снова смотрю на Дэйзи. Она старается не закрывать свои сонные глаза, наблюдая за мной со своего места на кровати.

— Я бы хотела, чтобы люди были более милыми, — говорит она тихо, при этом зевая.

Я бы, блин, тоже этого хотел.

ГЛАВА 22

РИК МЭДОУЗ